Джон Гришэм – Похищение. Теодор Бун - маленький юрист (страница 23)

— Жуть! — выдохнула Дафни.

— Ты не поверишь! Собачье дерьмо повсюду — от кухни до ванной. Мы сейчас убираем, но на это потребуется время. Тео боится, что его собака может умереть, он пытается дозвониться матери.

— Это ужасно.

— Да. Возможно, нам придется отвезти пса в отделение экстренной ветеринарной помощи. Бедняга едва живой.

— Я могу помочь, Чейс? Давай я приеду на маминой машине и отвезу его.

— Возможно, но не сейчас. Мы будем убирать здесь и следить за собакой. Боюсь, пес и машину перепачкает.

— А вы, ребята, поели?

— Нет, и о еде мне сейчас меньше всего хочется думать. Меня сейчас стошнит. Можешь заказать пиццу заранее, если хочешь. Я буду позже. — Чейс повесил трубку и улыбнулся, глядя на свой замороженный йогурт. Пока все хорошо.

Судья все еще спал на заднем сиденье, тихо похрапывая, пока они пролетали милю за милей. Тео то просыпался, то вновь периодически погружался в сон. Он широко открывал глаза, но уже через мгновение отключался. Он бодрствовал, когда они пересекли границу и въехали в Северную Каролину, но спал, когда они попали в Чапел-Хилл.

В сообщении, которое он отправил матери в 21.00, значилось: «Иду спать. Очень устал. Люблю».

Он полагал, что его родители как раз ужинают, вероятно, слушая бесконечные речи, и что у мамы не будет возможности ответить. Он оказался прав.

— Проснись, Тео, — сказал Айк. — Мы на месте.

Они не остановились за шесть часов ни разу. Часы на приборной панели показывали 22.05. Джи-пи-эс-навигатор привел их прямо на Франклин-стрит — основную улицу, тянувшуюся по границе студенческого городка. Тротуары кишели шумными студентами и болельщиками. Университет Северной Каролины выиграл футбольный матч в дополнительное время, и вокруг царила праздничная атмосфера. В барах и магазинах было многолюдно. Айк повернул на Колумбия-стрит, и они миновали несколько больших зданий, где размещались студенческие клубы.

— Возможно, с парковкой возникнут проблемы. Здесь должен быть дворик, — тихо сказал Айк, поглядывая на навигатор и указывая на площадку, куда выходили фасады нескольких домов, где располагались студенческие клубы, а по центру находилась парковка. — Наверное, дом «Каппа фита» где-то здесь.

Тео опустил стекло, пока они медленно ехали вперед в пробке. Громкая музыка сотрясала воздух: в близстоящих домах выступали сразу несколько групп. Студенты и прочие зрители стояли плечом к плечу на верандах, газонах, сидели на машинах, слонялись без дела, танцевали, смеялись, группками передвигались от здания к зданию, что-то крича друг на друга. Тео никогда ничего подобного не видел. В Страттен-колледже периодически бывали драки, происходили аресты из-за наркотиков, но таких сборищ не наблюдалось. Сначала зрелище захватило Тео, но он вновь подумал об Эйприл. Она затерялась где-то среди гигантской шумной толпы и при этом была здесь чужой. Эйприл всегда была застенчивой и тихой, предпочитала проводить время, занимаясь своими рисунками и картинами.

Айк повернул на другую улицу, потом проехал дальше и сделал новый поворот.

— Придется оставить машину здесь и пройти пешком. — Автомобили были припаркованы повсюду, по большей части с нарушением правил. Они нашли место на темной узкой улочке вдалеке от шума.

— Сидеть здесь, Судья, — приказал Тео, и пес остался, глядя им вслед. — И какой у нас план действий, Айк? — Они с дядей быстро шагали по темному и неровному тротуару.

— Смотри под ноги, — ответил Айк. — Плана действий нет. Давай найдем дом, найдем группу, и я что-нибудь придумаю. — Они пошли на шум и вскоре пробрались в студенческий дворик. Дядя и племянник слились с толпой, и даже если выглядели немного странно, никто, казалось, не обращал внимания на эту пару: шестидесятидвухлетнего человека с длинным седым хвостом, в красных носках, сандалиях и видавшем виды коричневом клетчатом свитере и тринадцатилетнего мальчика с широко раскрытыми от удивления глазами.

Дом «Каппа фита» оказался большим зданием из белого камня, с греческими колоннами и широкой верандой. Айк и Тео протиснулись через толпу вверх по лестнице. Айк хотел изучить место, проверить входы и выходы и попытаться определить, где именно играет группа. Музыка звучала громко, но смех и крики — еще громче. Тео никогда не видел так много пивных банок за всю свою жизнь. Девушки танцевали на веранде, а парни наблюдали за ними и курили. Айк спросил одну из девушек:

— А где сама группа?

— В подвале, — ответила та.

Они медленно пробрались назад к парадной лестнице и осмотрелись. Дверь охранял крупный молодой человек в костюме, и, казалось, он обладал полномочиями решать, кого пропускать внутрь.

— Пойдем, — скомандовал Айк. Тео последовал за ним, когда они зашагали к входной двери с группой студентов. Они почти прошли. Охранник, или вышибала, или кто бы он ни был, выбросил руку вперед и удержал Айка.

— Извините! — грубо произнес он. — У вас есть пропуск?

Айк сердито вырвал руку и посмотрел на охранника так, словно готов был ударить его.

— Мне не нужен пропуск, парнишка, — прошипел он. — Я менеджер группы. А это мой сын. Больше ко мне не прикасайся.

Другие студенты отошли на пару шагов, и на мгновение все притихли.

— Простите, сэр, — извинился охранник, и Айк с Тео прошли вперед.

Айк двигался быстро, как будто хорошо знал это место и уже бывал тут по делам. Они миновали большое фойе, потом нечто вроде общей комнаты — повсюду буквально кишели студенты. В другом большом помещении кучка студентов орала, следя за ходом футбольного матча на большом телевизоре, а рядом стояло два бочонка пива. Музыка грохотала откуда-то снизу, и вскоре Айк и Тео обнаружили большую лестницу, ведущую в актовый зал. Танцпол располагался в центре, на нем толпились студенты, неистово дергаясь и изворачиваясь, а слева громыхала и визжала группа «Пландер». Айк и Тео медленно спускались вниз вместе с вереницей студентов, и к тому времени как они сошли с лестницы, Тео показалось, будто его уши кровоточат от неистовой музыки.

Они попытались спрятаться в углу. В помещении было темно, лишь разноцветные лучи прожектора мерцали, освещая танцующих. Айк наклонился и заорал на ухо Тео:

— Давай по-быстрому. Я останусь здесь. Ты попытаешься зайти за площадку, где группа, и осмотреться. Поторопись.

Тео пригнулся и стал пробираться к группе. Его ударили, толкнули, чуть не наступили на него, но он продолжал идти вдоль стены. Группа закончила композицию, все засвистели, и на мгновение танцы прекратились. Он пошел быстрее, все еще пригибаясь и внимательно глядя по сторонам. Вдруг вокалист закричал, а потом заревел. В атаку пошел барабанщик, вступил гитарист с парой громогласных аккордов. Следующая песня была еще громче. Тео миновал несколько больших динамиков, оказался в пяти футах от клавишника — и тут увидел Эйприл. Девочка сидела на металлической коробке за барабанщиком. Она заняла единственное безопасное место во всем зале. Тео практически прополз вдоль границы маленькой платформы и дотронулся до ее колена.

Эйприл была слишком шокирована, увидев Тео, чтобы пошевелиться, и прижала обе руки к губам.

— Тео! — воскликнула она, но он едва ее слышал.

— Пойдем! — скомандовал он.

— Что ты здесь делаешь? — прокричала она.

— Я здесь, чтобы забрать тебя домой.

В 22.30 Чейс прятался за химчисткой и через улицу наблюдал, как расходятся посетители итальянского бистро «Робилиос». Он увидел мистера и миссис Шепард, потом мистера и миссис Коули, потом своих родителей. Проследив, как они уезжают, он задумался, что делать дальше. Его телефон зазвонит через пару минут, и мама задаст дюжину вопросов. Ложь о больной собаке скоро будет разоблачена.

Глава 19

Тео и Эйприл медленно пробрались вдоль стены, обойдя усталых танцоров, отдыхавших после активных действий, и в полумраке быстро пробежали к двери, выходившей на лестницу. Шансов, что отец Эйприл их увидит, не было, ибо он слишком увлекся эксцентричной «пландеровской» версией хита «Роллинг стоунз» «Я не могу получить удовлетворения».[12]

— Куда мы попадем отсюда? — прокричал Тео Эйприл.

— На улицу, — прокричала она в ответ.

— Подожди! Мне надо забрать Айка.

— Кого?

Тео помчался через толпу, нашел Айка там, где оставил его, и все трое, быстро спустившись по лестнице, попали на маленький внутренний дворик за домом «Каппа фита». Музыка еще слышалась, и, казалось, стены вибрировали, но здесь все же было намного тише.

— Айк, это Эйприл, — произнес Тео. — Эйприл, это Айк, мой дядя.

— Очень рад, — кивнул Айк.

Эйприл слишком смущалась, чтобы отвечать.

Они оказались одни, в темноте, у разбитого стола для пикника. Другая садовая мебель была разбросана по всему дворику. Окна с этой стороны здания были разбиты.

Тео объяснил:

— Айк привез меня сюда, чтобы забрать тебя.

— Но зачем? — удивилась она.

— Как это понимать — «зачем»? — выпалил Тео.

Айк понял смятение девочки. Он шагнул вперед и нежно положил руку ей на плечо:

— Эйприл, дома никто не знает, где ты. Никто не знает, жива ты или мертва. Четыре дня назад ты исчезла. Никто, включая твою мать, полицию, твоих друзей, ничего о тебе не слышал.

Эйприл недоверчиво покачала головой.

Айк продолжал:

— Я подозреваю, отец лгал тебе. Вероятно, он сказал, что поговорил с твоей мамой и дома все хорошо, верно?