Джон Гришэм – Округ Форд (сборник) (страница 4)

– Ну, знаешь, я свой бумажник не терял.

– Роджер прав, – сказал Эгги. – Он должен его найти. – От внимания его спутников не укрылось, что он особо подчеркнул слово «он». Не сказал «мы».

– Ты что, струхнул, что ли, толстяк? – спросил Роджер Кальвина.

– Ничего не струхнул. Потому как возвращаться туда не собираюсь.

– А мне показалось, струсил.

– Ладно, будет вам, – остановил спор Эгги. – Вот как мы поступим. Дождемся, пока старик снова уляжется в постель, потом потихонечку подъедем к дому, только не слишком близко, остановимся. Ты выйдешь, найдешь бумажник, ну и смотаемся оттуда по-быстрому.

– Да ничего у него в этом бумажнике нет! – сказал Кальвин.

– Могу побиться об заклад: денег там больше, чем во всех твоих бумажниках, вместе взятых. – Роджер наклонился, выудил из машины банку пива.

– Открывай, – сказал Эгги.

Они стояли возле пикапа, потягивали пиво, оглядывали пустую автостраду, а через пятнадцать минут, которые показались вечностью, сели в пикап. Роджер ехал в кузове.

Примерно в четверти мили от дома Эгги остановил машину на обочине и выключил мотор, чтобы слышать, будет ли кто-нибудь проезжать мимо.

– А поближе подогнать не мог? – осведомился Роджер, подойдя к водительской дверце.

– Да тут рукой подать, – ответил Эгги. – Если подъеду ближе, хозяева могут услышать.

Все трое уставились на темную автостраду. Из-за облаков вынырнула половинка луны, затем снова скрылась.

– Пушка у тебя есть? – спросил Роджер.

– Пушка есть, – ответил Эгги. – Но ты ее не получишь. Быстренько до дома – и тут же обратно. Только тихо. Тоже мне, делов! Да старикан уже давно спит!

– Ты ведь не боишься, нет? – с надеждой спросил Кальвин.

– Нет, черт возьми! – И с этими словами Роджер скрылся в темноте.

Эгги снова завел машину, потом выключил фары и развернулся, встал по направлению к Мемфису. Снова выключил мотор, они опустили стекла и стали ждать.

– Он выпил целых восемь банок пива, – тихо сказал Кальвин. – Пьян в стельку.

– Но на ногах-то держится.

– Натренировался. А что, если старик все-таки поймает его?

– На Роджера мне плевать. Плохо, если из-за него мы с тобой попадемся.

– А кто его вообще позвал в Мемфис?

– Помолчи, а? Мы должны слушать дорогу.

Как только показался почтовый ящик, Роджер свернул с дороги. Перепрыгнул через канаву и, пригибаясь, начал пробираться к дому через поле с бобами. Если старик все еще наблюдает, то наверняка глаз не спускает с дороги, правильно? А потому хитрюга Роджер решил подойти с тыла. Свет выключен. Маленький домик вновь погружен во тьму и тишину. Ни одна травинка не шелохнется, ни один комарик не пролетит. Оказавшись в тени дубов, Роджер лег на живот и пополз по мокрой траве. Вот он увидел «форд». Роджер замер за сараем, затаил дыхание и тут вдруг почувствовал – ему снова надо отлить. Нет, сказал он себе, с этим можно и подождать. Он гордился собой: удалось подобраться к цели незамеченным. А потом вдруг опять испугался – какого черта он сюда полез? Роджер глубоко вздохнул, низко пригнулся и продолжил путь к цели. Когда «форд» оказался между ним и домом, встал на четвереньки и двинулся вперед по мелкому гравию, устилавшему дорожку.

Двигался Роджер медленно, гравий похрустывал под ногами и руками. Он тихо чертыхнулся, ладони ныли и стали мокрыми. Вот и правое переднее колесо. Нащупав бумажник, он улыбнулся во весь рот, затем быстро сунул его в задний карман джинсов. Остановился, глубоко дыша, и начал отступление по тому же маршруту.

В тишине мистер Бьюфорд Гейтс слышал звуки: одни – вполне обычные, другие – вызванные необычными обстоятельствами и потому не совсем привычные. Олени вышли из леса, показалось ему. И наверное, подумал он, бродят по участку в поисках ягод и травы. Потом он услышал нечто совсем другое. Медленно приподнялся из-за своего укрытия на крыльце, вскинул дробовик и два раза выстрелил в луну. Просто на всякий случай.

В полной тишине ночи звуки от выстрелов были подобны грому, эхо от них раскатилось на мили.

И тут со стороны автострады донесся визг шин. Бьюфорд был уверен: точно такой же звук он слышал двадцать минут назад, прямо перед своим домом.

Стало быть, они еще здесь, подумал он.

Миссис Гейтс открыла боковую дверь и окликнула мужа:

– Бьюфорд?..

– Вроде бы они тут, – сказал он, перезаряжая дробовик марки «Браунинг» шестнадцатого калибра.

– Ты их видел?

– Вроде бы.

– Что значит «вроде бы»? В кого стрелял?

– Слушай, шла бы ты домой, а?

Дверь захлопнулась.

Роджер залег под «форд» и не дышал, прижимая обе руки к паху. Он весь вспотел, пытаясь сообразить, стоит ли и дальше прятаться за коробкой передач, нависавшей над ним в нескольких дюймах, или же рискнуть – попробовать выползти из-под машины задом наперед и отступить по мелкому гравию. Он не двигался с места. От грохота выстрелов до сих пор звенело в ушах. Услышав визг шин, Роджер осыпал проклятиями своих трусливых дружков. Впрочем, сам он даже дышать боялся.

Потом Роджер услышал, как отворилась дверь. Прозвучал женский голос:

– Вот фонарик. Может, тогда увидишь, во что стреляешь.

– Иди домой, я сказал! И позвони шерифу.

Дверь снова захлопнулась, женщина ушла, но через пару минут вернулась:

– Я позвонила в офис шерифа. Мне сказали, Дадли выехал на патрульной машине. Гоняется за каким-то нарушителем.

– Неси сюда ключи от машины, – велел мужчина. – Выеду на автостраду, сам посмотрю.

– К чему это – разъезжать по ночам?

– Неси сюда чертовы ключи, кому говорят!

Дверь опять захлопнулась. Роджер попятился, и проклятый гравий ужасно заскрипел. Тогда он попытался продвинуться вперед, навстречу голосам, но шум выдавал его. И он решил повременить. Если пикап начнет отъезжать задом, он выждет до последней секунды, ухватится за передний бампер, как только он окажется у него над головой, и машина протащит его несколько футов. А потом надо вскочить на ноги и шмыгнуть во тьму. Если даже старикан что-то заметит, ему придется остановиться и потратить несколько секунд на то, чтобы достать свою пушку, выйти из машины и начать преследование. Но к тому времени он, Роджер, уже скроется в лесу. Итак, план есть, и он должен сработать. Но старик может запросто переехать его, раздавить тяжелыми колесами, протащить за собой до автострады или просто пристрелить.

Бьюфорд сошел с крыльца и посветил вокруг фонариком. Миссис Гейтс приотворила дверь и крикнула:

– Я спрятала ключи! Никуда ты ночью не поедешь!

Умница девочка, подумал Роджер.

– Советую принести эти чертовы ключи! Быстро!

– Говорю, спрятала.

Бьюфорд что-то продолжал бормотать в темноте.

«Додж» с бешеной скоростью промчался по дороге несколько миль, прежде чем Эгги замедлил наконец ход и сказал Кальвину:

– Сам понимаешь, мы должны вернуться.

– Это почему?

– Если его застрелили, нам придется объяснять, что произошло, во всех подробностях.

– Надеюсь, застрелили. Ведь если так, говорить он не сможет. Выходит, и про нас ни слова не скажет. Поехали в Мемфис.

– Нет. – Эгги развернулся, и теперь они ехали в полном молчании до узкой дороги, где останавливались чуть раньше. Заглушили мотор у изгороди, вышли, уселись на капот и стали соображать, что делать дальше. А потом вдруг услышали вой сирены, и по автостраде на большой скорости промчалась машина с синими мигалками.

– Если следом за ней едет «скорая», у нас большие проблемы, – заметил Эгги.

– И у Роджера тоже.

Услышав вой сирены, Роджер запаниковал, но по мере приближения звука понял: именно сирена поможет ему скрыться. Он нашел камешек, подполз к краю пикапа, размахнулся, как мог сильно, и запустил его в сторону дома. Раздался стук, а затем прозвучал голос мистера Гейтса:

– Что это было? – Старик бросился к боковому крыльцу.