Джон Кэмпбелл – Ледяной Ад (страница 20)
Его голос звучал так долго, что сначала Макриди не сразу осознал, что чего-то не хватает. Когда он лежал в узкой комнате напротив коридора, ведущего лабораторию космических лучей, голос Киннера доносился до него довольно отчетливо, несмотря на звуки проектора. И тут его поразило, что стоны прекратились.
— Даттон, выруби звук! — крикнул Макриди, резко встав. Во внезапной тишине мерцали картинки на стене. Лишь поднявшийся снаружи ветер меланхолично завывал в печной трубе. — Киннер замолк. — тихо сказал Макриди.
— Так бога ради, включите звук; возможно, он замолчал, чтобы послушать! —
воскликнул Пауэлл.
Макриди встал и пошел по коридору. Барклай и Ван Волл последовали за ним. Мерцающие картинки вспыхивали и извивались на спине Барклая в серых кальсонах, когда он пересекал все ещё работающий луч проектора. Даттон включил свет, и картинки исчезли.
Пауэлл стоял у двери, как его попросил Ван Волл. Гэрри тихо сидел на ближайшей к двери койке, вынудив Дуайта освободить для него место. Большинство остальных оставались на своих местах. Только Коннант медленно ходил взад и вперед по комнате в ровном, неизменном ритме.
— Если ты и дальше будешь бездумно шаркать туда-сюда, Коннант, — проворчал Дуайт, — я тебя прикончу, не зависимо от того, человек ты или нет! Ты меня понял?
— Извини.
Физик сел на койку и задумчиво посмотрел на носки своих сапог. Прошло почти пять минут, хотя всем показалось что пять веков, прежде чем Макриди снова появился в двери и прервал одинокое завывание ветра.
— Нам и без того тут тяжко. — объявил он. — Кто-то пытался оказать нам услугу. Кто-то перерезал Киннеру горло, оставив в нем торчать нож. И так, Колдуэлл, у нас теперь целых четыре существа, чье имя начинается на "Ч" - Человек, Чудовище, Чокнутый и Человекоубийца. И мы столкнулись со всеми.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
— Блэр сбежал? — спросил кто-то.
— Блэр не сбежал, он бы обязательно сюда приперся. Если есть сомнения, откуда взялся наш доброжелатель, то у нас есть подсказка. — Макриди держал в тряпке нож с тонким лезвием длиной в фут с обгоревшей деревянной рукояткой.
Дуайт уставился на него.
— Это из-за меня. Я забыл эту чертову штуку и оставил ее на плите сегодня в полдень...
Ван Волл кивнул.
— Я почуял его, если вы помните. Я знал, что нож принесен был с кухни.
— Интересно, — сказал Беннинг, настороженно оглядывая собравшихся, — сколько среди нас ещё монстров? Кто-то из нас сумел соскользнуть со своего места, подойти к плите, взять нож и незаметно сбегать в космическую лабораторию? Ведь все здесь...
— Может, это сделал монстр? — тихо предположил Гэрри. — Есть такая возможность.
— У монстра, как мы теперь знаем, остались только люди. Зачем ему жертвовать запасом тел? — отметил Макриди. — Нет, в данном случае, мы имеем дело с обычным убийцей. В другое время, мы бы назвали его "бесчеловечным убийцей", я полагаю, но сейчас мы должны делать различия. У нас есть убийца-монстр, а теперь ещё и убийца-человек. По крайней мере, один.
— Ещё одним человеком меньше, — тихо сказал Пауэлл. — Может быть, у убийц и монстров теперь равные шансы?
— Это не важно, — вздохнул Макриди и повернулся к Барклаю. — Бар, принеси, пожалуйста, свой самодельный электрошокер. Я хочу кое-что проверить.
Барклай пошел за своим электрошоком, а Макриди и Ван Волл вернулись в космическую лабораторию. Не прошло и минуты, как вернулся Бар.
Они шли к космической лаборатории по петляющим коридорам, которых было полно на Главной базе. Их в дверях уже ждал Пауэлл. Но внезапно раздались приглушенные крики Макриди. Раздался дикий шквал ударов, тупые щелкающие звуки электрошока.
— Бар! Бар! Ради всего святого!
Пауэлл услышал истошный вопль, который резко оборвался, как только он прибежал к месту происшествия.
Киннер, или то, что было Киннером, лежало на полу, изрезанный большим ножом Макриди. Метеоролог, весь покрытый кровью и едва дыша, прислонился к стене. Ван Волл скорчился на полу, постанывая держась рукой за челюсть. Барклай, с безумной яростью в глазах, методично орудовал своим колющим оружием, нанося удары по лежащему телу.
На руках Киннера появилась странная чешуйчатая шерсть, а кожа слезла. Голова округлилась, пальцы укоротились, а ногти вытянулись на несколько сантиметров и превратились в стальные и острые, как бритва, когти.
Макриди поднял голову, рассеяно посмотрел на нож в своей руке и выронил его. Он тихо рассмеялся дрожащим голосом, почти с облегчением.
— Ну, кто бы это не сделал, можно смело сказать – убил он не человека. Клянусь Господом, Киннер был безжизненным трупом на полу, когда мы прибыли сюда, но когда тварь осознала, что её собираются поджарить электричеством, она раскрыла себя!
— О, Господи, это Нечто и на такое способно! Оно сидело здесь часами, истошно верещало молитвы о боге, которого ненавидело. Оно напевало гимны веры, которую никогда не знало. О боже...
— Ну что же, признавайтесь, кто это сделал. Я не знаю, кто это сделал, но он оказал нам неоценимую услугу. И я хочу знать, как, черт возьми, он выбрался из комнаты незамеченным. Это может нам помочь.
— Даже звуки проектора не могли заглушить его вопли. — Дуайт задрожал. — Это было чудовище!
— Ага. — сказал Ван Волл, внезапно все осознав. — Ты сидел прямо возле двери, не так ли? Практически за проектором.
Дуайт тупо кивнул.
— Он...теперь затих. Он мертв. Мак, твой тест ни к черту не годится. Какой толк, если хоть человек, хоть монстр в любом случае превращается в покойника?
Макриди тихо усмехнулся.
— Ребята, познакомьтесь с Дуайтом, единственным, о ком со стопроцентной уверенностью можно сказать, что он человек! Парень доказал всем, что он человек, совершив убийство, которое не удалось. Остальные, пожалуйста, воздержитесь от подобных попыток доказать, что вы люди. Я попробую придумать ещё один тест.
— Правда? — радостно воскликнул Коннант, и тут же его лицо разочарованно перекосилось. — Полагаю, он снова будет бесполезен.
— Нет. — резко сказал Макриди. — Смотрите в оба и будьте осторожны. Всем прийти в главный корпус. Барклай, возьмешь с собой свой электрошокер. Даттон, бога ради, проследи за ним. Следите друг за другом, ибо, я кое-что приготовил для этих исчадий ада, и они об этом точно знают и станут куда опаснее!
Люди резко напряглись. Душу каждого поглотило чувство всеразрушающей угрозы, и с этой минуты никто не оставался без присмотра со стороны соседа, который мог оказаться вовсе не человеком.
— Что ты задумал? — спросил Гэрри, когда они вернулись в главный зал. — Сколько времени это займет?
— Я точно не знаю, — сказал Макриди, его голос был полон решимости, — но в этот раз я точно знаю, что тест сработает. Он полностью основан на природе монстра, а не на нашей. Случай с Киннером только что убедил меня в этом.
— Это, — сказал Барклай, поднимая деревянную рукоятку с двумя оголенными проводами, — будет весьма необходимо, как я понимаю. Генератор в порядке?
Даттон решительно кивнул.
— Генератор в полной готовности. Я все настроил, когда мы смотрели фильмы, и проверил несколько раз. Все, чего ты коснешься этими проводами, мгновенно поджарится, уж поверь мне, — мрачно ответил он.
Доктор Коппер медленно сел на койке, и потер руками опухшие ото сна глаза, в которых ещё отражались навеянные снотворным ночные кошмары.
— Гэрри... — пробормотал он, — Гэрри, послушай. Они пришли из ада, адские живучие имитаторы...Я имею ввиду... Я... — он упал на койку и тихонько захрапел.
Макриди задумчиво посмотрел на него.
— Скоро узнаем, друг мой, — медленно кивнул он. – Живучие — вот что верно. Ведь ты способен размышлять даже во сне. А я не перестаю думать, какие тебе могут сниться сны. Живучие твари… вы понимаете, о чем я? — он повернулся к людям в комнате. Напряженные, безмолвные люди не сводили глаз друг с друга.
— Доктор Коппер сказал, что каждая частичка этой твари может являть собой самодостаточный организм. Это и есть решающий фактор.
— И вот ещё что. В крови нет ничего особенного, она представляет собой такую же живую ткань, как мышцы или печень. Однако каждая ее клетка способна быть самостоятельной, а в крови миллионы жизненных клеток.
Лицо Макриди растянулось волчьем оскале.
— Да, черт вас подери! Я уверен, что мы – люди, все ещё превосходим вас, монстров. Монстров, что затаились среди нас. И у нас есть то, чего, очевидно, нет у вас, дрянных пришельцев. Вы можете сымитировать кожу и клетки, но не способны сымитировать неугасимый огонь, что горит в нас! Мы будем сражаться, биться с такой свирепостью, которую вы можете скопировать, но вам никогда не превзойти нас! Мы люди! Мы настоящие, подлинные! А вы – имитация, фальшивка! Хорошо. Время для решительного противостояния. И ты, это знаешь, тварь! Ты прочитал эти мысли у меня в мозгу. Но ничего не сможешь поделать!
Ничего не сможешь поделать.
Продолжим. Кровь — это тоже плоть. У них должна идти кровь. Если при ранении у них не течет кровь, сразу становится ясно, что они – порождения ада. Если же кровь течёт, то она становится отдельным существом со всеми его биологическими способностями.
— Поняли Ван? Бар?
Ван Волл мягко засмеялся.
— Ты считаешь, что капля крови — это самостоятельное живое существо, страстно желающее защитить свою жизнь? И кровь попытается уползти от раскаленной иглы?