Джон Гришэм – Обмен (страница 2)

– Как и многие адвокаты смертников.

– Послушай, Вилли, с меня и двух эпизодов достаточно. В таких делах увязаешь и не можешь заниматься ничем другим! Сколько клиентов при тебе казнили?

Вилли закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Извини! – прошептал Митч.

– Более, чем достаточно. Сойдемся на том, что я знаю об этом не понаслышке. Послушай, я разговаривал с Амосом, идея ему понравилась. Он отвезет тебя в тюрьму, а там кто знает, может, Тед тобой заинтересуется и пойдет на контакт.

– Дело-то гиблое.

– Через три месяца все кончится, но мы хотя бы попытаемся его спасти.

Митч встал и подошел к окну, выходящему на запад – на Нью-Йоркскую гавань.

– Амос в Мемфисе?

– Да.

– Не хочу я возвращаться в Мемфис – слишком много воспоминаний.

– Пятнадцать лет прошло, Митч. Просто ты выбрал не ту фирму.

– Не ту фирму?! Черт, меня там едва не убили! Погибли люди, Вилли, а всех моих коллег посадили в тюрьму. Вместе с клиентами!

– Они ведь заслужили?

– Полагаю, да, однако коллеги во всем винили меня.

– Теперь их нет, Митч. По крайней мере, в Мемфисе.

Митч сел на свое место и улыбнулся другу.

– Знаешь, Вилли, иногда мне любопытно, говорят ли тут про меня и про Мемфис?

– Даже не упоминают. Мы знаем эту историю, но ни у кого нет времени ее обсуждать. Ты поступил правильно, уехал и начал все заново. Митч, ты – звезда, и для «Скалли» это главное.

– Не хочу возвращаться в Мемфис.

– Тебе нужны часы. В этом году ты слегка отстаешь.

– Наверстаю. Почему бы не подыскать для меня какой-нибудь славный маленький фонд, нуждающийся в бесплатной юридической помощи? Организацию, которая кормит голодных детишек или возит пресную воду на Гаити?

– Ты заскучаешь. Тебе подавай действие, накал страстей, кратчайшие сроки!

– Плавали, знаем.

– Прошу, сделай мне одолжение, Митч! Кроме тебя и правда некому поручить. К тому же велики шансы, что тебе дадут от ворот поворот.

– Я и правда не хочу возвращаться в Мемфис.

– Будь мужчиной! Завтра есть прямой рейс из аэропорта Ла-Гуардия. Амос тебя ждет. По крайней мере, пообщаетесь.

Митч улыбнулся, признавая поражение. Встав, он пробормотал:

– Ладно, ладно, – и пошел к двери. – Кажется, я знаком с одним Кирни из округа Дейн.

– Вот и молодчина! Навести Теда. Ты прав, может, вы и правда дальние кузены.

– Чем дальше, тем лучше.

Глава 2

Большинство партнеров «Скалли», как и их конкуренты из крупных юридических фирм, а также бесчисленные трейдеры с Уолл-стрит, выбегали из высоток около шести вечера и прыгали в черные седаны с профессиональными водителями за рулем. Звезды покрупнее, управляющие хеджевыми фондами, усаживались на просторные задние сиденья длинных автомобилей европейского производства, которыми рулили их личные шоферы. Настоящих хозяев вселенной в городе вообще было не встретить – они жили и работали в Коннектикуте.

Хотя Митч вполне мог позволить себе такси, он ездил на метро – и в целях экономии, и в память о своем скромном прошлом. В шесть десять он сел на поезд в Саут-Ферри, отыскал в полном вагоне свободное сиденье и, как всегда, укрылся за газетой. Зрительного контакта следовало избегать. Среди пассажиров хватало обеспеченных специалистов, едущих на север, которых болтовня ничуть не интересовала. В поездках на метро не было ничего плохого – быстро, дешево, по большей части безопасно. Проблема заключалась лишь в том, что другие пассажиры в той или иной степени принадлежали к Уолл-стрит, а значит, либо зарабатывали кучу денег, либо к этому шли. Вот-вот обзаведутся личными седанами и прощай метро.

Митча подобная ерунда ничуть не заботила. Он листал газету, чуть двигался, когда в вагон входили новые пассажиры, и представлял, каково будет в Мемфисе. Он не утверждал, что не вернется туда. Они с Эбби об этом даже не говорили. Бегство их так напугало, что им и в голову не пришло бы вернуться. Но чем больше он размышлял, тем сильнее проникался идеей поездки. Смотается туда-обратно, может, и работать не придется. Окажет Вилли огромную услугу, которая, несомненно, вполне достойно окупится.

Через двадцать две минуты он вышел из метро на станции Коламбус-Серкл. Теперь ему предстояла приятная пешая прогулка. Стоял великолепный апрельский вечер – небо ясное, тепло, – и полгорода высыпало на улицы. Митч, однако, торопился домой.

Здание находилось на Шестьдесят девятой улице возле Коламбус-авеню, в самом сердце Верхнего Вест-Сайда. Митч поговорил с консьержем, забрал почту и поднялся на лифте на четырнадцатый этаж. Дверь отпер Кларк и полез обниматься. В возрасте восьми лет он все еще оставался маленьким мальчиком и не стеснялся проявлять нежность по отношению к отцу. Картер, его брат-близнец, уже перерос необходимость в физическом контакте с отцом. Митч непременно обнял бы и поцеловал Эбби, расспросил, как прошел ее день, но она была занята с гостями. Квартиру наполняли чудесные ароматы. Похоже, на кухне готовились сложные блюда и предстоял восхитительный ужин.

Готовили сегодня братья Розарио, Марко и Марчелло, тоже близнецы. Они были родом из маленькой деревни в Ломбардии на севере Италии и пару лет назад открыли тратторию возле Линкольн-центра. С первого же дня она имела огромный успех и удостоилась двух звезд от «Таймс». Забронировать столик было делом непростым, ждать приходилось по четыре месяца. Митч с Эбби ели там, когда пожелают. Авторитета Эбби на это хватало, ведь она редактировала первую кулинарную книгу братьев Розарио. И еще поощряла их к смелым экспериментам на своей современной кухне – по крайней мере раз в неделю братья поднимались в квартиру Макдиров с полными сумками продуктов, принося с собой поистине бунтарский дух. Эбби крутилась в самом круговороте событий, щебеча по-итальянски без всякого акцента, Картер с Кларком наблюдали за происходящим с безопасного расстояния, сидя на табуретах возле стойки. Марко с Марчелло обожали готовить перед детьми и рассказывать, что делают, на ломаном английском, заставляя ребятишек повторять итальянские слова и выражения.

Митч наблюдал за этой сценой с усмешкой, снимая пиджак и наливая себе бокал кьянти. Он спросил мальчиков про домашнее задание и получил дежурные заверения, что все сделано. Марко принес тарелочку с брускеттой, поставил на стойку перед близнецами и уведомил Митча, что волноваться о домашнем задании не стоит, поскольку ребята выполняют важную работу, выступая в роли дегустаторов. Митч притворился, что уступил, решив проверить уроки позже.

Ресторан назывался «У Розарио», что неудивительно, и вышивка с его названием украшала фартуки обоих поваров. Марчелло хотел вручить Митчу такой же, но он, как всегда, отказался под предлогом того, что не умеет готовить. Когда они оставались на кухне одни, Эбби позволяла мужу чистить и резать овощи, отмерять специи под ее бдительным присмотром, накрывать на стол и выносить мусор – к подобной работе она считала его вполне пригодным. Однажды Митчу удалось дослужиться до су-шефа, однако Эбби мигом разжаловала его вновь, стоило мужу сжечь багет.

Она попросила налить ей вина. Марко с Марчелло, как обычно, отказались. Митч давно знал, что на самом деле итальянцы пьют немного, хотя и производят вино в огромных количествах и постоянно запивают им еду. Большой семье за ужином вполне хватит графинчика любимого красного или белого вина местного производства.

Благодаря своим познаниям в итальянской кухне и винах Эбби получила место старшего редактора в небольшом, зато деятельном издательстве «Эпикуреец». Фирма специализировалась на кулинарных книгах и издавала около полусотни в год, причем почти все были увесистыми сборниками рецептов со всего мира. Эбби знала многих шеф-поваров и владельцев ресторанов, поэтому они с Митчем часто ели вне дома и редко утруждали себя заказом столиков. Их квартира стала излюбленной лабораторией для юных поваров, мечтающих об успехе в городе изысканных ресторанов и привередливых гурманов. Большинство приготовленных блюд выходили шедеврально, однако и неудачи случались, ведь повара шли на самые невообразимые эксперименты. Картера с Кларком частенько использовали в качестве подопытных кроликов: если поварам не удавалось им угодить, значит, с едой действительно что-то не так. Мальчиков поощряли ругать любое блюдо, которое им не нравится. У них за спиной родители частенько шутили, что растят парочку приверед.

Сегодня жалоб не предвиделось. За брускеттой последовала небольшая пицца с трюфелями. Потом Эбби объявила, что с закусками покончено, и велела идти к столу. Пока Марко подавал первое блюдо – острый суп с морепродуктами под названием «качукко», Марчелло присел с хозяевами. Все шестеро попробовали, насладились вкусом и задумались над своими ощущениями. Есть нужно было медленно, и детям это часто не нравилось. На второе подали капеллетти – маленькие равиоли в говяжьем бульоне. Обожавший макароны Картер счел их отменными, Эбби же засомневалась. Марко принес еще один вариант второго блюда – ризотто с шафраном. Поскольку они проводили лабораторное исследование, имелся и третий вариант второго – спагетти с устричным соусом. Порции были маленькими, всего пара-тройка кусочков, и супруги шутили, что нужно держать себя в руках. Братья Розарио постоянно спорили об ингредиентах и обсуждали разные варианты рецептов. Митч с Эбби выражали свои мнения, как часто бывает со взрослыми, говоря одновременно. После рыбы мальчики заскучали. Вскоре они встали из-за стола и ушли наверх смотреть телевизор, тем самым пропустив горячее мясное блюдо (тушеного кролика) и десерт (панфорте – плотный шоколадный кекс с миндалем).