Джон Кэмпбелл – Острова в космосе (страница 13)
Вид из-за черной металлической стены и черного пустого пространства был настолько четким, что космонавты потеряли всякое ощущение расстояния. Светящееся пятно больше походило на миниатюрную модель Галактики – крошечный предмет, который плавал рядом с ними, не колеблясь, сияя ярким безжалостным светом, слабо освещавшим все предметы в темной обсерватории. Это был свет трехсот миллионов солнц, видимый на расстоянии трех на десять в семнадцатой степени миль! И это пятно света казалось крошечным, потому что его не с чем было сравнивать.
Это была удивительно красивая вещь – маленький парящий в темноте диск света.
Мори подплыл к камерам и начал снимать.
– Я бы хотел сделать цветное фото, – сказал он несколько минут спустя, – но для этого потребуется прямой снимок через телескоп-отражатель и временная экспозиция. А я не могу этого сделать, потому что корабль движется.
– Останавливать корабль вовсе не нужно, – возразил Аркот. – Мы удаляемся от него по прямой, а эта штука находится в трех квинтиллионах миль. И мы движемся недостаточно быстро, чтобы вызвать сколько-нибудь заметное сокращение времени воздействия. Что же касается наличия устойчивой платформы, то этот корабль весит четверть миллиона тонн и удерживается гироскопами. Мы не станем его трясти.
Пока Мори занимался временной экспозицией, Аркот смотрел на увеличенное изображение Галактики в телектроскопе и пытался сделать угловые измерения по отдельным звездам. Но это оказалось невозможным. Несмотря на то, что он мог различить Бетельгейзе и Антарес из-за их яркого излучения, они находились слишком близко друг к другу для измерений: угол между ними был слишком мал.
В конце концов, Ричард решил использовать для расчетов расстояние между Антаресом и звездой S Doradus в Малом Магеллановом облаке, одном из двух облаков звезд, которые плавают вокруг Галактики, как ее спутники. Чтобы еще раз проверить расчеты, он использовал радиус Галактики в качестве базы для вычисления расстояния. И оказалось, что корабль находился в пятистах тысячах световых лет от дома!
После того как все необходимые наблюдения были сделаны, путешественники развернули корабль вокруг своей оси и посмотрели вперед в поисках места следующей остановки.
Впереди виднелись туманности, но они все еще были практически невидимы невооруженным глазом: каждая из них казалась крошечной точкой. Однако телектоскоп, в конце концов, показал, что одна из этих точек определенно ближе остальных. Казалось, это была молодая галактика – звездный островок с центральным вихрем из огромного облака газа и пыли, из которых еще не родились звезды. Это единое гигантское газовое облако простиралось в пространстве на миллион миллиардов миль.
– Ну что, летим туда? – спросил, наконец, Аркот, когда Мори закончил свои наблюдения.
– Я думаю, это направление не хуже других – там больше звезд, чем мы можем надеяться посетить, – ответил его друг.
– Ну, тогда поехали!
Ричард нырнул в рубку управления, а Роберт выключил телектроскоп и сложил в папку последние фотографии.
Внезапно пространство вокруг него захлопнулось – они снова стали перемещаться. Последовал еще один удар бурлящей энергии, и еще один – и корабль рванулся вперед на огромной скорости, которая все возрастала и возрастала. В конце концов, они понеслись на максимальной скорости, и рядом с ними, как и раньше, летели их призрачные двойники.
Мори протиснулся в рубку управления как раз в тот момент, когда Аркот, Уэйд и Фуллер собирались идти в лабораторию.
– Мы залетели уже довольно далеко, – сказал он. – До нашей цели осталось около пяти дней. Я предлагаю остановиться в конце четвертого дня и сделать более точные измерения, а затем планировать более близкую остановку. Думаю, отныне нам надо спать по очереди, чтобы среди нас всегда быдл трое бодрствующих. Сейчас я лягу спать на десять часов, а потом сможет поспать кто-нибудь еще. Как вам эта идея?
Решено было так и сделать, после чего Роберт ушел спать, а трое его спутников спустились в лабораторию, чтобы поработать.
Аркот, к своему большому разочарованию, закончил установку аппарата-невидимки в своем скафандре только через десять часов. Он проверил, как работает этот новый прибор, и огляделся в поисках еще какого-нибудь занятия, пока Уэйд и Фуллер заканчивали собственные дела.
Потом к ним спустился Мори, а спустя еще четверть часа Уэйд закончил свою работу и ушел отдыхать.
Ричард после этого ушел в библиотеку, а Роберт стал работать в лаборатории. Фуллер в поисках нового занятия поднялся наверх, и ему пришла в голову превосходная идея приготовить ужин. Он только начал возиться на кухне, как корабль внезапно сильно тряхнуло, и люди, не ожидая прекращения невесомости, с ужасающей силой разлетелись в разные стороны!
Джон Фуллер полетел через камбуз и упал, ударившись об пол, в центре помещения. Уэйд, спавший в постели, проснулся от сильного толчка, а пристегнутого к стулу Мори просто сильно тряхнуло.
Все одновременно вскрикнули – и Аркот бросился в рубку управления. Первый толчок был лишь предвестником бури. Внезапно корабль швырнуло еще сильнее, и воздух пронзили огромные пылающие искры. Повсюду раздался треск электрических разрядов, и из каждого заостренного металлического предмета рванулись в воздух языки голубого пламени! Корабль же начал раскачивался и дико дергаться в разные стороны, словно им играли какие-то титанические силы!
С трудом карабкаясь по поручням, Ричард пробирался к рубке управления, которая теперь находилась то наверху, то внизу, то сбоку от него, пока корабль сотрясался от дико изменяющегося ускорения. Физик упрямо прокладывал себе путь, то и дело вздрагивая от боли – его обжигали летающие вокруг искры.
Внизу, в энергетическом отсеке, с диким грохотом включались и выключались реле. А потом, как раз в тот момент, когда Аркот забрался в кресло управления и пристегнулся, к электрическому треску добавился еще один звук. Звонко зажужжал детектор излучения.
– Космические лучи! – завопил Ричард. – ВЫСОКАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ!
Он ударил по выключателю, и на всех окнах корабля опустились тяжелые релюксовые экраны.
Внезапно раздался еще более громкий треск, и внизу вспыхнул фитиль, сделанный из серебряного бруска толщиной в два фута! В одно мгновение пламя горящих искр вспыхнуло и погасло. Корабль бешено скакал, сотрясаясь в руках титанических космических сил, которые окружали его – сил, создавших самую мощную форму энергии во Вселенной!
Аркот знал, что с силовой катушкой ничего нельзя сделать. Она была опустошена, а ее цепь разорвана. Он включил молекулярный двигатель и разогнал корабль до четырех гравитаций – до максимума, который могли выдержать люди.
Могучий звездолет по-прежнему метался, словно игрушка непостижимых сил. Космонавты были живы только потому, что эти силы не пытались растрясти корабль еще больше, а не из-за его собственной устойчивости: ничто не могло противостоять царящей вокруг ужасной буре.
В качестве ориентира Аркот использовал компасный гироскоп, единственный прибор, который не сильно отклонялся от своего первоначального положения. С его помощью Ричарду удавалось держать более-менее прямой курс.
Тем временем, Уэйд и Мори лихорадочно работали в энергетическом отсеке, чтобы зарядить катушку искривляющего пространство двигателя. Несмотря на истощающее силы напряжение от работы при ускорении в четыре «джи», им удалось привести в действие вспомогательный энергоблок. Через несколько мгновений они заставили его влить энергию в катушку-банк, от которого можно было зарядить центральную катушку. В нее вставили еще один серебряный предохранитель, и Уэйд проверил реле, чтобы убедиться, что оно в рабочем состоянии.
Пришедший к тому времени в себя Фуллер с трудом спустился в энергетическую рубку, притащив туда три скафандра. По пути он заглянул в лабораторию и взял там силовые пояса, после чего они с Уэйдом и Мори быстро надели их, чтобы облегчить себе работу при огромной силе тяжести.
Прошло еще полчаса, пока брыкающийся корабль прокладывал себе путь через ужасающее космическое поле.
Внезапно путешественники снова ощутили страшный толчок – а затем корабль стал двигаться более плавно, и постепенно все успокоилось. Они прошли сквозь бурю!
– У нас уже есть энергия для двигателя пространственной деформации? – крикнул Аркот по интеркому.
– Достаточно, – крикнул в ответ Мори. – Попробуй его запустить!
Ричард отключил молекулярный двигатель и пустил в ход всю имеющуюся у него энергию управления пространством. Быстро наполнившийся энергией корабль еще раз резко дернулся – и все стихло. Физик подождал десять минут, а затем выключил двигатель и позволил кораблю лететь по инерции.
В интеркоме послышался голос Мори:
– Аркот, здесь действительно полный бардак! Нам пришлось заменить половину проводки.
– Я сейчас спущусь. Кажется, все приборы на корабле вышли из строя! – отозвался Ричард.
К счастью, у них было много запасных частей. Некоторые меньшие реле сгорели полностью, а несколько силовых проводов расплавились от прошедшего через них чересчур сильного тока.
Привод пространственного напряжения истекал энергией с ужасающей скоростью: без дальнейшего ремонта он смог бы функционировать недолго.