Джон Катценбах – Особый склад ума (страница 54)

Джеффри с удивлением заметил, что дышит учащенно.

Значит, где-то глубоко внутри его обуревали эмоции. Не вызывало также сомнений, что азарт, возбуждение сейчас заглушали все имеющиеся у него вопросы, затуманивали мозг. Джеффри ощутил в себе странный холод, почти такой же, какой испытал в детстве, когда узнал, что никакого Санты не существует и что это всего-навсего выдумка взрослых. Он искал внутри себя хоть какую-то разумную и конкретную эмоцию, за которую можно было бы уцепиться, но не находил.

У него возникло такое чувство, будто он обескровлен, окоченел, превратился в ледышку.

Детектив вырулил на полукруглую подъездную дорожку, которая вела к современному двухэтажному дому на четыре спальни, стилизованного, как и тот городок, откуда они недавно выехали, под колониальный стиль Новой Англии. День стремительно угасал, краски меркли, превращаясь в палитру невнятных серых тонов, но в наступивших сумерках дом, освещенный фарами полицейского джипа, был хорошо виден.

Дом стоял темный, без всяких признаков жизни.

Мартин резко нажал на тормоза.

— Приехали, — проговорил он, выходя из машины.

Сунув пистолет-пулемет за спину, чтобы его не было видно, детектив быстро прошел к передней двери.

— Нахожусь у двери! — шепнул он в укрепленный на его наушниках маленький микрофон. — Подтягивайтесь к дому.

Дав Клейтону знак отойти в сторону и держаться подальше, он с силой постучал в дверь.

Уголком глаза Джеффри увидел, как другие члены команды со всех сторон ринулись к дверям. Мартин постучал снова, еще громче прежнего. На этот раз он вдобавок еще и крикнул:

— Служба безопасности штата! Откройте!

Внутри по-прежнему не раздавалось ни звука.

— Вот дерьмо! — выругался Мартин и принялся всматриваться в ближнее к двери окно. — Всем внутрь! — скомандовал он.

Детектив отошел на один шаг от двери и ударил по ней ногой, отчего раздался грохот, похожий на пушечный выстрел. Дверь сотряслась и затрепетала, однако не поддалась.

— Черт побери! — с чувством произнес Мартин и повернулся к Клейтону. — Пойдите принесите из машины кувалду, да поживее! Будем ломать дверь!

Пока Джеффри шел за кувалдой, он слышал, как в отдалении перекрикиваются члены команды, и в то же самое время до него доносились их голоса, раздающиеся в наушниках у агента Мартина, так что возникало нечто вроде стереоэффекта. В конце концов Мартин сорвал с головы наушники и принялся ожесточенно махать ему руками:

— Давайте пошевеливайтесь, черт побери!

Клейтон взял с заднего сиденья кувалду и понес детективу.

— Давайте сюда эту хрень! — крикнул Мартин, выхватывая кувалду из рук Клейтона.

Отступив от двери фута на два, он со злостью размахнулся кувалдой и ударил по двери. На этот раз от нее полетели щепки. Мартин зарычал от напряжения и с усилием ударил еще раз, нанеся последний, сокрушительный удар. Дверь с треском распахнулась. Детектив отшвырнул кувалду, и она с глухим стуком упала на крыльцо. Мартин же ухватился за свой автоматический пистолет и, выставив его вперед, не мешкая ни секунды, прыгнул вперед, в дверной проем, закричав:

— Я в доме, я в доме!

Джеффри последовал за ним.

Мартин наткнулся на стену и, сделав пируэт, одновременно извернулся так, чтобы держать под прицелом весь темный вестибюль, и при этом еще передернул затвор. Раздался громкий металлический щелчок, отозвавшийся эхом в пустом помещении.

Этот отраженный стенами и потолком звук стал для Джеффри самым сильным впечатлением о штурме дома, отложившимся у него в памяти. Он заставил его на миг внутренне содрогнуться, хотя профессор лишь спустя какое-то время понял, что именно тот означал. Клейтон подошел вплотную к детективу и прошептал:

— Расслабьтесь. И скажите остальным, чтобы подошли сюда через переднюю дверь.

Мартин продолжал водить перед собой дулом то вправо, то влево, описывая им в воздухе широкую дугу.

— Что? — спросил он.

— Велите другим членам команды идти к нам. И пусть опустят оружие. Тут нет никого, кроме нас.

Джеффри выпрямился и принялся искать в полумраке настенный выключатель. Через пару секунд он его нашел и включил свет. Теперь стало очевидным то, о чем говорил Клейтон: дом был пуст. Причем совсем. Ни людей, ни мебели, ни ковров, ни портьер. Никаких признаков того, что здесь кто-нибудь обитает.

Мартин сделал вперед несколько неуверенных шагов — гулкое эхо разнеслось по всему пустому помещению, точно так же как щелчок его затвора несколькими секундами раньше.

— Ничего не понимаю, — произнес он.

Джеффри промолчал, однако мысленно обратился к детективу со следующими желчными вопросами: «Ну что, детектив, ты думал, это проще простого? Поколдовал на компьютере — и все, готово?»

Они вошли в пустую гостиную. За их спинами слышались голоса членов команды специального назначения, собравшихся у входа, в прихожей. Командир группы — тот самый, в синем костюме, — вошел следом за ними в гостиную.

— Ну что, никого? — спросил он.

— Похоже, что так, — ответил Мартин. — Но я хочу, чтобы тут все обыскали на предмет любых оставленных здесь улик.

— Еще бы! — согласился человек в костюме. — Ведь все-таки красный уровень.

Мартин метнул в его сторону красноречивый взгляд, но тот его проигнорировал и просто сказал:

— Пойду оповещу наших девушек. Пускай тоже расслабятся.

— Ага, — произнес Мартин. — Чертовщина какая-то!

Джеффри медленно шел по пустым комнатам. «Тут все не так просто, — подумал он. — Эта пустота очень многозначительна. Она о многом говорит. Надо лишь понять, о чем именно». Его размышления прервал звук голосов, донесшийся из вестибюля. Он обернулся и увидел Мартина, стоящего в центре гостиной. Его пистолет-пулемет висел у него на боку, лицо было красным от злости. Детектив, похоже, собирался ему что-то сказать, но тут в комнату вернулся командир группы:

— Эй, хотите поговорить кое с кем из соседей? Тут один из них как раз подошел узнать, из-за чего вся эта катавасия.

Джеффри быстро ответил:

— Да, я хочу! — И он быстрым шагом прошел мимо Мартина, который, фыркнув, последовал за ним к выходу.

Человек средних лет, в брюках цвета хаки и в лиловом кашемировом свитере, держащий на поводке терьерчика, который то и дело потявкивал и вертелся у ног, разговаривал с двумя членами их команды. Одна из женщин, снимая бронежилет, надетый под куртку спортивного костюма, произнесла:

— Эй, Мартин, послушай-ка, что он говорит. Возможно, тебе это будет интересно.

Детектив подошел ближе.

— Что вы знаете о владельцах этого дома? — спросил он.

Мужчина повернулся к нему, пошикал на свою собачку, впрочем без особого успеха, и ответил:

— Он никому не принадлежит. Его пытаются продать вот уже два года.

— Два года? Это ведь очень большой срок.

Его собеседник кивнул:

— Обычно у нас в поселке нового покупателя такой недвижимости подыскивают месяцев за шесть. Максимум за восемь. У нас тут очень хорошо, и все к нам стремятся. О нас даже однажды писали в главной газете штата, вскоре после того, как закончилось строительство. Прекрасная планировка, совсем недалеко от ближайшего городка, где есть все необходимое, очень хорошие школы…

Джеффри вышел вперед:

— Но этот дом отличается от других. Чем?

Мужчина пожал плечами:

— Думаю, люди считают, будто он несчастливый. Сами знаете, насколько крепко могут засесть в головах людей подобные предрассудки. Как только услышат, что он числится под номером тринадцать, так тут же дают задний ход. Я уж советовал хотя бы сменить номер.

— А чем это он несчастливый?

Человек с собачкой кивнул, показывая, что понимает, о чем идет речь:

— Не знаю, назовете ли вы этот дом несчастливым или как-то иначе. Не то чтобы тут водились привидения или какая-нибудь еще чепуха в этом духе, просто с ним связаны дурные воспоминания, вот и все. И я не понимаю, почему все мы должны страдать из-за той давней истории.

— Какой истории? — спросил Джеффри.

— А между прочим, что вы, ребята, все тут делаете? — настороженно спросил мужчина.

— Так что это за история? — продолжал настаивать Джеффри.

— Пропала девочка. Так писали в газете.

— А ну-ка расскажите.