Джон Миллер – Затерянное племя ситхов (страница 49)

О южный берег полуострова бились волны, на севере продолжался хаос. Все катапульты Шести Когтей дружно палили в небо, ища последний воздушный корабль. Йоган стоял в открытых воротах, держа двумя руками учебную баллисту. Здоровенная конструкция из каменного дерева с тугими эластичными лентами представляла собой стандартный боевой образец.

Так давно ожидаемая война гремела на севере, за заливом, а Куарра блуждала по холму, вертя головой во все стороны. Ее порванная сумка валялась на земле.

– Куарра, что случилось? – спросил Йоган, широкими шагами поднявшись к ней.

– Мой мунток. – Она помахала остатком кожаного ремня. – Проклятая скотина перекусила привязь и убежала!

Йоган опустился на колени, разглядывая следы на красноватом песке:

– Взрывы его напугали. Ты можешь позвать его?

– Могла бы, знай я его имя. Я взяла его на ферме в Тандрае!

– Ты не узнала его имени?

– Я взяла его на время. Ты когда-нибудь слышал об аренде мунтоков?

Йоган посмотрел на нее с недоумением:

– И твоя работа – поддерживать военную организацию Ухрара?

– Извини, это мой первый роман на стороне!

Поставив точку в споре, Куарра почувствовала какое-то движение в Силе. Она ощутила тень над Йоганом, еще не увидев ее, и попыталась оттолкнуть его через Силу.

Слишком поздно! Огромная туша врезалась в песчаный склон, забилась, ударившись о землю. Сбитая ударом с ног, Куарра тут же вскинулась и увидела прямо перед собой зеленый безжизненный глаз гиганта.

– Увак! – закричала она, с трудом поднимаясь на ноги. Потянулась во мрак, ощупывая песок вокруг чудовища. – Йоган! Ты в порядке?

Над ее головой, на северо-востоке, с жутким грохотом взорвался последний шар. Куарра едва заметила взрыв, она ползала вокруг гигантской туши и наконец нашла Йогана – его придавил тяжелый хвост чудовища.

Взрыв осветил фиолетовое лицо, Йоган, ослепленный, смотрел вверх, с его губ сочилась кровь.

– Кажется, я нашел твое животное, – проговорил он, кашляя. – Но ты вроде… Ты говорила о мунтоке… а не об уваке…

5

Облака разошлись, и солнце вновь засияло на стеклянных шпилях Тава. Эделл в одиночестве поднимался по мраморным ступеням, ведущим во дворец. Не было свиты, приветствующей его, не было парада, отмечающего его прибытие.

Внутри, в атриуме, где три крупные фракции дрались четверть столетия назад, Эделл увидел дружно работающее Племя. Ситхские повелители и мечники сгрудились над копией секретной карты Корсина, устроенной на огромном столе в центре комнаты. Эделл часто видел ее, когда планировал свою экспедицию, но его путешествие уже завершено.

– Мои повелители, мечники, я вернулся! – проговорил он. За столом никто не двинулся. Он позвал снова. И снова.

Наконец повелители послали к нему кого-то. Даже не ученика, а всего лишь неофита, втрое моложе Эделла. Подросток усмехнулся:

– Что тебе надо?

– У меня есть новости. – Эделл выпрямился. – Я был на новом континенте и вернулся с триумфом.

– С каким триумфом?

– Я добрался туда. Я доказал, что он существует.

– Вести устарели, – сказал мальчишка, все еще усмехаясь. – Завоевание идет полным ходом.

Между повелителями, стоящими спиной к нему, появилась брешь. И Эделл разглядел на карте множество значков: войска ситхов, их воздушные корабли.

Эделл наморщил лоб:

– Не ожидал, что вы начнете захват так быстро.

Неофит ничего не ответил.

– Отлично, – продолжил Эделл, ступая вперед. – Я готов помочь…

– Нет. – Неофит активировал световой меч и преградил ему путь.

Спины сомкнулись, и Эделл больше не видел карты.

– Мое место здесь! – запротестовал он. – Я подтвердил существование континента!

– Ну и что? Это мог сделать любой.

– Я создал воздушные корабли!

– Которые мы смогли построить и без вас.

– Но я высший повелитель Племени ситхов…

– Истинный ситх будет что-то делать, – возразил неофит, – а не просто глазеть по сторонам. А вы – всего лишь ремесленник.

Два мощных охранника, остававшиеся до того не замеченными, схватили Эделла сзади.

– Гоните его прочь. Ему здесь не место.

Эделл задохнулся и открыл глаза. Хватаясь за мокрый песок, он тяжело выкашливал воду из легких. И как долго, спрашивается, он бредил? Казалось, что долго, но вряд ли прошло больше нескольких минут. Посмотрев на запад вдоль изрезанной береговой линии, он увидел четырех своих спутников, точно так же прибитых к берегу и карабкающихся на сушу. В километре к северо-востоку на воде все еще догорало все, что осталось от «Чандры». Он и его товарищи упали незамеченными точно к северу от сигнальной башни; воздушный шар нес обломки гондолы дальше на восток. Прищурившись, Эделл увидел дергающихся под ними уваков, на противоположном северном берегу залива вспыхивали огни.

«Они не знают, что мы еще здесь, – подумал он. – У нас есть шанс».

Эделл стремительно поднялся. В синяках, промокший, но в остальном целый и невредимый, он, пошатываясь, двинулся вдоль берега навстречу остальным. Пеппин, погонщица уваков; Ульбрик и Дженнс – воины; и кешири, имени его он не знал. Пятеро вместе с Эделлом. И это все, что осталось от экспедиции в тридцать человек?

– Забираемся! – указал он на каменные развалины.

Там, на западе, стояла высокая белая башня, окруженная стеной. Приют или логово врагов? Он не знал, но сооружение было меньше, чем на северном полуострове, – может, отсюда кто-нибудь и стрелял, но не сейчас.

– Не используйте световые мечи, – прошептал он. Тьма всегда была другом ситхов, а сейчас – особенно.

Воины первыми добрались до вершины. И Эделл услышал громкий треск.

– Высший повелитель!

Эделл взобрался выше и увидел на земле Ульбрика, тот зажимал кровоточащую рану на бедре. Чуть выше, за тушей увака, прижималась к земле женщина-кешири, на ней явно была униформа. Она стреляла из диковинного оружия блестящими осколками. Дженнса выстрелы миновали, он нырнул в укрытие за полуразрушенный барак. Эделл слышал, как бьются при ударе заряды. Стекло, понял он, как и лезвия шиккаров. Даже опаснее, о чем свидетельствовал стон Ульбрика.

Женщина заметила Эделла и повернула свое оружие в его сторону. Высший повелитель отпрыгнул как раз вовремя. Сколько у нее зарядов? Не хотелось бы выяснять. Припав к земле, он сложил руки в виде чаши и коснулся поверхности с помощью Силы, отвечая на атаку кешири струей песка. Женщина оказалась готова к этому, но вот ее оружие стрелять отказалось. Эделл потянулся к шиккару, закрепленному на ремне…

…но получил жестокий удар невидимой силой. Колени Эделла подогнулись, он упал на спину, потеряв лезвие. Женщина оказалась возле кинжала через полсекунды, схватила оружие и стремительно набросилась на него. Эделл поймал руку с кинжалом и увидел ее глаза. Они оказались больше и шире посажены, чем у знакомых ему кешири, и были полны гнева и страха.

Черпая Силу из ее эмоций, Эделл мощно оттолкнул кешири. Женщина отлетела назад и выронила кинжал. Пеппин и Дженнс мгновенно подскочили к ней и, схватив, прижали к земле.

Поднявшись на ноги, Эделл осмотрел нападавшую. Кеширская женщина, примерно его возраста. Одета в камзол из дубленой кожи – почти броня, такого он никогда не видел. Мертвого увака позади нее он опознал как несчастного правобортного с «Чандры», а рядом с ним лежал бесчувственный мужчина-кешири, одетый так же, как и женщина, за исключением того, что камзол наполовину завернулся вокруг его тела.

Эделл взглянул вверх, на огороженную стеной башню. Кто-нибудь видел схватку? Он махнул рукой послу-кешири и посмотрел на Ульбрика.

– Я разберусь с этим, – сказал Эделл, расчехлил свой шиккар и двинулся к раненому мужчине.

– Не трогай его, грязный ситх!

Все посмотрели на пленницу. Эделл запнулся:

– Ч-что ты сказала?

Пытаясь вырваться, женщина повторила:

– Я сказала, не трогайте его, вы…

– Я слышал, что ты сказала. – Эделл жестом приказал Пеппин закрыть кешири рот. – Я просто удивился, услышав, как ты это говоришь.

Никто не знал, на каком языке говорят туземцы скрытого континента. Лучшее, на что он надеялся, – древний кеширский диалект, если были какие-то доисторические контакты между двумя культурами; его посол знал несколько наречий. Но она говорила на языке, который принес на Кеш экипаж «Знамения»! Правда, с сильным акцентом.