Как Клитемнестра, мужа палачом
Духовно ты была[128], клевет мечом
Надежду, честь, покой — ты все убила,
Что вновь расцвесть могло б для бытия,
Когда б их безвозвратно не сгубила
Измена хладнокровная твоя.
Ты добродетель сделала пороком:
За месть — теперь, за будущий барыш
Продав ее, в спокойствии жестоком
Ее ценою ты меня казнишь.
С тех пор, как ты пошла кривой дорогой,
С правдивостью ты разлучилась строгой,
Присущею тебе, и глубины
Не сознавая собственной вины —
С двусмысленностью утверждений диких
И дум, достойных Янусов двуликих,
С обманами поступков и речей,
Со взором знаменательных очей,
Что осторожность выставив предлогом,
Безмолвно лгут из выгоды во многом —
Со всем мирится нравственность твоя.
Любым путем ты к цели шла желанной,
И вот к концу приводит путь избранный.
Как ты со мной — не поступил бы я!
Джон Хукем Фрир (1769–1846) — британский дипломат и писатель (см. с. 220), работал в Лиссабоне, Мадриде, Берлине и вновь в Мадриде, однако его карьера оборвалась, когда Фрира обвинили в том, что он во время наступления Наполеона своими советами подставил английскую армию под удар (из-за чего в черновиках «Чайльд-Гарольда» Фрир назван «неумехой»). Последнюю четверть века он провел на Мальте, переводя Аристофана и изучая еврейский и мальтийский языки. Временами Фрир наезжал в Лондон и однажды заметил, как меняются времена: прежде великие поэты были слепы (Гомер и Мильтон), теперь — хромы (Скотт и Байрон). В 1817 т. Фрир опубликовал поэму, о которой здесь рассказывает Ли, — пародийный эпос «Проспект и Образец задуманного Национального Опуса, долженствующего заключить в себе наиболее примечательные подробности касательно короля Артура и его Круглого Стола». Пьеса Фрира «Скитальцы» процитирована в предисловии к «Чайльд-Гарольду».
…шуточными рифмами в стиле Огдена Нэша… — Огден Нэш (1902–1971) — американский поэт, автор иронических стихотворений с неожиданными и каламбурными рифмами.
Луиджи Пульчи (1432–1484) — итальянский поэт, автор ирои-комической поэмы «Моргайте Маджоре» (1483), первую песню которой Байрон перевел.
…эпиграф к ДЖ, взятый из Горация… — «Трудно по-своему выразить общее…» («О поэтическом искусстве», 128; пер. А. Фета).
…domestica facta… — «Воспеть домашние наши явленья…» (там же, 287).
Глава двенадцатая
С. 393. Ватерлоо! Я не стану вновь чтить твою память… — Байрон посвятил великой битве «Оду с французского» (1815):
О Ватерлоо! Мы не клянем
Тебя, хоть на поле твоем
Свобода кровью истекла:
Та кровь исчезнуть не могла.
Как смерч из океанских вод,
Она из жгучих ран встает…
.
В апреле 1816 г. Байрон побывал на поле битвы, отгремевшей десять месяцев назад. В новой песни «Чайльд-Гарольда» он привел туда своего героя — как впоследствии Али:
О Ватерлоо, Франции могила!
Гарольд стоит над кладбищем твоим.
Он бил, твой час, — и где ж Величье, Сила?
Все — Власть и Слава — обратилось в дым.
В последний раз, еще непобедим,
Взлетел орел — и пал с небес, пронзенный,
И, пустотой бесплодных дней томим,
Влачит он цепь над бездною соленой, —
Ту цепь, которой мир душил закабаленный.
Урок достойный! Рвется пленный галл,
Грызет узду, но где триумф Свободы?
Иль кровь лилась, чтоб он один лишь пал,
Или, уча монархов чтить народы,
Изведал мир трагические годы,
Чтоб вновь попрать для рабства все права,
Забыть, что все равны мы от природы?
Как? Волку льстить, покончив с мощью Льва?
Вновь славить троны? Славь — но испытай сперва.
…и того человека (бывшего и чем-то большим, и меньшим, нежели обычный Человек)… — То же мнение о Наполеоне Байрон высказал в «Чайльд-Гарольде»:
Сильнейший там, но нет, не худший пал.
В противоречьях весь, как в паутине,
Он слишком был велик и слишком мал,
А ведь явись он чем-то посредине,
Его престол не дрогнул бы доныне
Иль не воздвигся б вовсе. Дерзкий пыл
Вознес его и приковал к пучине, 
