Джон Голд – Хризалида. Путь предвестника (СИ) (страница 53)

— Я поняла вас. Ни каких обид.

— Мы увеличим бюджет проекта. Еще пять зверинцев будут открыты по всему миру Хризалиды. Отправьте список персонала проекта и смету расходов, как только у вас все будет готово.

Мужчины встали и вышли из офиса. Элиза устало откинулась на спинку кресла. Счастливая улыбка делала из нее невероятно привлекательную девушку. Она выбрала карьеру ученого и отказалась от семейной жизни, поэтому своих детей у нее не было. Проект позволял утолять потребность в заботе о ком-нибудь. Элиза сама прекрасно это понимала, но умела контролировать свои желания и проявления эмоций. Разговор с мужчинами — это всегда цифры и факты. Их она им и предоставила.

— Мисс Донован, Анжи Ганет в сети и предлагает встретиться, — Моро учтиво дождался конца беседы и только сейчас сообщил Элизе эту новость.

— Какой невероятный день! А завтра со мной свяжутся пришельцы и скажут, что мне суждено спасти мир.

— Мисс Донован, сарказм неуместен. Редко случается, что такие пациенты сами идут на контакт.

— Знаю…Просто день тяжёлый. Подключай его к моей комнате.

— Хорошо.

Элиза легла в капсулу и перенеслась в виртуальное пространство. Ее детская комната всегда навевала приятные воспоминания из детства.

Анжи стоял в центре. Мальчик выглядел счастливым и сейчас был похож на самого обычного ребенка. Он указал на ухо.

— Нет, нас никто не слышит.

— Здравствуйте, мисс Донован.

— Наконец-то ты заговорил. Я смотрю, ты прямо светишься от счастья.

— Вы правы, у меня хорошее настроение, и я решил поговорить. Вы ведь хотели узнать, почему я не говорю с детьми?

— Да.

— Вы ведь и сами уже поняли.

— Да, ты не хочешь говорить с теми, кто глупее тебя. Я видела драку в центре и знаю ее причины. Ты считаешь, что это сделает тебя счастливым? У тебя ведь никого нет.

— Мои потребности в общении с людьми намного меньше, чем вы думаете, мисс Донован. Я считаю большинство людей идиотам, глупцами, желающими унизить тех, кто лучше их. Они считают, что разница в силе или количестве сможет сломить мою волю….но они ошибаются.

— Не все такие, Анжи. Были и те, кто хорошо к тебе относился.

— Да, и вы пытались использовать это против меня. Спасибо за урок. Больше я на такое не попадусь.

Элиза напряглась. К чем весь этот разговор?!

— Ты умный мальчик и сам все понимаешь. Отсутствие общения, друзей и вообще людей в твоем окружении замедлит твое психологическое развитие. Коэффициент твоего эмоционального интеллекта уже отстает от нормы. Но ты еще ребенок, и это можно исправить.

— Друзей…общения… за всю жизнь было всего два человека, которых я мог так назвать. С одним я не могу общаться, чувствуя свою вину. А вторая лишила меня нормального детства и попыталась убить. И вот такие друзья, такое общение мне нужно?

— Ты сгущаешь краски. Всё… не все люди такие плохие.

— Я знаю, мисс Донован, есть и другие. Но я не хочу…не готов так ошибаться. Я лучше останусь ребенком, чем стану таким взрослым… как она.

Элиза могла сказать, что видела Рейчел, но не стала. Мальчику надо забыть этот инцидент и двигаться дальше.

— Ты сам выбираешь, кем станешь. Можешь не становиться такой, как она. Ты — это ты. Не закрывайся от мира из-за таких людей.

— Это только слова, мисс Донован. Всего доброго.

— Подожди. В городе Денев на континенте Радаам есть зверинец, приходи туда, когда сочтешь нужным.

— До свидания.

Анжи отключился от диалога и вышел из персонального виртуального пространства. Моро, молчавший все это время, подал голос.

— Поздравляю, мисс Донован. Мальчик заговорил! Мне внести это в его личное дело?

— Нет смысла. Проблему мы не решили, только добились временного улучшения. К тому же есть неясности в его поведении.

— Что вы имеете в виду?

— Мальчик уже демонстрировал, что ничего не делает просто так. В том, что он по мне соскучился, я сильно сомневаюсь. Его желание поговорить, скорее всего, обусловлено тем, что он молод и неопытен, поэтому он согласился на диалог в такой ситуации. Обычно такие пациенты действуют, когда чувствуют, что контролируют ситуацию.

Моро и Элиза молча вышли из виртуального пространства. Предстояло еще много работы связанной с новыми зверинцами. Все, что касалось Анжи, пока отодвинуто на задний план. Тут есть только предположения и никаких фактов, но что-то происходит — это точно.

***

У меня было хорошее настроение: Малколм сказал, что здание приобретено, и оборудование будет доставлено через неделю. Пара дней уйдет на подбор и оформление персонала. Через десять дней будет дан запрос на мой перевод, а уже через две недели я буду сидеть в шатле до Арпы. Список мы уже утвердили.

До Имира я добрался в глубокой ночи. Вокруг сновали игроки: очень много новичков, убивавших бедных зайчиков, пока более сильные игроки прикрывали им спины. Процесс прокачки тут поставлен на "ура". Это стартовая локация, и тут всегда открыты ворота. Поэтому жизнь тут бурлит круглосуточно.

На мне была накидка смерти, и никто не видел моего лица. Промчавшись через ночной город, я заглянул на площадь. Злополучный главный Храм Теуруса все еще стоял на месте. Тут мне нечего было делать, побежал туда, куда звала душа, где мой дом и мои родители.

Тот путь, который занимал раньше час бегом, я преодолел за десять минут и стоял у… дома.

Но его не было — это было пожарище. Обгорелые стены и окна без стекол, сгоревший забор, внутри тоже ничего не осталось, все погибло в огне. Вот моя комната и сгоревшая кровать. А вот стол, где мы с отцом ели мамин рыбный суп. А на фасаде здания у самого фундамента было написано красной краской: "Убийца! Смерть убийцам!"

Они… нет, этого не может быть… есть тот, кто сможет ответить на мои вопросы.

Дом кузнеца располагался недалеко от нашего дома. Рейчел… тебя здесь точно нет, но твой отец расскажет мне все, что мне надо.

Прокрасться в дом кузнеца не составило проблем. Через тонкую щель телекинезом сдвинул засов и под скрытом вошел в дом. Я пришел за ответами и готов убить любого, чтобы их получить. Костюм смерти был на мне, не хватало только косы.

— Вставай кузнец, твое время пришло!

Что может быть сейчас лучше, чем слышать дикий вопль этой мрази?

— Аааааааа, — полог тьмы и руки скелета коснулись лица кузнеца

— Хочешь? Могу и жену твою забрать.

— А можно ее вместо меня забрать?

Это у них семейное видимо: подставлять другого человека.

— Нет, только вместе с тобой. За твои грехи для тебя приготовлена яма с кипящей кровью и черти с вилами. Вставай, пора идти, — я протянул костлявую руку.

Его жена проснулась и с криками выбежала из комнаты. Слова мужа он прекрасно слышала. Кузнеца трясло.

— Два года назад у тебя была дочь Рейчел и сосед рыбак. Что с ними стало?

Кузнец, всхлипывая и прерывисто вздыхая, поведал ту часть истории, о которой мне ничего не было известно.

— У рыбака был сын Саджи. Он убил жреца Теуруса и сбежал. Его самого так и не смогли найти, — кузнец вытер сопли и продолжил, — по закону за все действия детей несут ответственность родители. Их и схватили, больше я ничего не знаю, клянусь, — он начал молиться прямо в постели.

— Где твоя дочь?

Я испытывал дичайший гнев и ярость. Я буквально на волосок был от того, чтобы убить его, но мне нужна информация.

— Она пропала в то же время. Она беспутная была, мы подумали, что она сбежала с этим мелким.

— Почему твою дочь не заподозрили в том, что она убила жреца?

Кузнец начал задумываться, к чему я клоню и понял, что раз дочери нет, его схватят в случае вины.

— Так прямо лужи крови у тела жреца нашли деревянный кинжал. А когда трясли трущобы в поисках информации, то узнали, чтобы были два мужика, странника, которые еще за неделю до убийства говорили, что Саджи хвастался, что украдет что-то из храма. В притоне воров сказали, что видели его там. А когда стража пришла в его дом, там только Камелия была. Ей показали кинжал и спросили, принадлежит ли это ее сыну, она сказал — да. Арман тогда на рыбалке был. Ее сразу увели, а его потом схватили, когда он вернулся.

Он перестал плакать. А я кипел от гнева и испытывал жуткое желание выместить его на кузнеце. Отец бы не простил мне такого, ведь в действительности во всем виновата Рейчел.

— Куда их увели? Где они сейчас?

Во тьме загорелось одиннадцать огоньков, и стало видно, что у меня руки скелета, а под капюшоном лишь тьма. На кузнеца это произвело ошеломляющий эффект, он выглядел так, будто его пытали раскаленным железом.