Джон Ирвинг – Последняя ночь у Извилистой реки (страница 71)

— В вашем жилище водятся открывалки? — спросил Дэнни.

— Поищи на кухне.

Бородатый художник, получивший два удара от Эми, прижимал к лицу мокрую футболку. Он то и дело мочил ее в ледяной воде и вновь прикладывал.

— Ну так как же барбекю? — поинтересовался у него писатель.

Художник пробормотал что-то невразумительное и поплелся вслед за Рольфом к дымящейся яме.

В гостиной накрыли стол. Картофельный салат, салат из зелени, холодная макаронная запеканка. Скромное угощение дополняли несколько бутылок вина и что-то еще из выпивки.

— Хочешь чего-нибудь поесть? — спросил у сына Дэнни.

Он так и не нашел открывалки и воспользовался ручкой ящика в кухонном буфете. Первую бутылку Дэнни выпил залпом и сейчас добрался почти до середины второй.

— А где мясо? — спросил Джо.

— Оно еще жарится. Пойдем посмотрим.

Кому-то захотелось музыки, и он включил радио у себя в машине. Над лужайкой плыл голос Донована[104], певшего «Mellow Yellow»[105]. Рольфу и бородатому художнику удалось вытащить из ямы горячие матрасные пружины. При этом художник обжег руки. Рольф догадался стянуть с себя джинсы и воспользоваться ими как прихватками. Нос и бровь фотографа все еще кровоточили. Он надевал закопченные джинсы, попутно утирая ладонью сочившуюся кровь. Несколько кусков свинины свалились в огонь, но оставшегося мяса было вполне достаточно. Похоже, оно неплохо прожарилось. Во всяком случае, выглядело свиное барбекю даже аппетитно.

— Что это? — спросил Джо.

— Жареная свинина. Ты же любишь жареную свинину, — сказал малышу Дэнни.

— А прежде это был поросенок, — полез со своими объяснениями Рольф.

— Совсем маленький, — поспешил добавить Дэнни. — Не такой, как твои большие друзья из загона.

— Кто его убил? — спросил Джо.

Ему не ответили, но малыш уже забыл о своем вопросе. Он зачарованно глазел на Небесную леди. Она стояла возле ямы, невдалеке от закопченных пружин, на которых покоился жареный поросенок. Ребенок смотрел на парашютистку так, словно она в любую секунду могла взлететь в небо.

— Небесная леди! — позвал он.

Эми улыбнулась малышу.

— Ты ангел?

(Дэнни начинало казаться, что так оно и есть.)

— Иногда бываю, — ответила парашютистка.

Она смотрела на машину, свернувшую в сторону фермы. Скорее всего, это были пилот и помощник. Эми еще раз окинула взглядом свиное барбекю.

— Но иногда я просто вегетарианка. Например, сегодня.

Трудно сказать, понял ли Джо объяснения удивительной тети.

Кто-то перестроил приемник, и теперь Мерл Хаггард[106] услаждал собравшихся своей песней «I’m a Lonesome Fugitive»[107]. Кэти танцевала сама с собой или с бокалом вина, но вдруг перестала. Всем стало любопытно, как будут разворачиваться события с приездом пилота и помощника. Эми размашистым шагом двинулась к остановившейся машине.

— Иди в задницу, Джорджи. И ты туда же, Пит, — приветствовала Эми приехавших мужчин.

— Эми, мы все-таки были довольно высоко и не видели свиней. Когда ты прыгала — точно не видели, — сказал ей один из мужчин, подавая одежду.

— Пошел в задницу, Пит, — сказала парашютистка.

Она сорвала полотенце и бросила в него.

— Успокойся, Эми, — сказал второй мужчина. — Парням с фермы не мешало бы нас предупредить насчет свиней.

— Я попыталась им это втолковать, — усмехнулась парашютистка.

Джорджи и Пит разглядывали «парней с фермы». Они наверняка заметили, что у Рольфа из носа сочится кровь, а бородатый художник до сих пор прячет лицо в мокрой футболке. Пилот с помощником сразу догадались, что это следы «беседы» Эми.

— А кто полез в загон и помог тебе выбраться? — спросил Пит.

— Видите того щуплого парня в трусах? Отца малыша? Это он, — сказала Эми и добавила: — Мой спаситель.

— Благодарю вас, — сказал Пит, подойдя к Дэнни.

— Мы вам очень признательны, — добавил Джорджи.

В одежде Небесная леди выглядела почти столь же впечатляюще: наверное, потому, что одевалась она как мужчина (не считая черного нижнего белья — простого и довольно неказистого). Синяя джинсовая рубашка рабочего покроя, заправленная в джинсы, пояс с большой пряжкой и ковбойские сапоги. Узор на сапогах имитировал шкуру гремучей змеи.

Эми подошла к Дэнни, который стоял, держа Джо на руках.

— Если ты когда-нибудь попадешь в беду, я вернусь, — сказала малышу Небесная леди и поцеловала его в лоб. — А пока заботься о своем отце.

Кэти вновь танцевала сама с собой, одновременно наблюдая за парашютисткой. Она видела, как та подошла к Дэнни и поцеловала Джо. Возможно, Кэти даже слышала произнесенные Эми слова. Песня, под которую она танцевала теперь, была из альбома «Between the Buttons», но Дэнни забыл название. К этому времени он опорожнил третью бутылку пива и трудился над четвертой, по-прежнему не съев ни куска. Кто-то опять покрутил радио, поскольку музыка изменилась. Дэнни чувствовал, что поцелуй Небесной леди был адресован ему. Видно, Эми знала, что лучший способ произвести впечатление на родителя — это понравиться ребенку, которого он горячо любит. Но кто она, Небесная леди? Судя по следу кесарева сечения — чья-то мать. Потом он подумал о двух летчиках. Может, кто-то из них — ее муж или любовник.

— А как здесь насчет перекусить? — уже в который раз спрашивал Джорджи.

— Джорджи, нам не понравится их еда. Даже Питу.

Это было сказано таким тоном, словно Пит не мог решать самостоятельно. Дэнни засомневался, что Эми спит с кем-нибудь из них.

Пилот и помощник с чрезвычайной осторожностью свернули парашют и уложили вместе с ремнями в багажник машины. Но совсем избегнуть соприкосновения со свинячьим навозом им не удалось. Эми открыла дверцу и уселась на место водителя.

— Сама поведешь? — спросил ее Джорджи.

— Как видишь, иначе бы не села.

— Тогда я сажусь назад, — объявил Пит.

— Оба сядете назад, — сказала им Эми. — Я сегодня уже вдоволь нанюхалась свинячьего дерьма.

Пилот и помощник уже собрались залезть на заднее сиденье, как парашютистка их задержала:

— Видите вон ту танцующую милашку? У нее еще титьки сквозь кофточку проглядывают. Теперь заметили?

Дэнни знал, что Джорджи и Пит еще раньше заметили Кэти. Обычно мужчины сразу обращали на нее внимание.

— Ну, вижу, — сказал Джорджи.

— И что в ней такого? — удивился Пит.

— Если со мной что-нибудь случится — парашют не раскроется или еще что-то, — можете смело нанимать ее. Уверяю вас, она сделает все, — сказала парашютистка.

Джорджи и Пит недоуменно переглянулись.

— Эми, я что-то не понял, — признался Пит.

— Ты хочешь сказать, она согласится голой выпрыгнуть из самолета? — спросил Джорджи.

— Я хочу сказать: она не только выпрыгнет голой — она выпрыгнет даже без парашюта, — заявила Эми. — Правда, дорогая? — спросила она у Кэти.

Кэти обожала, когда внимание сосредоточивалось на ней. Она уже разыскала свои сандалии, но надевать не торопилась. Сандалии она держала в одной руке, бокал — в другой и танцевала.

— Ну, это зависит от обстоятельств. В жизни всякое бывает. Почему бы и нет? — кокетливо ответила Кэти, покачивая головой в такт музыке.

— Теперь поняли? — спросила Эми у своих мужчин.

Джорджи и Пит молча залезли в машину. Эми на прощание погрозила художникам пальцем и тронулась с места. Кэти перестала танцевать, поскольку теперь из приемника звучал голос Пэтси Клайн[108] (кто-то в очередной раз покрутил ручку).

— Не хочу есть свинку, — сказал Джо.

— Тогда поищем тебе что-нибудь другое, — пообещал Дэнни.