Джон Кинг – Тран. Создатель чудовищ (страница 57)

Гоблин замотал головой:

– Не надо пробиваться. Не надо сражаться. Мы полетим на летающем кресле.

Она была готова возразить, но вдруг поняла: Явгмот знал, что она будет возражать.

– Да. Ты прав. Мы пойдем все вместе. Мы воспользуемся креслом. А добравшись до Храма, улетим от этого ужаса. На небеса. Веди нас.

– Вперед в подвалы! На небеса!

Храм был переполнен. А люди все продолжали прибывать. Горожане толпились на куполе Дворца Советов, прыгали на основание, карабкались по скользким парапетам. В центральном зале уже случилась давка. Детей поднимали на плечи. Каждый балкон, каждая ступень лестницы были заняты спасающимися от войны обывателями. Взбирались даже на алтарь. Не сидели разве что только на контрольном кристалле. И то лишь потому, что знали: взобраться на него значит обрушить Храм вниз.

Еще вчера первые беженцы старались спрятаться среди сверкающих колонн. Ночью народ стал прибывать, тишина наполнилась шепотом, а когда рассвело, оказалось, что Храм настолько переполнен, что ни о каком тайном побеге не может быть и речи. Оставался лишь один страшный вопрос: кто доберется до святилища первым – Джикс или Ребекка.

Джикс.

Поток беженцев резко прекратился. Около сотни оказались в ловушке между отрядом фирексийцев и забитым до отказа Храмом. Кто мог, прыгал на парапет. Обезумевшие от страха люди сталкивали их вниз. Купол заливала кровь несчастных, разбившихся насмерть. и тех, кто погиб от когтей и клыков подоспевших монстров. Ужас и паника воцарились во Дворце и Храме. Одно только слово передавалось из уст в уста:

– Фирексийцы!

Во главе отряда чудовищ шествовал сам Джикс.

– Все на штурм! – кричал он своим подчиненным.

– Не пускайте их, – волновались беженцы в задних рядах.

Первый монстр прыгнул в толпу с купола Дворца Советов, наскочив сразу на троих женщин. Огромные когти вонзились в плоть. Людям ничего не оставалось, как сбросить обреченных вниз вместе с кровожадным фирексийцем. Но его место тут же занял следующий. Прежде чем погибнуть от удара невесть откуда взявшегося меча, чудовище разорвало пятерых горожан. Мужчины передавали оружие в передние ряды. Но его явно не хватало. Фирексийцев было слишком много, они были слишком сильны и бесстрашны.

– Переместите Храм. Надо отодвинуться от купола, – послышалось из толпы.

Идею поддержали. Мужчины вскарабкались к кристаллу на алтаре, уперлись в него руками и подтолкнули в сторону. Основание святилища медленно и плавно поползло от Дворца. Джикс в неистовстве орал на гвардейцев, приказывая им прыгать. И они прыгали. За минуту четверо монстров нашли внизу свою смерть. Командир потрясал окровавленными кулаками, обещая беженцам самые страшные мучения.

Почувствовав себя в относительной безопасности, горожане тоже не оставались в долгу, выкрикивая оскорбления и ругательства в' адрес чудовищ. Теперь люди ни за что не вернут Храм на место. Разве только для того, чтобы в него могла вступить Ребекка.

Черное пятно наползло на солнце. Крейсер под названием «Месть» уверенно и неторопливо плыл к святилищу. Крики и ругательства застыли в горле. Не будет же Явгмот бомбить собственный народ, да еще и в Храме! Или…

Девять длинных канатов скользнуло с борта судна. Первые девять голодных монстров жадно бросились в оцепеневшую толпу.

Это оказалось еще более занимательно, чем его последнее путешествие на борту «Мести». Смерть сотен тысяч солдат в вихре белого облака была прекрасной. А эта кровавая пляска – просто забавной.

Явгмот уже потерял счет убитым им сегодня. Поначалу это происходило почти в такт с дыханием. Вдох – чья-то смерть, выдох – еще одна жертва. Теперь стражники окружили район складов и «зачищали» последние зернохранилища. Амбары ломились, но не от урожая, а от мертвых тел транов. На вершине высокой башни засели несколько вражеских солдат. Ступени крутой лестницы были обильно залиты кровью. Брезгливо поморщившись, Явгмот отошел от строения и взглянул на его вершину. Подниматься и рисковать жизнью не имело смысла. Жестом он подозвал двоих стражников. Те поспешили опуститься на колени и склонить головы.

– Чем можем служить? ¦– спросил один из них.

– Повалите эту башню, – просто приказал властитель.

– Повалить? – Стражники недоуменно переглянулись.

– Да, так же, как вы повалили бы дерево.

– Есть, сэр. – Молчавший до сих пор солдат посмотрел на каменное сооружение. – Но как?

– Ваши мечи усилены кристаллами. Их клинки способны дробить камни. Рубите фундамент, пока башня не рухнет.

Стражники кивнули и, поспешно подбежав к строению, принялись за необычное дело.

– Просто, как все гениальное, – похвалил себя Явгмот, поворачивая на соседнюю улицу.

Патруль облаченных в серебристые доспехи гвардейцев прошагал по переулку. На тротуарах громоздились кучи истерзанных трупов вражеских солдат. Фирексийцы рыскали от дома к дому в поисках нового лакомства – Они никак не могли насытиться плотью людей-кошек и Виашино. Время от времени они заскакивали в какую-нибудь дверь, и через секунду на улицу вылетали куски тела новой жертвы.

Бои на улицах Халциона стихали. Сопротивление союзников ослабевало с каждым часом. Битву за столицу можно было считать выигранной. Оставалось лишь разобраться с предателями, собравшимися в Храме.

Явгмот поднял взгляд к драгоценному сокровищу, в сердце которого затаилась черная измена. Это было его единственной большой ошибкой. Сияющий образ святилища, воплощение надежды на вознесение вечно будет соперничать в сознании горожан с истинно прекрасным раем – Фирексией. Ребекка даже подготовила Храм к тому, чтобы улететь. И этого еще не случилось лишь потому, что предатели ждали свою спасительницу. Но они и не подозревали, что он давно уже завладел Ребеккой. Мысль согрела душу и заставила Явгмота улыбнуться.

Оглушительный треск и протяжный гулкий стон отвлекли его от приятных размышлений. Стражники завершили свое дело. Башня обрушилась, погребая под собой солдат союзников.

– Шестеро, – успел подсчитать Явгмот. – И еще две тысячи скоро последуют за ними.

Оно показалось над крепостной стеной в тот момент, когда голодные фирексийцы уже взялись за канаты, чтобы скользнуть в Храм с борта «Мести». Медленно и неумолимо оно проглотило крейсер и продолжало ползти вперед. Белое как молоко облако энергии ворвалось в Халцион. Смертоносное и безжалостное, оно превращало гранит в песок, а песок в пыль. И жадно высасывало силовые камни, попадавшиеся на пути.

«Месть», как показалось Явгмоту, еще раз мелькнула в белом тумане, а потом завертелась и растворилась вовсе.

– Нет, – не поверил своим глазам главнокомандующий.

В полной тишине облако разлилось по всему городу, стремясь сойтись в центре, окутав жерло древнего вулкана.

– Нет, – снова вырвалось у Явгмота.

Но хуже всего было то, что Храм со всем своим грузом предателей и трупов внезапно выскользнул из молочных потоков, словно сорвался с якоря, и начал набирать высоту.

– Сбежали две тысячи изменников, – задохнулся яростью Явгмот.

Смерть сомкнулась над столицей транов. Халциона более не существовало.

– Улетел, – прошептала Ребекка. Они едва успели добраться до верхней террасы, едва бросили взгляд на переполненный Храм. Гоблины все еще пытались отодвинуть решетку люка на Бульваре Советов. – Есть кое-что похуже.

– Куда хуже? – волновались маленькие уродцы.

– Смертоносное облако энергии обволокло город.

Гоблины оставили решетку в покое и вытянули шеи, пытаясь разглядеть, что же все-таки произошло. Жуткая тишина воцарилась над землей. В буквальном смысле мертвая тишина. Это продолжалось несколько минут. А затем в воздухе возник странный неприятный треск, будто кто-то ломал кусок стекла, и в уши ударил вой двух тысяч глоток. Храм падал прямо в белое облако. В спектре над городом отразились лица обреченных беженцев. Основание ударилось о землю, кристаллы разлетелись миллионами острых словно бритва осколков. Один за другим гремели чудовищной силы взрывы.

– Вниз! – вопила Ребекка. – Все вниз! Спускайтесь! Это наша единственная надежда. Прочь от света! Прочь от белого облака! Вниз в Пещеры Проклятых!

Глава 29

Молочный туман окутывал город. К чему бы ни прикасались белые волны, все превращалось в пыль. Известняк осыпался струйками пепла, базальт оползал, словно растаявшее мороженое. Таяли и глиняные крыши, и кирпичные стены, испарялось дерево. Спасающиеся от смерти люди на глазах превращались в голые скелеты. Их плоть уже растворялась, а они успевали пробежать несколько шагов, прежде чем обрушиться на землю грудой костей. Но еще до того, как их останки касались мостовой, они исчезали, как исчезал и сам булыжник.

Люди в Халционе умирали, как умирали солдаты в пустыне и ущелье, как погибали жители Лозанона, когда крейсер «Гнев» сбросил на город сверкающий снаряд, получив отказ капитулировать, так же как и в Вингтоне и Сеатоне… За эту неделю вся Империя превратилась в белую пыль, белую память.

Люди бежали в Фирексию, словно крысы, напуганные внезапным ярким светом. Вопя и задыхаясь, они кидались в любую дыру, попадавшуюся на пути. Многие гибли, разбившись в заброшенном колодце или закопанной в землю цистерне. А потом облако накрывало и пожирало останки.

Другие, кому посчастливилось пробраться в канализационные коллекторы, благословляли эту мрачную сырую темноту. Гнилое зловоние подземелий казалось теперь животворным ароматом по сравнению со стерильной белизной преследующей их смерти. Впереди бежали крысы, как всегда первыми почуявшие приближение катастрофы. А за ними вперемешку неслись гномы и Виашино, бездомные коты и люди-кошки, прокаженные и гоблины, тараканы и эльфы, минотавры, варвары и люди. Подчиняясь инстинкту самосохранения, все живое покидало землю, чтобы спрятаться в безопасной черноте.