Джон Голд – Сонный Лекарь - 2 (страница 3)
Зал для практических занятий выглядел как современный амфитеатр. Сцена в центре с трёх сторон обставлена тремя рядами парт. Галёрки тут как таковой нет, но есть большая маркерная доска в конце сцены.
В центре, на той самой сцене, уже расставлены девять лабораторных столов. На каждом по три клетки сверху и три снизу. Всё накрыто тканью и, слава всем богам, студенты под неё пока не лезут.
Преподаватель тоже тут. Мужчина, по виду европеец не старше сорока. Одет в белую рубашку и клетчатый жилет. Вальяжно прислонившись к стене, он смотрит на настенные часы, натянув на лицо коварную улыбку. Аура старшего магистра [5] аккуратно давит на студентов, подавляя их спесивый гонор. Тут у каждого первого на одежде вышит красивый герб. А каждый второй хочет о себе громко заявить, устроив какую-нибудь выходку посреди лекции.
Мы с Рюхеем сели за парту у прохода. Народ неторопливо расселся, заняв весь первый и второй ряд, а потом часть третьего. Нас тут не меньше семидесяти. И все целители, чёрт возьми!
Стоило прозвенеть звонку, как преподаватель-стиляга, отойдя от стены, лениво повёл рукой. Входная дверь в тот же миг закрылась. Телекинез! Да ещё и с расстояния в десяток метров. Силён мужик, раз такие фокусы может вытворять. Судя по шепоткам в зале, не мне одному это стало понятно.
Преподаватель неторопливо прошёл между лабораторных столов, обводя взглядом ряды притихших студентов.
– Меня зовут магистр Витольд Захаев. – Медленно произнес он. – Можете обращаться ко мне “магистр” или “господин Захаев”. В течение учебного года я буду читать вам лекции по целительскому искуству. Цель моих уроков – расширить ваши горизонты представления о том, чем вообще целители занимаются. Показать грани целительского искусства, о которых вы, студиозусы, даже не догадываетесь!
Дойдя до конца импровизированной сцены, магистр оглядел притихшую аудиторию. Достал карманные часы и зачем-то глянул на время.
– Сегодня у нас “Введение в целительское дело”. Собрались все три группы с кафедры целительского дела, – магистр захлопнул крышку часов и убрал их в карман. – Разделим лекцию на три части. Начнём с опроса по базовым знаниям. Что определяет силу одарённого?
Захаев оглядел аудиторию. Руки подняли едва ли не все студенты, желая дать ответ. Но магистру этого показалось мало.
– Тому, кто даст больше всех ответов, в виде приза достанется декокс из запасов Академии, – преподаватель издевательски усмехнулся. – Поверьте на слово, дорогие ученики! После сегодняшней лекции, все вы захотите опробовать нечто такое на себе. А вопросов от меня будет много! Поэтому, советую проявлять на данной лекции максимальную активность. Спрашиваю снова, “ЧТО определяет силу одарённого?”
Магистр тут же указал на Рюхея.
– Ранг силы, родство со стихией и власть, – выпалил на одном дыхании довольный японец, не вставая с места.
– Ещё варианты? – Магистр разочарованным взглядом обвёл аудиторию и приметил девицу в третьем ряду. – Госпожа Койц? Ваше мнение.
– Выбранная техника, – произнесла девица, смущённо потупив глазки.
Внимание от магистра ей явно льстило. Однако, что-то мне подсказывает, что Захаев все наши фамилии уже выучил и ведёт свою игру словно дирижер.
– Увы, но правильный ответ – “мастерство”! – магистр усмехнулся. – Даже находясь на ранге ученика [1] и правильно подобрав целительскую технику, вы можете оказать должное лечение ветерану [2] или учителю [3]. Важно лишь запустить регенеративные процессы во втором и третьем слое его духовного тела. В случае целителя и большого количества пациентов, на первое место встаёт именно мастерство.
Хороший ответ. Захаев не стал говорить очевидного. Запас маны и скорость её восстановления будут расти по мере взятия новых рангов. Это происходит за счёт того, что открывается доступ к новым слоям духовного тела. Но вот мастерство и власть, это две переменные, которые одарённый развивает всю свою жизнь.
– Поговорим о рангах, – Захаев, лениво выставив руку в сторону, создал над ней разом три техники. – Кто скажет названия созданных мной техник?
Приманка от Захаева, конечно, интересная, но мне лень участвовать в этом представлении. Я пришёл в Куб получать знания, а не хвастаться своими. Однако, расскажи богу о своих планах и он лишь посмеётся.
– Студент Довлатов, – магистр направил на меня свой хитрющий взгляд. – Просветите младших коллег? Не считая меня, вы тут один уже имеете лицензию целителя.
– Малый и средний костный диагност. Третьей технику не знаю, но судя по схожести узора, это большой костный диагност.
– Верно, – Захаев медленно кивнул, не сводя с меня пристального взгляда. – И в чём же суть этой техники?
– Выявление патологий, – пожимаю плечами. – Декальцификация, микротрещины, точечная деминерализация костей. Все три техники относятся к числу диагностических. В зависимости от характера заболевания, может потребоваться как малый, так и большой костный диагност.
Бывает так, что болезнь поражает весь скелет. Но в практике госпиталя Красного Креста чаще всего в ход пускали малую технику для определения характера перелома. Наложив её, целитель становится способен видеть кости сквозь ауру, как при рентгене.
– И снова верно, – магистр с сомнением глянул на первые ряды студентов перед ним. – Господин Лефей? Как думаете, в чём разница между этими тремя техниками? Только лишь в области покрытия?
– В слоях, – бледнокожий студент ответил не моргая.
Дав бледнокожему один условный балл, Захаев объяснил юным целителям основы. Грубо говоря, одарённые [0] могут применять только однослойные техники. Их собственное духовное тело едва-едва пробудилось, а формируемые техники больше похожи на сгустки энергии, чем на произведение искусства у тех же магистров [4]. Потому и воздействие чисто поверхностное, типа того же “Усиления.”
Целителям-ученикам [1] доступны техники уже в два слоя, а не один. Это также минимальный порог для лечения травм духовного тела. Тот факт, что у одарённого пробуждается второй слой духовного тела, открывает ему возможность применения дистанционных техник.
Чем дальше по лестнице рангов, тем выше сложность и количество слоёв в техниках: увеличивается дистанция, максимальная энергоёмкость, и даже эффективность за счёт более целевого распределения заряда маны. По этой же причине, моя [1] “малая лечилка” и у Захаева [4] – при прочих равных – будет отличаться по эффективности в несколько раз.
– С властью всё и так понятно, – Захаев сжал кулак так, что сам воздух в его руках затрещал, будто ломаясь. – Власть, как цемент, скрепляет силу. Она проекция вашей стальной воли, вкладываемой в мощь применяемой техники. Вы все тут отпрыски непростых семей, так что тему власти на лекции раскрывать нет смысла. Основы вам наверняка в доме преподавали, объясняя что для аристократа “власть в силе” так же важна, как “власть среди народа”. Мана должна быть вам послушна, служа кнутом и пряником для подчинённых. Особенно если вы целитель! Кому интересно, советую посетить мой факультатив “Власть силы”… платно, разумеется.
Сказав последнее, магистр [4] нагло усмехнулся. Да-да, факультативы в Кубе оплачиваются отдельно… как и частные уроки у преподавателей. Насколько понял, философия Академии в этом вопросе звучит так:
– Поговорим о родстве, – едва скрываемое чувство превосходства промелькнуло в голосе Захаева. Полным гордыни взглядом он прошёлся по притихшей аудитории. – Вас всех учили скрывать точные цифры своего родства с пневмой. Так что приведу в пример себя. Моё родство с пневмой считается “высоким”. Шесть целых и две десятых балла. Но чем вообще является родство. Вопрос?
Подняв руку, магистр стал водить ей по аудитории, ожидая ответа. Руку снова поднял Рюхей и ещё два десятка студентов. Всё же, вопрос из элементарных, но Захаев опять выделил своим выбором японца.
– Максимальное содержание эманаций пневмы в организме, – выдал Рюхей на одном дыхании.
– Верно, – магистр кивнул, имитируя намёк на благодарность. – Эманации есть в алхимических ингредиентах. Они витают в воздухе вокруг нас в микродозах. И в больших количествах около нестабильных Источников. Недостаток эманаций ослабляет силу всех техник одарённого. А переизбыток приводит к мутациям, проблемам в развитии и даже смерти. Но что будет, если мы направим в тело пациента не технику, заряженную нашей маной. То есть наделённую уже высвобожденной энергией исцеления. А сгусток чистой пневмы?
Магистр, повернувшись лицом к лабораторным столам, взмахнул рукой. Мощная волна телекинеза подхватила тряпицы, сбрасывая их с клеток. Теперь студенты могли видеть, что скрывается внутри.
На каждом столе находилось по клетке с белой лабораторной мышью, здоровенной гусеницей в ладонь длинной, и дохлой рыбке, лежащей на куче земли. Мне даже издали удалось заметить там веточки, листочки и кусочки коры.
– Внимание! – держа одну руку в кармане, Захаев высоко вскинул другую. – Данная демонстрация, как и участие в ней не из простых. Да ещё и с последствиями... Чтобы выделить из собственной ауры эманации пневмы, нужен показатель власти больше двух с половиной единиц. А после занятия у вас на два-три дня упадёт показатель родства с пневмой. Столов здесь девять, так что мне нужны ещё восемь добровольцев, которые готовы пожертвовать собой ради науки… Хе-хе!