Джон Гришэм – Спарринг-партнеры (страница 2)

Руппы внимательно следили за его реакцией.

– Насколько я понимаю, вы знаете Мака Стаффорда, – произнес Джин.

Джейк выдохнул, не зная, что сказать.

– Господи Боже!

– Он сказал, вы с ним старые друзья, – добавил Джин.

Ошеломленный, Джейк никак не мог опомниться.

– Я просто рад, что он жив.

– Значит, вы хорошо его знаете?

– О да, очень хорошо.

Тремя годами ранее город потрясла скандальная новость о том, что Мак Стаффорд, известный адвокат, сошел с ума, подал заявление о банкротстве, развелся с женой и прямо посреди ночи бросил семью. Сплетни не утихали неделями и подпитывались всевозможными домыслами, а когда пыль начала оседать, выяснилось, что большинство слухов, пусть это и удивительно, но иначе как правдой и не назовешь. Мак занимался практическим правом семнадцать лет, и Джейк хорошо его знал. Он был крепким юристом с неплохой репутацией. Как и большинство коллег, он вел текущие дела своих клиентов, и едва держался на плаву. Его жена Лиза работала заместителем директора средней школы Клэнтона и получала приличную и стабильную зарплату. Ее отцу принадлежал единственный в округе завод по производству готовых смесей, что ставило ее семью на пару ступеней выше многих, но все же значительно ниже врачей. Лиза, в общем-то, была неплохой женщиной, но довольно заносчивой и с гонором, отчего Джейк с женой никогда не дружили со Стаффордами семьями.

Когда подтвердилось, что Мак действительно исчез, откуда-то просочилась весть, что он уехал из города, прихватив чужие деньги. При разводе Лизе досталось все имущество, хотя активы пары почти не превышали ее пассивов. Мак свалил свои дела, клиентов и юридическую практику на Гарри Рекса, который по секрету сообщил Джейку, что за хлопоты ему заплатили наличными и что Мак оставил немного денег для Лизы и их двух дочерей. Лиза якобы понятия не имела, откуда у него деньги.

Неожиданный и успешный побег Мака лишь подогрел слухи о том, что он замешан в чем-то неблаговидном, и наиболее вероятным объяснением его исчезновения представлялось воровство денег клиентов. Каждому адвокату доводилось распоряжаться средствами клиентов, пусть даже недолго, и самым быстрым и наиболее распространенным способом лишиться адвокатского статуса было запустить в эти средства руку и немного отщипнуть от «пирога». Время от времени возникали скандальные дела, когда адвокаты, не устояв перед искушением, обнуляли опекунские счета и пускали по миру трастовые и прочие фонды. Обычно потом им удавалось какое-то время скрываться, но в итоге их все равно ловили, лишали прав и отправляли в тюрьму.

Однако Мака так и не поймали, и о нем никто ничего не слышал. Шли месяцы, и Джейк спрашивал Гарри Рекса за кружкой пива, нет ли новостей от Мака. Тот постоянно подтверждал, что нет, и среди местных адвокатов родилась легенда, будто Мак совершил великий побег, разом оставив в прошлой жизни и несчастливый брак, и жалкую работу. А теперь он вовсю наслаждался жизнью, потягивая ром на каком-нибудь экзотическом пляже. По крайней мере, так хотелось думать оставшимся в городе адвокатам.

Кэти продолжила:

– У нас сложилось впечатление, что он здесь что-то натворил, хотя он ничего не стал об этом рассказывать. Я хочу сказать, у такого парня, как он, живущего под вымышленным именем в столь экзотическом месте и все такое, наверняка должно быть довольно яркое прошлое. Но, опять же, от него мы ничего не узнали.

Джин добавил:

– Вернувшись домой, мы немного покопались и нашли пару статей в местных газетах, но там оказались лишь самые общие сведения о его разводе, банкротстве и исчезновении.

– Можем ли мы спросить вас, мистер Брайгенс, совершил ли Мак что-то предосудительное? Он в бегах? – поинтересовалась Кэти.

Джейк не собирался откровенничать с этими двумя незнакомцами, пусть и производящими хорошее впечатление, ведь он, скорее всего, никогда их больше не увидит. К тому же Джейк и сам не знал наверняка, совершал ли Мак что-то противоправное. Он уклонился от прямого ответа, сказав:

– Я так не думаю. Нет ничего преступного в том, чтобы развестись и уехать из города.

Ответ их совершенно не устроил. На несколько секунд повисло молчание, после чего Джин, подавшись вперед, спросил:

– Мы совершили ошибку, поговорив с ним?

– Разумеется, нет.

– Что-то типа «пособничества и соучастия»?

– Ни в коем случае! Без вариантов. Не волнуйтесь.

Они с облегчением выдохнули.

– А теперь главный вопрос: какова цель вашего визита ко мне? – спросил Джейк.

Супруги обменялись понимающими улыбками, и Кэти полезла в сумку. Она вытащила простой конверт из плотной бумаги без марок и штемпелей и протянула Джейку, тот взял его с некоторой опаской. Клапан был заклеен, прихвачен скотчем и дополнительно скреплен степлером.

– Мак попросил нас зайти и передать вам привет. И еще он попросил нас доставить вот это. Мы понятия не имеем, что там внутри. – Кэти снова занервничала и спросила: – В этом же нет ничего особенного, верно? Мы ни в чем не оказались замешаны?

– Конечно, нет.

– Он сказал, вам можно доверять.

– Так и есть. – Джейк понятия не имел, в чем именно ему можно довериться, но не хотел давать им повода для беспокойства.

Джин протянул ему клочок бумаги со словами:

– Это номер нашего телефона в Мемфисе. Мак хочет, чтобы вы позвонили нам через несколько дней и просто сказали «да» или «нет». Ничего больше. Просто «да» или «нет».

– Хорошо. – Джейк взял клочок бумаги и положил рядом с конвертом и фунтом кофе.

Кэти, наконец, сделала глоток из своей чашки, и на ее лице ничего не отразилось.

Они выполнили свою миссию и были готовы уйти. Джейк заверил их, что все будет храниться в строжайшей тайне и что он никому не расскажет об их встрече. Он проводил их до входной двери, вышел на тротуар и смотрел, как они садятся в сверкающий седан «БМВ» и уезжают.

Затем он поспешил обратно в комнату для переговоров, закрыл дверь и вскрыл конверт.

Письмо было напечатано на листе простой белой бумаги и сложено втрое вместе с застрявшим в сгибе конвертом меньшего размера.

Мак писал:

Привет, Джейк!

Ты уже познакомился с двумя моими новыми друзьями, Джином и Кэти Рупп из Мемфиса. Они хорошие люди. Перейду сразу к делу. Я хочу поговорить с тобой здесь, в Коста-Рике. Я хотел бы вернуться домой, Джейк, но не уверен, что это возможно. Мне нужна твоя помощь. Я прошу тебя и Карлу взять небольшой отпуск и приехать ко мне в следующем месяце во время весенних каникул. Полагаю, что Карла все еще преподает и что обычно школы устраивают каникулы во вторую неделю марта. Я оплачу ваше пребывание в «Терра-лодж» – на чудесном экотуристическом курорте в горах. Вам понравится это место. Прилагаю 1800 долларов наличными, этого более чем достаточно на два билета туда и обратно из Мемфиса в Сан-Хосе, Коста-Рика. Там вас будет ждать машина, чтобы отвезти на место. Поездка займет около трех часов, и дорога очень живописна. Номера, питание, экскурсии – все за мой счет. Отдых мечты всей жизни. Как только ты придешь сюда, я тебя сам найду, и мы поговорим. Конфиденциальность – это то, что у меня сейчас во главе угла, и уверяю, что о нашей встрече никто никогда не узнает. Чем меньше будет сказано об отдыхе, тем лучше. Я знаю, как в этом ужасном городе люди любят почесать языки.

Пожалуйста, сделай это, Джейк. Вы точно не пожалеете о потраченном времени, это путешествие в любом случае станет для вас незабываемым.

Лизе нездоровится. Можно обсудить это с Гарри Рексом, но, пожалуйста, пусть этот болтун поклянется хранить тайну.

Я не сделаю ничего, что могло бы поставить под угрозу ваше благополучие.

Обдумайте это. Через несколько дней позвоните Джину и скажите либо «да», либо «нет».

Ты мне нужен, приятель.

^Мак.

В маленький конверт была вложена красивая брошюра с рекламой отеля «Терра-лодж».

По понедельникам самым опасным местом в центре Клэнтона, несомненно, становилась юридическая контора Гарри Рекса Воннера. Обладая заслуженной репутацией самого крутого адвоката по разводам в округе, он привлекал клиентов тем, что находил активы, за которые стоило бороться. Понедельник был жарким днем по разным причинам: плохое поведение в субботу вечером; слишком много времени проведено дома в нескончаемых спорах и склоках; традиционный скандальный воскресный обед с родственниками. Недостатка в детонаторах не было, и издерганные и взбешенные супруги спешили обратиться за помощью к юристу как можно скорее. К полудню контора превращалась в пороховую бочку: телефоны звонили без перерыва, а клиенты – как старые, так и совершенно новые – ждали назначенной встречи или требовали их принять немедленно. Измученные секретарши пытались поддерживать порядок, а Гарри Рекс то выскакивал, срываясь на всех, кто ему попадался под горячую руку, то скрывался от шума и гама в своем похожем на бункер кабинете. По понедельникам он вполне мог вылететь из своего кабинета и велеть клиенту или еще кому-то убраться к черту.

Зная крутой и непредсказуемый нрав адвоката, люди его всегда слушались и никогда ему не перечили. Подобное отношение он вполне заслужил. Несколько лет назад к нему в кабинет ворвалась секретарша и сказала, что только что разговаривала с чьим-то разъяренным мужем, который уже направился к ним, прихватив пистолет. Гарри Рекс подошел к шкафу и выбрал из внушительного арсенала свой любимый помповый дробовик «Браунинг» 12-го калибра. Когда разгневанный муж припарковал свой пикап возле здания суда и направился к офису Рекса, тот вышел на тротуар и дважды выстрелил в воздух. Мужчина вернулся к своей машине и уехал. Выстрелы, прогремевшие над площадью, оказались такими громкими, что их вполне можно было сравнить с залпами гаубиц. Офисы и магазины сразу опустели, поскольку все бросились посмотреть, что происходит. Кто-то вызвал полицию. Когда шериф Оззи Уоллс припарковался перед офисом, на лужайке перед зданием суда на безопасном расстоянии уже собралась большая толпа. Оззи вошел внутрь и встретился с Гарри Рексом. Стрельба в общественных местах считается преступлением, но в округе, где почитается Вторая поправка в Конституции, гарантирующая право граждан на хранение и ношение оружия, и в каждой машине имеется не меньше двух единиц огнестрельного оружия, к закону относятся весьма своеобразно. Гарри Рекс заявил о самообороне и пообещал в следующий раз прицелиться лучше.