Джон Гвинн – Тень богов (страница 5)

– Имя, – послышался голос.

Варг моргнул, отвлекаясь от зрелища битвы.

– Имя, – повторил мужчина. Он стоял, привалившись к столбу у ворот, сложив руки на груди. Мужчина был такого же роста, как и Варг, стройный, рыжие волосы аккуратно заплетены, блестящая борода смазана маслом. Одет в усиленную клепаную кольчугу, а на ножнах его охотничьего ножа красовалась тонкая вязь узоров.

– Варг, – отозвался Варг. Его естественной реакцией на любой приказ было безусловное повиновение. На ферме Колскегга любое другое поведение вело к побоям или удару плети.

– Что за Варг?

Варг моргнул.

Стройный мужчина вздохнул.

– Смотри, как это работает, – сказал он. – Я говорю тебе «имя», и ты называешь мне полное имя. Например, я Свик Хрулфссон, или Спутанные Волосы, потому что волосы мои никогда не путаются. Так что начнем сначала. Имя?

– Я не знаю, – пожал плечами Варг. – Никогда не знал своих отца и матери.

Свик оглядел его с головы до ног.

– Уверен, что тебе это нужно?

– Что нужно?

– Биться с Эйнаром Полутроллем.

– Я ни с кем не хочу биться, – сказал Варг. – Особенно с тем, кого называют Полутроллем.

Он глубоко вздохнул.

– Я хочу нанять вашу ведьму-Сейд.

Свик моргнул от удивления.

– Вол нельзя нанять, – сказал он, глядя на татуированную женщину, что разговаривала с лысым.

– Я должен поговорить с ней, – ответил Варг. – Это важно.

– Хех, может, тебе и важно. А нам – вовсе нет, – пожал плечами Свик.

– Я должен поговорить с ней, – повторил Варг, чувствуя, как от паники начинает скручивать живот.

– Что за важное дело? Тебе нужно любовное зелье? Хочешь трахнуть смазливого трэлла у себя на ферме?

– Нет! – воскликнул Варг. – Мне не нужно любовное зелье.

Он покачал головой.

– Кое-что более важное.

– Кое-что важнее, чем трах? – спросил Свик, удивленно поднимая брови. – Не знал, что такое возможно.

В толпе за спиной у Варга послышались смешки.

– Мне нужна ваша ведьма-Сейд, чтобы совершить акалл.

Свик нахмурился.

– Призыв. Это серьезное дело.

– Серьезное, – подтвердил Варг, поглаживая мешочек на поясе.

– Ответ все еще «нет», – сказал Свик. – Вол использует свои таланты лишь для Заклятых. Ни для кого иного. Ее нельзя нанять. Даже если бы королева Хелка собственной персоной взошла по этим ступеням и попросила, ответ был бы тот же.

Варг почувствовал, как его надежда улетучивается, а в животе холодеет.

С площади донесся хруст. Варг обернулся и увидел, как громадный воин – Эйнар Полутролль – пробил щит соперника. Дерево треснуло и разлетелось на куски.

– Почему у самого Эйнара нет щита? – спросил Варг.

– Чтобы дать остальным шанс, – пожал плечами Свик. А потом наклонился поближе и прошептал: – Не такой уж и большой шанс.

Тем временем Эйнар ухватил своего врага за горло и промежность, поднял в воздух – тот визжал, как свинья, – а потом швырнул вниз. Раздался глухой удар, визг внезапно оборвался – человек на земле больше не двигался. Мужчины и женщины подбежали к нему и утащили с площади.

Варг взглянул на Эйнара, кряжистого, крепкого и грозного. Лишь несколько красных отметин на теле свидетельствовали о том, что он только что бился и, быть может, бился не один раз.

Потом он вновь посмотрел на Свика.

– Я буду с ним драться, – сказал Варг.

Глава 3. Орка

Орка шла рядом с повозкой, на которую погрузили тела Асгрима и его жены Идрун. Они были накрыты грубым суконным одеялом, на котором уже кое-где проступила кровь. Орка потянула носом и огляделась по сторонам. Деревья вокруг поредели, извилистая дорога становилась тем ровнее, чем ближе они подходили к Феллуру, рыбацкой деревушке на берегу фьорда.

Брека шел впереди, держа в поводу лохматого пони, которого они нашли в стойбище у Асгрима. В другом кулаке он сжимал короткое копье и опирался на него при ходьбе, как на посох. Орка дала сыну задание управлять повозкой, чтобы он сосредоточился на деле и отвлекся от тех картин, что предстали им на ферме Асгрима. Сама же она собиралась наблюдать за деревьями по обеим сторонам от дороги.

На этих холмах затаились убийцы.

Они обыскали всю ферму, но Харека так и не нашли. Торкель обнаружил чьи-то следы на тропинке, что вела вниз с холма, цепочку пятен из взрыхленной земли, но потом и они почти исчезли, нырнув под полог густого леса. После бурного обсуждения решили, что Торкель отправится по следу дальше, а Орка и Брека отвезут тела в Феллур. Орка тоже хотела пойти по опасному пути и выследить убийц Асгрима, но и она, и Торкель знали, что он куда лучший следопыт, чем жена. В конце концов Торкель улыбнулся ей и скрылся среди деревьев – огромный, тяжелый и при этом бесшумный, словно туман. Орка глядела ему в спину, и беспокойство в ее груди переплавлялось в гнев. А потом неодобрительно фыркнула и направилась вниз по дороге, приказав Бреке вести пони.

– Папа найдет Харека? – спросил Брека, глядя на землю перед собой. Они миновали высокогорье, где снег и лед еще не растаяли и под ногами все чаще попадались лужи и грязь.

– Может быть, – хмыкнула Орка. Она оглянулась на холмы, укутанные облаками. Торкель поклялся ей, что если найдет мальчишку и убийц Асгрима, то вернется за ней, а не пойдет на врагов в одиночку.

Но он лжец. И для него будет невыносимо оставить ребенка в опасности. Если тот еще жив.

Ей не терпелось передать трупы Асгрима и Идрун ярле Феллура и отправиться на поиски мужа, пока он сам не попал в беду.

Впереди между деревьями показался Феллур: деревенька из дюжины тростниковых мазанок, которые тесно жались друг к другу, и в центре – общий дом. Селенье окружал невысокий частокол, правда, местами дерево прогнило, да и заканчивался он на пляже с темным песком, не доходя до воды.

И все же здесь они в относительной безопасности. Везен любят тихие, темные места, где можно спрятаться.

Орка уже видела рыбацкие сети, что сохли на берегу, ожидая починки. Несколько деревянных пирсов, прорезающих воды фьорда, были фактически пусты. Лишь пришвартованы несколько рыбачьих лодок и бёрдингов прибрежного плавания.

Деревенские козы громко заблеяли, когда повозка проехала мимо них, и Орка удлинила шаг, чтобы поравняться с Брекой.

Охранник стоял, прислонившись к одному из воротных столбов. Орка раньше видела его, хотя и не знала имени. Он кивнул ей, даже не потрудившись заглянуть в телегу. Всякий раз, когда они с Торкелем приезжали в селение для торговли, в повозке были шкуры – так почему в этот раз всё должно быть иначе, верно? Орка кивнула стражнику и прошла в ворота, чувствуя, как нарастает давление в голове и груди. Она подняла взгляд на перекладину ворот, что проходила наверху, и увидела отблеск кости, глубоко утопленной в древесину. Фалангу из конечности мертвого бога, в которой все еще ощущалось биение остатков силы, что заставляла везен держаться подальше от деревни. Когда Орка вышла на грязную улицу, ведущую прочь от ворот, давление в голове ослабло. Хотя на воротах и не было усиленной стражи, внутри селения было оживленно, толпа людей двигалась потоком в сторону общего дома. Именно туда направлялась и Орка, надеясь найти там Сигрун, ярлу Феллура.

Она провела Бреку мимо заляпанных грязью свинарников, мимо кузницы, с ее оранжевым огненным сиянием и стуком молота, раздававшимся изнутри, а затем мимо таверны, где воняло элем, ячменем и мочой.

– Что там? – спросил мужчина. Он только что вышел из таверны и часто моргал, пока глаза не привыкли к яркому дневному свету. Орка знала его: это был Вирк, рыбак, с которым много раз доводилось торговать. Крупный мужчина с широким лицом и без хитрости в речах. Он повредил руку во время шторма, когда его лодку понесло в море, и потому отдыхал на берегу, выздоравливая, позволив двоим сыновьям бороздить волны. Глаза его были мутные, на щеках проступила красная сетка сосудов. Орка принюхалась и скривила губы. Судя по запаху, лучше бы Вирку было отправиться в море, чем так «лечиться».

– Асгрим и Идрун, – кивнула Орка на тела под суконным покрывалом.

Вирк уставился на кровавые пятна, проступившие на ткани.

– А еще Харек… ушел, – пробормотал Брека.

– Как? – спросил Вирк. Тем временем вокруг повозки собирались люди.

– Да уж не от старости, – буркнула Орка и отправилась дальше. Вирк пошел следом, а за ним – люди и быстро разлетающиеся слухи.

Повозка въехала во двор перед общим домом. Там уже стояло сорок – пятьдесят человек, по меньшей мере половина населения деревни. И все новые и новые люди продолжали прибывать.

Из дома вышел юноша: это был Гудварр, племянник ярлы Сигрун и один из ее дренгров, а за ним – еще трое воинов. Он размашисто подошел к двум деревянным столбам, что венчали ступени, ведущие от дверей общего дома во двор, и остановился между ними. На бедре у него висел меч, красная суконная рубаха по вороту, манжетам и краям была украшена узорно вышитой тесьмой. На одном из запястий красовался серебряный браслет. Черные волосы были смазаны маслом и забраны назад в низкий хвост, перетянутый кожаными шнурками с серебряными бляшками. На щеках топорщились волоски первой юношеской бородки. На кончике заостренного носа блестела капля. Орка взглянула на сына. Судя по свету в глазах Бреки, любой мужчина с мечом сгодился бы, чтобы наполнить его склонную к сагам головушку восхищением.

– Что тут происходит? – спросила Орка Вирка, который остановился рядом. Пусть рыбак был высок, ему все равно пришлось задрать подбородок, чтобы встретиться с ней взглядом.