Джон Карре – Ночной администратор (страница 63)

Даже Кэролайн принимала участие в общем веселье. Только Джед все еще не могла распроститься с грустью.

– Смотрите на вещи проще, – говорил Роупер, который всегда пил ровно столько, сколько было необходимо, чтобы безупречно справляться с ролью гостеприимного хозяина, обращаясь к одной английской наследнице с голубоватыми волосами, в пух и прах проигравшейся в Лас-Вегасе и благодарившей Бога и, конечно, дорогого Дикки, что ее дома находились под опекой. – Если этот мир – куча дерьма, а ты устраиваешь себе в нем маленький рай и помещаешь там девочку вроде этой, – Роупер обнял Джед за плечи, – по моему мнению, ты оказываешь ему большую честь.

– О, Дикки, милый, это ты оказываешь честь всем нам! Ты украшаешь нашу жизнь! Разве не так, Джед? Он просто сказочный мужчина, тебе здорово повезло, девочка, не забывай об этом…

– Дэнс! Иди сюда!

Голос Роупера моментально установил тишину. Даже американские торговцы долговыми обязательствами перестали разговаривать. Дэниэл послушно побрел к отцу. Роупер выпустил Джед и положил ладони на плечи сына, как бы призывая окружающих взглянуть на него. Он повиновался собственному порыву. И, как сразу догадался Джонатан, говорил, обращаясь к Джед. По-видимому, какой-то спор между ними не мог разрешиться, по его мнению, без поддержки симпатизирующей аудитории.

– Племена Мумба-Юмба умирают с голоду? – обратился Роупер к улыбающимся лицам. – Неурожаи, засуха, отсутствие медикаментов? А в Европе и Америке кучи зерна. Озера молока, которые мы не используем. Кто же настоящие убийцы? Вовсе не те, кто делает оружие! А те, кто не допускает вывоз! – Аплодисменты. Потом аплодисменты усилились, когда они сообразили, что это для него важно. – Страждущие восстают? Цветные будоражат беззаботный мир? Так и надо. Если племя не может за себя постоять, чем быстрее оно вымрет, тем лучше! – Он дружески встряхнул Дэниэла. – Посмотрите на этого парня! Прекрасный человеческий материал. Знаете почему? Стой, Дэнс! Он из рода тех, кто выжил. В течение сотен лет шел отбор: сильные дети выживали, слабые погибали. Выжившие соединялись с выжившими, и родился он. Спросите евреев, правда, Китти? Китти согласна. Мы за естественный отбор. Лучшие из помета, и так каждый раз. – Он развернул Дэниэла кругом и указал на дом. – Пора спать, старина! Томас сейчас придет и тебе почитает.

Какое-то мгновение Джед разделяла всеобщее воодушевление. Она не аплодировала, но по тому, как она улыбалась и как сжимала руку Роупера, было ясно, что его речь, пусть на короткое время, избавила ее от ощущения вины, или сомнения, или замешательства, в общем, чего-то такого, что в последние дни не давало ей, как всегда, наслаждаться совершенством мира.

Однако несколько минут спустя она тихо ускользнула наверх. И больше не появилась.

Коркоран и Джонатан сидели в садике дома Вуди и пили холодное пиво.

На остров Мисс Мейбл опустились розоватые сумерки. Готовясь навсегда уйти, день напоследок подкрасил облака багрянцем.

– Парня звали Сэмми, – мечтательно проговорил Коркоран. – Да, именно Сэмми.

– Ну и что он?

– Служил на той яхте, которая была до «Паши», – на «Паоле».

Джонатан приготовился выслушать исповедь Коркорана об утерянной любви.

– Сэмми из Кентукки. Бравый был парнишка. Целый день, бывало, снует туда-сюда по мачте, как какой-нибудь герой «Острова сокровищ». «Зачем он это делает? – думал я. – Красуется? Перед девчонками? Или парнями? Передо мной?» Шеф в это время был занят товарами. Цинк, какао, резина, чай, уран и прочее. Иногда просиживал ночи, продавая, покупая, перепродавая на стороне, играя на повышение, получая прибыль. Конечно, без лишнего шума, действуя очень осторожно. А этот малыш Сэмми все сновал туда-сюда по мачте. И тут я сообразил. Да, подумал я, вот в чем дело, Сэмми, мой мальчик. Ты занимаешься тем, чем я бы сам занимался. Ты шпионишь. Поэтому, дождавшись, когда мы пришвартовались и команда, как всегда, сошла на берег, я достал лестницу и полез на мачту. Чуть не убился, но нашел, что искал, за антенной. Потайной микрофон. Снизу-то его не было видно. Сэмми подслушивал то, что происходило в каюте шефа, а затем закладывал его и тех, кто вел с ним дела. Они тогда объединили свои капиталы. К моменту, когда мы его разоблачили, уже сумели превратить семьсот долларов в двадцать тысяч.

– И что вы с ним сделали?

Коркоран покачал головой, изображая сожаление.

– Дело в том, мой милый, – произнес он так, будто Джонатан был в силах помочь, – что, когда я смотрю в твои загадочные глаза, все во мне сигналит: вот новый милашка Сэмми, карабкающийся по мачте.

Было девять утра следующего дня. Фриски подкатил в «тойоте» под окна Джонатана, сигналя для пущего эффекта.

– Форма одежды парадная, Томми. Шеф требует тебя немедленно на тет-а-тет. Собирайся сейчас же и держи хвост пистолетом.

Паваротти изливал неизбывную тоску. Роупер стоял перед большим камином, читая какой-то документ через полулинзовые очки. На софе развалился Лэнгборн, небрежно положив руку на колено.

Бронзовые двери затворились, и в то же мгновение музыка оборвалась.

– Это подарок для вас, – сказал Роупер, продолжая читать.

Коричневый конверт, лежащий на черепаховом столике, был адресован господину Дереку С. Томасу. Ощутив его тяжесть, Джонатан невольно вспомнил Ивонну, ее бледное лицо в «понтиаке» на обочине автострады.

– Вам это понадобится, – сказал Роупер, прерываясь, чтобы протянуть Джонатану серебряный нож для разрезания бумаг. – Смотрите не порежьтесь.

Роупер, однако, не возобновил чтение, а стал наблюдать поверх очков за Джонатаном. То же делал и Лэнгборн. Под их взглядами Джонатан аккуратно разрезал обертку и вытащил новозеландский паспорт со своей собственной фотографией внутри на имя Дерека Стивена Томаса, сотрудника компании, родившегося в Мальборо, Южный остров, срок действия – три года.

Момент, когда он увидел и ощутил эту штуку в руках, был для него чрезвычайно и даже до смешного волнующим. Глаза затуманились, к горлу подкатил комок.

«Роупер защитит меня. Роупер мой друг».

– Я им велел поставить сюда несколько виз, – с гордостью заявил Роупер. – Так он выглядит не слишком новеньким. – Роупер отложил документ, который читал. – Не следует доверять слишком новому паспорту, так я думаю. Лучше, когда он старый. Так же, как таксисты из третьего мира. Ведь есть какая-то причина, почему они выжили.

– Спасибо, – сказал Джонатан. – Огромное спасибо. Он великолепен.

– Теперь вы на ходу, – сказал Роупер, оставаясь доволен собственной щедростью. – Визы в порядке. Паспорт тоже. Не упустите удачу. Когда потребуется обновить, обратитесь в какое-нибудь их консульство за границей.

Расслабленность Лэнгборна искусно подчеркивала бодрое удовлетворение Роупера.

– Эту штуку надо подписать, – сказал он. – Но сначала лучше потренируйтесь.

Под наблюдением обоих Джонатан несколько раз написал на листе бумаги «Дерек С. Томас», пока они не одобрили. После этого подписал паспорт.

Лэнгборн взял паспорт в руки, закрыл и протянул Роуперу.

– Что-то не так? – спросил Лэнгборн, обращаясь к недоуменному Джонатану.

– Я полагал, он мой. И должен быть у меня, – сказал Джонатан.

– Кто, черт побери, внушил вам эту идею? – спросил Лэнгборн.

Тон Роупера выражал большую расположенность.

– Для вас есть работа, помните? Выполните ее и можете ехать.

– Какого рода работа? Вы мне не говорили.

Лэнгборн открыл дипломат.

– Нам нужен свидетель, – сказал он, обращаясь к Роуперу. – Кто-то, кто не умеет читать.

Роупер снял трубку и нажал пару кнопок.

– Мисс Моллой. Это шеф. Не зайдете ли сейчас ко мне в кабинет?

– Что я подписываю? – спросил Джонатан.

– Идите вы на хер, Пайн, – произнес Лэнгборн сдавленным шепотом. – Для беглого убийцы вы чересчур разборчивы, должен признать.

– Даем вам в руки одно дело, – сказал Роупер. – Немного путешествий, немного волнений, а главное – полная тайна. В конце – приятная неожиданность. Будете с прибылью.

Бронзовые двери отворились.

Мисс Моллой была высокая напудренная сорокалетняя дама. На шее на медной цепочке висела пластмассовая ручка под мрамор.

Первым шел документ об отказе Джонатана от всех прав на доходы, прибыли и стоимость имущества зарегистрированной на Кюрасао компании под названием «Трейдпатс лимитед». Он сразу подписал его.

Потом следовал документ, где Джонатан в качестве управляющего вышеупомянутой фирмы брал на себя ответственность за все обязательства и долги фирмы. Он также подписал его.

На третьем листе стояла подпись майора Лэнса Монтэгю Коркорана, предшественника Джонатана на этом посту. Здесь было оставлено место, куда Джонатан вписал свое имя и расписался.

– Да, дорогая?

В комнату вошла Джед. Ей, должно быть, удалось уговорить охранника.

– У меня на проводе Дель Оро, – сказала она. – Обед и гостиница в Абако. Я пыталась связаться с тобой, но табло показывает, что ты не отвечаешь на звонки.

– Детка, ну ты же знаешь, что это так.

Джед обвела холодным взглядом присутствующих и остановилась на мисс Моллой.

– Антея, – сказала она. – А чего они хотят от тебя? Надеюсь, не подписи под обязательством выйти замуж за Томаса?

Мисс Моллой стала пунцовой. Роупер неопределенно усмехнулся. Никогда раньше Джонатан не видел его в растерянности.

– Томас начинает действовать, Джед. Я же говорил тебе. Мы даем ему небольшой капиталец. Мы ведь его должники. За Дэниэла, и все прочее. Мы с тобой обсуждали это, помнишь? В чем дело, Джед? Это же бизнес.