Джон Кейз – Танец духов (страница 43)

— Никогда не слышал про таких, — сказал Коваленко.

— Хотят уничтожить все технические завоевания человечества и вернуться в золотой век ислама — то есть обратно в седьмой век.

— И при этом не брезгают пользоваться Интернетом? Милые последовательные ребята. Итак, что мне надо сделать?

— Записывай номер счета. Срочно — срочно! — найди мне любой ценой, кому он принадлежит. А потом дознайся, где этот тип в данный момент. — Спаньола бросил: «Пока!» — и повесил трубку.

Коваленко вздохнул.

Джерси — один из Нормандских островов. У него отношения с Великобританией примерно такие же, как у Пуэрто-Рико с США. Строго ограниченная независимость. Остров — один из оазисов для «левых» финансовых дел. Главный город — порт Сент-Хельер — количеством банков на душу населения раз в десять превосходил Швейцарию. Однако после трагедии одиннадцатого сентября банки уже не прежние твердыни секретности; спесь с них немного сбили, и они все чаще идут на сотрудничество — надо только хорошенько нажать. Если повезет, то он сумеет выбить имя владельца счета.

Коваленко решил действовать лично. Так вернее.

Чтобы лишний раз полюбоваться своей хорошенькой секретаршей (дурочка упрямо игнорировала его зрелый шарм — не иначе как лесбиянка!), он не стал звонить, а вышел в приемную сам.

— Джин, мне нужно в Сент-Хельер. Срочно.

Толковая девчонка тут же отозвалась:

— Можно лететь самолетом из аэропорта Гатуик. Или в пределах часа организую вам вертолет на Джерси.

— Что ж, организуйте.

После одиннадцатого сентября работы, разумеется, прибавилось и давление сверху возросло. Зато и возможности расширились. Пять лет назад о вертолете в подобной ситуации и мечтать не стоило. А теперь — пожалуйста, никто и глазом не моргнет.

В небе Коваленко злился по поводу нестерпимого шума роторов и угрюмо ворчал про себя: на стройке каждому оболтусу выдают наушники — техника безопасности. А агенты ФБР, передовой отряд борьбы с терроризмом, вынуждены принимать рев вертолета непосредственно на нежные барабанные перепонки.

Вверху нависло чугунное небо, внизу серела рябь моря.

— Остров Гернси! — крикнул пилот, показывая направо. — А с другой стороны — Джерси.

Оба острова казались одинаковыми за пеленой тумана.

В Сент-Хельере у посадочной площадки Коваленко поджидал «мерседес» (Джин, может, и лесбиянка, но секретарша исправная!).

Менеджера банка «Кадоган» звали Джонатан Уоррен. Лет сорока, недурен собой — на британский неврастенический лад. Одет как бизнесмен с фотографии в модном журнале. Разумеется, маникюр. И легкий аромат дорогого лосьона после бритья.

Переговорив по телефону с директором, он обратился к Коваленко:

— Хорошо, мы готовы пойти вам навстречу.

— Как далеко?

Менеджер улыбнулся и, получив от Коваленко карточку с номером счета, застучал по клавишам компьютера. Затем что-то приписал на карточке и вернул ее агенту ФБР. Тот прочитал: «Томас Ахерн и компаньоны» — и сухо произнес:

— Мне нужно имя владельца счета и его адрес.

— Надеюсь, вы понимаете, это не сам владелец, а представляющая его контора. Они действуют от его лица, имеют с ним контакт. Уверен, что они будут рады помочь вам.

— И я уверен. Но в данный момент я с вами разговариваю.

— Видите ли, даже при всем желании мы не могли бы удовлетворить ваше любопытство — мы просто не знаем ни имени, ни адреса.

Коваленко возмущенно хмыкнул.

— Хотите сказать, вы понятия не имеете, с кем ведете дела?

Уоррен опять ответил уклончиво:

— Многие клиенты желают сохранить инкогнито, поэтому регистрируются через посредника. Это узаконенная практика. Посредники имеют официальную лицензию на подобного рода действия. Вот единственный адрес, который я могу вам дать.

Он ударил по клавише, и принтер выплюнул листок, на котором стояло:

Томас Ахерн и компаньоны

Коуп-стрит, 210

Дублин, Ирландская Республика

— Спасибо, — сказал Коваленко. — Теперь разрешите мне бросить взгляд на историю вкладов этого счета, и я с вами распрощаюсь.

Уоррен заметно напрягся.

— К сожалению, я не могу удовлетворить вашу просьбу, — сказал он. Потом лукаво улыбнулся и добавил: — Впрочем, если у вас есть рогаторий,[3] то я буду обязан подчиниться…

Коваленко сердито поджал губы. Судебного решения у него, естественно, не было. В чужой стране агент ФБР имеет право на сбор вещественных доказательств только с позволения местных органов. Это означает марафон из четырнадцати инстанций. Коваленко тошнило от одной мысли о подобном бюрократическом приключении. Поэтому он грозно посмотрел банкиру в глаза и отчеканил:

— Разве вы не понимаете, что речь идет о расследовании антитеррористической деятельности?

Уоррен, нисколько не впечатленный, вежливо улыбался.

— Увы, и рад бы помочь… но порядок есть порядок, — сказал он.

Вернувшись в Лондон, Коваленко мог рвануть в «МИ-5» — добиваться, топать ногами. Но дело явно обречено на провал. Выбивать доверительную информацию у подобного рода банкиров — все равно что просить у священника нарушить тайну исповеди.

— Ваш «порядок» защищает мошенников и террористов! — в бессильном отчаянии процедил Коваленко.

Он чувствовал, как кровь приливает к его лицу. В висках нехорошо застучало — давление явно подскочило. Если не успокоиться, так и до инфаркта недалеко…

Но и в вертолете Коваленко продолжал кипеть праведным гневом. Эти долбаные офшорные банки — чистой воды криминальные заведения! Будь он начальником планеты, он бы все банки сделал «прозрачными». Один шаг — такой элементарно простой — прищемил бы хвост множеству преступников! И террористы не имели бы столь мощной финансовой подпитки! Пресловутая банковская тайна существует только для того, чтобы под ее прикрытием негодяи всех стран имели возможность деньги воровать, прятать и отмывать, а банки — на этом жиреть. Запретить офшорные фокусы-покусы — и во всем мире поголовье жуликов сократится на добрую половину.

Под шум ротора Коваленко пытался расслабиться. Дышал животом, выдыхал протяжно. Чего, в сущности, беситься? Какой-никакой, а адресок он таки получил. Теперь надо как следует надавить на посредника. Эта контора наверняка получает письма от клиента и пересылает ему отчет о движении денег на его счету. Так что ниточка обязательно найдется.

К тому же контора находится в Ирландии. А там терроризма хлебнули достаточно и должны с бо́льшим пониманием относиться к нынешним проблемам американцев.

21

Берк возвращался в Дублин со свадьбы сестры, Меган. Торжество происходило в пряничной церковке его родного города — Неллисфорд, штат Виргиния. В Штатах он был впервые после смерти Кейт. И старался выглядеть бодрым и благополучным. Он заверил родителей, что с ним все в порядке, худшее позади.

Разумеется, его деланной веселости никто не поверил. Меган и ее жених Нэт светились от счастья. Рядом с ними Берк ощущал себя человеком старым, ненужным и конченым.

И все-таки жить хотелось, душа требовала перемены. Возможно, наступил час вернуться в Штаты… Подальше от воспоминаний. Старик Ахерн немного пришел в себя, опять занялся работой — похоже, он выкарабкался из кризиса. Надо и Берку браться за ум…

В Дублине все напоминало о Кейт. По этой улице они ходили, там сидели в кафе, под той аркой целовались, а тут у нее однажды сломался каблук… И конечно, квартира, где они жили вместе. Ее одежда по-прежнему висела в шкафах. Ее вещи были везде. Ее книги на полках, да и сами полки — ее… Каждая кастрюля и сковородка на кухне скорбно кричали о Кейт. Каждое зеркало тосковало по ее лицу…

Ну и, конечно, тесть постоянно говорил об умершей дочери. Это была главная тема их бесед. Томми Ахерн был дорог Берку именно его неувядающей памятью о Кейт… и как раз поэтому Берку следовало побыстрее удрать от Томми Ахерна на другой конец света.

По Америке Берк практически не скучал, хотя с недавних пор полусознательно готовился к возвращению. Поездка на свадьбу сестры была отличным поводом проверить себя. Вдруг на родной земле ему удастся воспрянуть духом, не вспоминать ежечасно об утраченном счастье, перевернуть печальную страницу и жить дальше.

Однако уже первые часы в Штатах показали ему, что это не то место, где душа обретет покой. Сердце не екнуло. Он ощущал себя чужим в чужой стране. Даже в родном Неллисфорде он был почти равнодушным туристом.

На обратном пути Берк задержался в Вашингтоне — хотел повидать друзей и знакомых. Повидал. И опять кровь по жилам не побежала быстрее. Посторонние люди со своими посторонними интересами…

Америка не имела к нему никакого отношения.

В самолете над Атлантикой Берк не мог не вспоминать, как упал с неба в африканскую жизнь Кейт. Он выжил после катастрофы вертолета, Полковник Смерть не пристрелил его, а отвез в госпиталь… Судьба вела его к Кейт. А кто отнял ее у него? Та же судьба? Но зачем она отнимает свои подарки? За что такая жестокая игра с его душой?..

Недавно Томми Ахерн похвастался, что к нему во сне опять приходила Кейт. Просила его не ссориться с Майклом — иначе у нее там, на небе, разорвется сердце от печали.

Берк почти по-детски обиделся.

— Почему она не зашла ко мне? Почему избегает меня?

Старик ласково тронул его за рукав.

— Ну-ну, будет, Майкл… Видать, не время. Она к тебе еще придет. Выберет правильный момент — и придет.

Ирландия тоже обманула его ожидания. Выдался необычно ясный день, весело светило солнце.