Джон Гвинн – Злоба (страница 35)

– Рад, что тебе нравится, – ответил Корбан. Кивэн нахмурилась – Бан ничего не сказал ей об учебном мече.

– Военный трофей, – продолжал хвастаться Рэйф.

– Ты вор и должен вернуть его обратно, если в тебе есть хоть капля чести, – выпалил Дат.

– Честь? И это мне говорит сын рыбака, – усмехнулся Рэйф. – Или уже не рыбака? Ты теперь просто сын пьяницы, не так ли? Это ведь твой отец оставил тебе отметину на щеке?

Дат уже сжал кулаки, но тут вперед выступила Эдана и откинула капюшон с лица.

Рэйф от испуга сделал шаг назад.

– А… а ты-то что здесь делаешь? С этими… – Он замолк, показывая рукой на Кивэн, Корбана и Дата.

– Не стоит оскорблять людей за поведение их отцов, когда у тебя самого синяки только недавно прошли, – сказала Эдана.

Свободная рука Рэйфа дернулась было к щеке, но он вовремя себя остановил. Открыл рот, чтобы что-то сказать, но Эдана его опередила.

– Ты и вправду украл этот меч у Корбана? Если так – ты должен его вернуть. Немедленно.

– Я не украл его, – выпалил Рэйф. – Я выиграл его в состязании. Если он хочет его вернуть, то должен это заслужить.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Кивэн с явным раздражением.

– Я имею в виду, – ответил Рэйф, повернувшись к ней и оскалившись, – что, если твой храбрый братец хочет вернуть свою палочку, ему придется выполнить кое-какое задание.

– Какое задание? – полюбопытствовала она.

Рэйф постучал пальцем по подбородку, на мгновение задумавшись, затем его лицо расплылось в улыбке.

– Он должен забраться в дом к целительнице и принести мне оттуда какой-нибудь трофей.

– Это просто смешно, – сказала Эдана. Дат сделал глубокий вдох.

– Сделаю, – выпалил Корбан.

– Нет! – воскликнули Кивэн и Дат одновременно.

– Ты же знаешь, что она делает с людьми. Может наложить на тебя чары или… или вынуть из тебя душу, или еще что, – пискнул Дат.

Кивэн увидела, как взгляд брата на мгновение устремился на Эдану, затем он расправил плечи и сделал глубокий вдох.

– Я сделаю это, чтобы вернуть свой учебный меч и доказать, что я не трус.

– Отлично! – крикнул Рэйф, захохотав. – Вперед! А мы подождем рядом, пока ты будешь штурмовать логово ведьмы.

Глава 20. Верадис

Верадис галопом промчался сквозь ворота Джеролина, следуя за принцем Натаиром.

После разногласия с отцом принц в гневе выбежал из башни и направился прямиком в конюшни – туда же за ним последовал и Верадис. Он выхватил поводья полностью взнузданной лошади у подручного конюха и поскакал прочь из замка. Верадису пришлось немного повозиться, но вскоре он догнал принца на дороге в обход озера. Обе лошади тяжело дышали, и они сбавили ход до рыси.

– Мой отец… – сказал Натаир спустя какое-то время, – он говорит о правде и чести, о том, чтобы сражаться во имя Элиона с Тьмой, что есть Азрот, но в то же время не видит собственного бесчестья. Не может – или не хочет. Вот настолько он поглощен своими мыслями о союзе. И лебезит перед этим червем как новорожденный щенок.

– Червем? – переспросил Верадис.

– Перед советником Мейкалом, – прорычал Натаир. – Честь. Отец всегда так превозносил ее передо мной. Говорил, что она должна быть основой всех моих действий и решений. И вот, когда доходит до дела, моя честь, моя клятва словно ничего не значит. Я знаю, что Вин-Талун раньше был врагом Тенебрала, но я дал слово.

– Я согласен, – сказал Верадис. – Хотя я также понимаю и сомнения короля в Вин-Талуне. Я жил на берегу, Натаир, и на нас пираты нападали гораздо чаще, чем на вас. – Даже и представить трудно, что они вдруг прекратят заниматься грабежами.

Натаир кивнул и сделал глубокий вдох.

– Мы стоим на пороге новой эпохи, Верадис: многое будет позабыто и многое изменится, о чем мне охотно напоминает отец. Но в то же время, когда доходит до дела, он не готов к переменам. – Он не думает ни о чем, кроме совета и создания этого своего союза. Он мечтал о нем и представлял его себе, так долго надеялся, что он когда-нибудь случится, что просто потерял способность видеть его в истинном свете. А они, – фыркнул Натаир, указывая на стяги, реющие вокруг крепости, – они здесь только для того, чтобы потешить свое самолюбие. Они не способны видеть дальше границ своих земель. Как, по мнению отца, они будут уживаться в союзе с ним? Лучше уж управлять ими, чем переругиваться. И если нужда и впрямь столь велика, сколь в это верит отец, то мы не можем позволить себе доверять этим ненадежным королям. Они же меняют свои убеждения в зависимости от того, куда подует ветер. И что тогда? – Он снова взглянул на Верадиса.

– Не знаю, – ответил Верадис. – Я всегда проводил больше времени в обществе меча и копья, чем у отца в зале заседаний. В твоих словах есть мудрость. Но мы должны верить нашему королю, разве не так? Что еще нам остается?

Натаир пристально посмотрел на Верадиса и задумчиво кивнул.

– А что ты думаешь об этой Войне Богов? – спросил Верадис. Ему с трудом верилось в то, что это обсуждалось на совете. Верадису нравились легенды, и он знал, что доля правды в преданиях о войнах с великанами все же есть. На земле остались следы Бичевания, что устроил Элион. Но война между Азротом и Элионом? Этого он себе представить не мог.

– Я верю в богов, если ты об этом. Если же ты о книге, которую принес Мейкал, то, как бы сильно я его ни ненавидел, возможно, она не врет. Многое в ней мне непонятно, но некоторые части… – камни великанов ведь плакали кровью, разве нет? Этого нельзя отрицать. Опять же, Бренин принес с собой в мешке голову змея…

– И то верно, – пробормотал Верадис и почувствовал, как мурашки снова пробегают по коже от одного только воспоминания о том, как Мейкал зачитывал эти строчки из книги.

– День середины зимы, – сказал Натаир. – Когда дневной свет обернется ночною тьмой. Тогда все и решится в голове у большинства. Но отец уже в это верит, несмотря ни на что. – Натаир покосился на Верадиса. – И я тоже. Но у меня на это свои причины.

– Какие причины? – спросил Верадис.

– В другой раз.

Они достигли развилки и увидели поток людей, спешащих из прибрежной деревни в сторону леса. Верадис наклонился и подозвал к себе какого-то мальчонку.

– Куда все идут?

– В лесу какую-то диковину видели, – ответил мальчик слегка запыхавшись.

– Что именно?

– Чудовищ каких-то. Не знаю. – Мальчик пожал плечами, и Верадис его отпустил. Воин посмотрел на Натаира, а тот вопросительно поднял бровь и, щелкнув языком, направил коня в лес. Они проехали мимо большей части толпы, что шла пешком, и вскоре выехали на широкую открытую опушку. Оказавшись там, протолкались сквозь скопление народа, чтобы посмотреть, что происходит.

Земля была черной и словно бурлила от лихорадочного движения.

Это были муравьи. Тысячи муравьев. Сотни тысяч. Верадис никогда не видел, чтобы эти насекомые достигали столь огромных размеров: каждый был примерно с его мизинец. Они передвигались колонной, такой широкой, как если бы взрослый мужчина лег на землю и вытянул руки над головой. Эта шевелящаяся, копошащаяся масса появлялась с одной стороны поляны и исчезала с другой в одном непрерывном безжалостном потоке.

– Слыхал я рассказы о том, что в самом сердце древних лесов можно повстречать такое диво, – прошептал Верадис Натаиру, – но никогда в них не верил.

Принц ничего не сказал в ответ. Он присел, чтобы получше разглядеть муравьев, и его лицо приняло напряженное, почти восхищенное выражение.

От колонны муравьев толпу отделял островок травы, и никто не горел желанием подойти поближе. Мысль о падении лицом в самую гущу марширующего черного ковра не прельщала Верадиса, поэтому он сделал шаг назад, растолкав народ.

По собравшимся пробежала еще одна волна – это сзади добавились очередные зеваки и начали протискиваться вперед. Внезапно мальчик, с которым он разговаривал по пути сюда, пошатнулся, подталкиваемый толпой стоящих позади, и ступил ногой в колонну муравьев. Насекомые тут же черной волной начали взбираться по его ноге. Мальчик попытался отпрыгнуть, но люди, сомкнувшиеся позади него стеной, не дали этого сделать. Он закричал и постарался сбросить насекомых с ноги. В местах, где прорвалась ткань его штанов, выступила кровь, поскольку муравьи своими жвалами вспарывали не только материал, но и плоть.

Верадис прыгнул мимо Натаира, который бросил беглый взгляд на друга, но тут же вернулся к наблюдению за черным полчищем муравьев. Верадис подхватил мальчика на руки и почти сразу же ощутил жгучую боль от укусов – насекомые начали переползать и на него.

– Сюда! – раздался крик, и Верадис увидел рыжеволосого юношу, машущего ему руками. – Передай мальчика мне!

Верадис смахнул муравьев с ноги мальчика на землю – и народ тут же отпрянул.

«Вот теперь они двигаются».

В освободившемся пространстве Верадис смог поднять мальчика над головой и передал его рыжеволосому воину.

Немного поодаль залаяла собака – всклокоченный крысолов с жесткой шерстью. Верадис видел, как его вытолкнули в самую гущу муравьев. Поначалу они его обтекали, как вода камень, но затем черная волна накрыла лапы несчастного животного, окутывая их насекомыми. Когда пес упал на землю, скуление сменилось неистовым воем. Он попытался встать, одновременно щелкая зубами; слюна у него в пасти окрасилась в розовый цвет. В течение пары секунд тело собаки еще дергалось – и затем застыло навечно.