Джон Ирвинг – Отель «Нью-Гэмпшир» (страница 23)
– Не секретничай. – И добавила: – Мы все хотим знать, что это за второе предварительное бронирование?
– Это не раньше лета, – сказал он. – У нас еще масса времени, чтобы к нему подготовиться. А пока наша главная забота – эксетеровский уик-энд. Всему свое время.
– Это, наверное, съезд слепых, – сказала Фрэнни мне и Фрэнку, когда мы на следующее утро шли на занятия в школу.
– Или лепрозорий, – сказал я.
– Все будет в порядке, – озабоченно сказал Фрэнк.
Мы не ходили больше по тропинке через лес за спортивной площадкой. Мы шли прямо через футбольные поля, иногда бросались огрызками яблок в ворота или выходили на главную дорожку, которая вела мимо общежитий. Мы были внимательны, чтобы не попасться на глаза игрокам Айовы Боба; никто из нас не хотел встретиться один на один с Чиппером Доувом. Отцу мы про этот инцидент не рассказывали, Фрэнк попросил нас ничего ему не говорить.
– Мать уже знает, – сказал он. – Я имею в виду, что я педик.
Мы с Фрэнни лишь на мгновение удивились, но, подумав, действительно нашли в этом здравый смысл. Если у тебя есть секрет, то мать его сохранит, а если тебе нужны демократические дебаты и семейные обсуждения, которые будут продолжаться часами, а может, неделями, а возможно, и месяцами, то, что бы это ни было, иди с этим к отцу. Он не слишком умел хранить секреты – хотя насчет второго предварительного бронирования из него было слова не выудить.
– Это будет встреча всех великих писателей и художников Европы, – предположила Лилли.
Мы с Фрэнни пнули друг друга под столом и закатили глаза; наши глаза говорили: «Лилли чудачка, Фрэнк педик, а Эггу еще только шесть лет». Наши глаза говорили: «Мы совсем одиноки в этой семье, нас всего лишь двое».
– Это будет цирк, – сказал Эгг.
– Откуда ты знаешь? – набросился на него отец.
– О нет, Вин, – сказала мать. – Это и правда цирк?
– Так, маленький, – сказал отец.
– Не потомки Ф. Т. Барнума? – поинтересовался Айова Боб.
– Конечно нет, – сказал отец.
– Королевские братья! – воскликнул Фрэнк; у него в комнате висел плакат выступления тигров в цирке Королевских братьев.
– Нет, я действительно имею в виду маленький цирк, – сказал отец. – Нечто вроде
– Ты хочешь сказать, это будет один из этих второсортных балаганов? – спросил тренер Боб.
– Только не с уродскими животными! – сказала Фрэнни.
– Конечно нет, – сказал отец.
– Что, по-твоему, значит «уродские животные»? – спросила Лилли.
– Лошади, у которых не хватает ног, – сказал Фрэнк. – Коровы с лишней головой, которая растет у них на спине, – пояснил Фрэнк.
– Где ты такое видел? – поинтересовался я.
– Там будут тигры и львы? – спросил Эгг.
– Так вот кто у нас поселится
– Нет, посели их вместе с миссис Урик! – сказала Фрэнни.
– Вин, – сказала моя мать, – что за цирк?
– Ну, видишь ли, они могут воспользоваться полем, – сказал отец. – Они могут раскинуть свои шатры на старом спортивном поле, они могут питаться в ресторане, а некоторые из них могут действительно остановиться в отеле, хотя я думаю, что у большинства из них свои трейлеры.
– А какие там будут животные? – спросила Лилли.
– Ну, – сказал отец, – не думаю, что у них будет много животных. Это, видишь ли, маленький цирк. Возможно, несколько животных и будет. Наверняка у них есть какой-нибудь специальный номер, ну, знаете, как водится, а вот насчет животных я не уверен.
– Какой номер? – спросил Айова Боб.
– Это, наверное, один из этих ужасных цирков… – сказала Фрэнни. – Из тех, где только козы и цыплята и всякие задрипанные животные, которых все видели, – тупые северные олени, говорящие вороны. Но ничего большого и никого экзотического.
– Вот именно экзотических я и не допущу сюда, – сказала мать.
– Что за номер? – спросил Айова Боб.
– Ну, не знаю, я не уверен, – сказал отец. – Может быть, воздушные гимнасты.
– Ты не знаешь, какие у них животные, – сказала мать. – Ты не знаешь, какой у них специальный номер. А что ты знаешь?
– Это маленький цирк, – сказал отец. – Они просто хотят зарезервировать несколько комнат и, может быть, половину ресторана. По понедельникам у них выходной.
– По понедельникам выходной? – переспросил Айова Боб. – И на сколько времени ты забронировал им комнаты?
– Ну… – сказал отец.
– Вин! – встрепенулась мать. – Сколько недель они здесь пробудут?
– Они будут здесь все лето, – сказал отец.
– Ура! – воскликнул Эгг. – Цирк!
– Цирк, – сказала Фрэнни. – Какой-то нелепый цирк.
– Тупые животные, тупые номера, – сказал я.
– Нелепые животные, нелепые номера, – сказал Фрэнк.
– Ну, Фрэнк, ты им вполне подойдешь, – сказала ему Фрэнни.
– Прекратите, – сказала мать.
– Нет причин так беспокоиться, – сказал отец. – Это просто маленький частный цирк.
– Как он называется? – спросила мать.
– Ну… – сказал отец.
– Ты не знаешь, как он называется? – полюбопытствовал тренер Боб.
– Конечно, я знаю, как он называется, – возмутился отец. – Он называется «Номер Фрица».
– «Номер Фрица»? – переспросил Фрэнк.
– Что за номер-то? – спросил я.
– Ну, – сказал отец. – Это просто название. Я уверен, что у них не один номер.
– Звучит очень современно, – сказал Фрэнк.
– Современно, Фрэнк? – возмутилась Фрэнни.
– Звучит как полный изврат, – сказал я.
– Что такое изврат? – спросила Лилли.
– Это такое животное? – спросил Эгг.
– Не обращайте внимания, – сказала мать.
– Думаю, нам надо сосредоточиться на эксетеровском уик-энде, – сказал отец.
– Да, и переехать самим, и мне переехать, всем нам, – сказал Айова Боб. – У нас еще масса времени, чтобы обсудить лето.
– Все лето предварительно забронировано? – спросила мать.