Джон Гвинн – Злоба (страница 52)
Охотник пожал плечами.
– Не могу сказать точно. Возможно. Это довольно большой риск. Но… – Он постучал пальцем по рукояти меча. – Думаю, этот парень при поддержке Таннона справится с задачей. – Он снова пожал плечами.
Эвнис открыл было рот, чтобы возразить, но Алона его опередила.
– Да, это большой риск. – Она строго посмотрела на Корбана. – Но я все же склоняюсь к тому, чтобы поддержать твое прошение. В эти нелегкие времена нужно уметь не только казнить, но и миловать. Таннон, как глава семьи, готов ли ты помочь своему сыну в его задаче?
Таннон бросил мимолетный взгляд на Гвенит. Она кивнула.
– Готов, ваше величество.
– Хорошо. Но, – сказала она, и ее голос снова стал суровым и холодным, – если хотя бы один из моих подданных пострадает от этого создания, оно будет уничтожено. Немедленно и без дальнейших возражений. Таково мое условие.
– Что? – Эвнис задохнулся от возмущения. – Как вы можете сочувствовать этой твари? Эти существа – прирожденные убийцы. Позволить ему жить – значит лишить моего сына чести и достоинства. Как вы можете так поступить?
– Этот щенок не нападал на твоего сына, Эвнис. А остальные пытались защитить свое потомство и ничего более, если верить моему охотнику.
– Тем не менее… – начал Эвнис.
– Следует ли мне напомнить, что ты поклялся принять мое решение, каким бы оно ни было? Это решение – окончательное.
Эвнис застыл на мгновение, пытаясь взять себя в руки. Склонил голову.
– Если на этом все, ваше величество, позвольте мне откланяться и отправиться к сыну.
Алона кивнула, и Эвнис покинул помещение.
Кивэн обменялась удивленным взглядом с матерью и отцом, а тем временем Корбан подался вперед, опустился на колени перед королевой и поцеловал ей руку. Он медленно поднялся, не зная, куда смотреть.
– Примите… мою благодарность, – произнес он запинаясь. – Вы не пожалеете о своем решении.
– Время рассудит, – ответила Алона. Махнула рукой в сторону двери, и Корбан, поняв, что разговор окончен, вышел из комнаты. Кивэн шла следом за мамой – и на мгновение увидела: Алона на прощание переглянулась с Гвенит, но дверь закрылась, и они вновь оказались одни в каменном коридоре.
Когда они вошли с царящего на улице проливного дождя в теплую кухню, Гвенит первой нарушила затянувшееся молчание.
– Схожу-ка я за козьим молоком. Будет обидно, если щенок околеет от голода после всего, что ты для него сделал.
Корбан положил щенка на пол, где он встал совершенно неподвижно, выпрямив негнущиеся лапы. Мальчик сел рядом с ним, протягивая руку к его морде. Щенок вытянул шею, принюхиваясь, уши его задергались. Его покрывал густой белый мех, на шкуре зигзагом проступали темные полосы. Буддай поднялся со своей лежанки перед огнем, потянулся, подошел к щенку и прижал свою морщинистую черную морду к его меху, вдыхая запах. Щенок куснул Буддая, тот в ответ покачал головой. Все наблюдали за тем, что будет делать пес. Он упал на землю, трогая щенка огромными тяжелыми лапами. Маленький волчень, рыча, набросился на одно из его ушей.
Таннон рассмеялся.
– Глупый пес, – фыркнул он, – все еще думает, что он маленький. Что ж, сынок, если Буддай рад, что щенок остается, то и я этому рад. Это кобель или сука?
Корбан пожал плечами и поднял заднюю лапу щенка.
– Сука.
– Как ты назовешь ее, Бан? – спросила Кивэн. Над крепостью сверкнула молния, за ней почти сразу же последовал раскат грома. Дверь кухни распахнулась, ударилась о стену, и на каменный пол хлынул поток воды. Гар встал и закрыл дверь.
– Гроза. Я назову ее Грозой!
Глава 30. Верадис
Верадис сидел за столом в комнате, где ранее их встречал его отец. Теперь стол был свободен от карт; вместо них на нем стояли кувшины и кубки. По обе стороны от лорда Ламара сидели Крелис с Эктором, а принц Натаир и Верадис – напротив них. Они вместе отужинали в большом зале, и все прошло достаточно хорошо, за исключением одного казуса с Натаиром. Он сел в кресло рядом с Ламаром, в которое никому не разрешалось садиться: здесь сидела мать Верадиса. Конечно же, отец обвинил его в том, что он не рассказал об этом обычае Натаиру, и Верадис был с ним согласен. В тот миг голова его была занята недавним разговором с Элизией, дочерью управляющего конюшен. С тех пор отец пребывал в дурном настроении.
– То, что Аквилус отправил вас на встречу со мной, – великая честь для меня, Натаир, – молвил Ламар.
Принц преклонил голову.
– Мой отец ценит тебя, Ламар. Он знает о твоей преданности.
Ламар наклонился вперед.
– Итак. Вы ранее сказали, что принесли известия с совета.
– Да. Совет. Мы на пороге знаменательных времен. Как ты знаешь, мой отец отправил вестников во все уголки Земель Изгнанников, и большинство ответили на его зов. Мало кто не явился на совет.
Верадис наблюдал за лицами своего отца и братьев, когда Натаир рассказывал о совете Аквилуса, о Мейкале и о трудах великана Галвора, что он обнаружил. Он поведал о загадочных явлениях, что упоминались в книге. Закончил же Натаир свое повествование тем, что рассказал о предложении союза между королями, задачей которого будет сплотить земли против общей угрозы, и о возникших по этому поводу разногласиях.
Лицо Ламара ничего не выражало, но он задавал много вопросов. Более всего его интересовали аргументы, высказанные за и против альянса, и особенно то, кто именно высказывался против Аквилуса. Всякий раз, когда Натаир описывал кого-то, выступающего против короля, Крелис часто отпускал громкие замечания. Эктор не проронил ни слова, но его любопытство было заметно невооруженным глазом.
– А вот насчет этого Мейкала, – произнес Ламар. – Я уже слышал это имя, но никогда не встречался с ним лично. Расскажите мне о нем.
– Это советник моего отца, но при этом редкий гость в наших землях. Он отсутствовал много лет, собирая сведения, которые я вам только что поведал.
– Как он выглядит? – перебил Эктор.
– Он высокий. Очень высокий. У него темные волосы, многочисленные шрамы от сражений, – пожал плечами Натаир. – Больше-то особенно и нечего сказать.
– А какие у него глаза? Какого цвета?
– Глаза… темные. Точно не знаю. Зачем это вам?
– Да, пожалуй, незачем, – махнул рукой Эктор.
– Есть ли еще что-нибудь, что вы мне можете о нем поведать? – спросил Ламар.
– Да. Мой отец ему полностью доверяет. Только после возвращения Мейкала он отправил глашатаев для сбора совета.
– А вы что думаете? Вы-то ему доверяете?
Натаир откинулся на спинку стула.
– Он советник моего отца, но не мой. В тайны мы друг друга не посвящаем. Но я преклоняюсь перед мудростью своего отца. Если он доверяет Мейкалу, то этого для меня достаточно, чтобы тоже ему доверять.
– Верно сказано. Аквилус не глупец – уж это я знаю точно. – Ламар подался вперед. У него был крайне усталый вид. – Вот это правда новость так новость. Война Богов, что развернется перед нашими глазами. Мы же будем пешками в их игре. Шрамы на земле напоминают нам о Бичевании, но все же трудно себе это представить, не так ли? Боги, ангелы и демоны. Прямо здесь, на земле. – Он сжал кулак, так что хрустнули костяшки, и поморщился. – Но не раньше чем миру явится
– И я тоже, – жадно вставил Эктор.
Ламар опустил руку сыну на плечо.
– Мой сын обладает обширными знаниями, и у нас есть собрание древних рукописей – здесь, в этой самой башне. Эктор может помочь в понимании этих предсказаний.
– Я наслышан о славе Эктора, – сказал Натаир, и Верадис увидел на лице брата проблеск некоего чувства. Видимо, гордости. – Уверен, мы можем это устроить.
– Итак, чего от меня хочет Аквилус? – спросил Ламар.
– Чтобы ты готовился. Готовь свое войско к предстоящей войне и поддержи союз, помогая тем, кто встал на сторону короля на совете.
– И как же именно нам это сделать?
– Отец даст вам знать. Сейчас ведутся переговоры о необходимости войска для сражения с гуненами – одним из немногих оставшихся великаньих племен, что так досаждают Гельвету. Возможно, мой отец отправит когорту-другую для решения этой задачи. – Натаир пожал плечами. – Но пока что это всего лишь разговоры.
– Вы дали мне пищу для размышлений, – произнес Ламар. – Если мы обо всем переговорили, то позвольте мне удалиться в свои покои. Все остальное мы обсудим завтра.
Натаир склонил голову и поднялся на ноги.
– Прошу прощения за то, что произошло ранее, – сказал он.
– Прощения?
– Да, за то, что сел в кресло. Верадис рассказал мне о вашем обычае.
– Было бы замечательно, если бы он рассказал вам об этом
– Я уже извинился, отец, – пробормотал Верадис.
– Извинился, – повторил Ламар тихим и холодным как лед голосом. – Но не передо мной. И все же как можно извиниться за то, что