Джон Гришэм – Парни из Билокси (страница 64)

— Я просто не могу в это поверить, — повторяла она снова и снова.

— Хотя бы с тобой все в порядке, Иган.

— Скажи мне, что это неправда.

— Ладно, это неправда. Завтра ты пойдешь на работу, и Джесси, как всегда, будет громко выражать недовольство по какой-нибудь причине. Это просто плохой сон.

Ей почти удалось улыбнуться, но она сжала его руку и закрыла глаза.

Ее мать кивнула, и Кит подумал, что ему следует уйти.

— Я приду завтра, — пообещал он и осторожно поцеловал Иган в щеку.

Они с Джоуи направились к лифтам и прошли мимо двухместной палаты 310. Именно в ней на первой кровати лежал с приподнятой ногой человек, убивший Джесси Руди.

Глава 40

В плавившейся от жары палатке на обед подали холодные сэндвичи, которые были всеми съедены стоя, пока ожидались результаты. В полночь все перекусили куском еще более холодной пиццы, тоже в палатке. Даже ночью команды ФБР не отдыхали. Джексон Льюис держал их на месте, не собираясь отпускать, пока работа не будет завершена. В течение нескольких часов они тщательно обыскивали каждый дюйм места преступления и собрали тысячи образцов обломков. Первый эксперт по взрывчатым веществам прибыл из Куонтико в половине десятого. Он осмотрел место закладки бомбы, принюхался и тихо сказал Джексону Льюису:

— Судя по всему, пластид, военная штука, гораздо больше, чем нужно для убийства одного человека. Я бы сказал, бомбист слегка перестарался.

Агент Льюис по опыту и подготовке знал, что лучшие улики собираются именно на месте преступления, хотя нередко значение его осмотра недооценивалось в силу очевидности. Это было его самое резонансное дело, которое могло обеспечить взлет карьеры, и он поклялся, что ничего не упустит. Льюис приказал никому не покидать здание суда и ничего оттуда не выносить без его разрешения. Тридцать семь человек, находившиеся, как было установлено, в здании суда в момент взрыва, получили разрешение вернуться домой, но только после того, как их сумки, кошельки и портфели тщательно обыскали. Их всех допросят позже. У Льюиса имелись имена и адреса тринадцати пострадавших, а двое находились в больнице. Все мусорные корзины и мусорные баки были собраны и доставлены в палатку.

Три недели назад Льюис бросил курить и все это время держался, но сейчас, не выдержав напряжения, сломался. В девять вечера, после наступления темноты, он закурил «Мальборо» и обошел здание суда снаружи, с наслаждением затягиваясь сигаретой. Жена все равно об этом не узнает. Улицы оцеплены, движение остановлено. Закурив в одиннадцать часов новую сигарету, он заметил темно-синий пикап «Додж», припаркованный в переулке и обращенный ветровым стеклом к северу. Это был хороший автомобиль, безусловно, не брошенный. Ближайший магазин не работал уже шесть часов. В этом районе над магазинами и конторами жилых помещений не было; свет нигде не горел. Ниже по улице стояло несколько небольших домов, у каждого из которых было достаточно места для парковки. Грузовик был явно не на своем месте.

Человека со сломанной ногой не опознали, и подозрения Льюиса на его счет с каждым часом укреплялись. Полиция штата дважды пыталась его допросить, но он почти не приходил в сознание.

На Стрипе гибель Джесси многих обрадовала. Владельцы клубов и их сотрудники впервые за несколько месяцев — а может, и лет — с облегчением выдохнули. Теперь, когда Руди устранен, можно было рассчитывать на возвращение хороших времен. В стриптиз-клубах, барах, бильярдных и залах для игры в бинго спиртное полилось рекой — владельцы отмечали знаковое событие. Причем пили настоящие напитки, самый что ни на есть первоклассный алкоголь, к которому редко притрагивались, а не то разбавленное пойло, которым обычно потчевали клиентов.

Хью Малко, Невин Нолл и их любимый бармен устроили праздничный ужин в заведении Мэри Махони. Толстые стейки, дорогие вина — денег не жалели. Поскольку в ресторане было многолюдно и на них смотрели, они сдерживали свое ликование, делая вид, что зашли просто поужинать. Однако время от времени они с довольным видом тихо обменивались фразами и ухмылялись.

В душе Хью этот ужин побудил горькую радость. Он был рад, что Джесси Руди больше нет, но и его отца с ними тоже не было. А Лэнс, конечно же, должен был сидеть за этим столом и наслаждаться моментом.

Лэнс услышал об убийстве в десятичасовых новостях из Джексона. Он уставился в экран черно-белого телевизора с торчащими усами антенны и увидел на экране фотографию Джесси Руди, когда взволнованный ведущий сообщил о его гибели.

Через зал заключенный по прозвищу Монах спросил:

— А это не тот парень, что засадил тебя сюда?

— Он самый, — подтвердил Лэнс с улыбкой.

— Поздравляю.

— Спасибо.

— Есть идеи, кто это сделал?

— Понятия не имею.

— Правильно! — со смехом одобрил Монах.

На экране появилось здание суда Билокси, и тут же прозвучал комментарий:

— Хотя власти пока молчат, по сведениям, полученным из достоверного источника, сегодня около полудня Джесси Руди погиб мгновенно, когда в его кабинете произошел взрыв. Еще около десятка человек получили ранения. Официальное заявление следователи сделают завтра.

В полночь пикап по-прежнему находился на месте.

Без четверти час ночи в палатке все засуетились, увидев находку из очередного мусорного бака. Помимо обычного мусора и хлама в баке лежало небольшое неопознанное устройство, а также рубашка с короткими рукавами Объединенной службы доставки посылок с вышитым именем Лайл. Эксперт ФБР по взрывчатым веществам, едва бросив взгляд на устройство, констатировал:

— Это детонатор.

В два часа ночи Льюису было не до сигареты, поскольку он руководил вызывающей тошноту процедурой извлечения трупа. Останки Джесси были собраны на носилках. «Скорая помощь» отвезла их в подвал больницы, где город арендовал помещение под морг. Хотя причина смерти была очевидна, вскрытие считалось обязательным.

В три часа ночи Льюис сделал перерыв, чтобы совершить очередной обход вокруг здания и выкурить еще одну сигарету. Она прочистила его мозг и заставила кровь струиться по жилам быстрее. Грузовик никто не забрал.

Номерные знаки выданы округом Хэнкок. Льюис, в нетерпении дождавшись утра, в семь часов позвонил шерифу в Бэй-Сент-Луис. Шериф посетил здание суда и офис налогового инспектора. По их данным, номерные знаки были украдены четырьмя днями ранее.

В девять часов магазины распахнули двери, хотя улицы по-прежнему были перекрыты. Суд, конечно, не работал. Занимаясь бумагами дома, за обеденным столом, судья Олифант выдал ордер на обыск пикапа «Додж». Под сиденьем агенты ФБР нашли номерные знаки округа Обион, штат Теннесси. Под напольным ковриком был спрятан ключ от номера 19 мотеля «Бич-Бэй» в Билокси.

Судья Олифант выдал ордер на обыск номера 19. Поскольку у агента Льюиса имелся ключ, он не стал уведомлять управляющего мотелем. В сопровождении агента Спенса Уайтхеда и полицейского из Билокси он вошел в маленькую комнату, где обнаружил кучу грязного белья и неубранную постель. Кто-то там явно прожил несколько дней. Между матрасом и пружинами нашли бумажник, немного денег, два пистолета, ключи на кольце и перочинный нож. В водительских правах штата Теннесси значилось имя Генри Тейлор, адрес в городке Юнион-Сити и дата рождения 20 мая 1941 года. Тридцать пять лет. В кошельке хранились две кредитные карты, два презерватива, лицензия на рыбную ловлю и восемьдесят долларов наличными.

Агент Льюис убрал два пистолета в полиэтиленовый пакет. Все остальное они положили на место и вернулись в здание суда. С оружия сняли отпечатки пальцев, и агент Уайтхед отвез пистолеты в номер 19.

После многочисленных телефонных звонков все части головоломки встали на свои места. Генри Тейлору было предъявлено обвинение во взрыве негритянской церкви недалеко от Дюма, штат Миссисипи, в 1966 году, но коллегия присяжных, состоявшая исключительно из белых, его оправдала. В 1969 году он был арестован за взрыв в синагоге в Джексоне, но снова был оправдан присяжными из одних белых. По данным офиса ФБР в Мемфисе, Тейлор по-прежнему сотрудничал с ку-клукс-кланом. По словам шерифа округа Обион, у Тейлора был бизнес, связанный с чисткой ковров, и он никогда никому не доставлял проблем. Шериф, разузнав про Тейлора подробнее, сообщил, что тот разведен, детей нет, и живет он к югу от города.

Льюис поручил другому агенту запросить ордер на обыск в доме Тейлора.

Не сомкнув глаз в течение тридцати часов, Льюис и Уайтхед покинули место происшествия и остановились в кафе рядом с пляжем. Хотя они и старались не давать воли чувствам, но не могли не испытывать некоторой эйфории от своего успеха и огромной удачи. Примерно за сутки им удалось не только идентифицировать убийцу, но и установить за ним наблюдение в больничной палате.

Они сделали по несколько глотков кофе. Льюис был слишком возбужден, чтобы выдохнуть и успокоиться, и застал Уайтхеда врасплох, когда сказал:

— Теперь, когда он у нас на крючке, мы дадим ему уйти.

У Уайтхеда от изумления буквально отвисла челюсть:

— Что?!

— Послушай, Спенс, он понятия не имеет, что мы знаем то, что знаем. Мы позволим ему выписаться из больницы и не зададим никаких вопросов — ну просто сборище тупых кретинов, так? Он поедет домой — если, конечно, сможет вести машину со сломанной ногой — и будет считать себя невероятным счастливчиком. Он был у полиции под самым носом, и она позволила ему улизнуть. Мы начнем прослушивать его телефоны и будем неусыпно следить за ним, и со временем он приведет нас к заказчику.