Джон Фланаган – Руины Горлана (страница 23)
— А вы? — спросил Уилл. — Вы тоже будете стоять с рогатиной?
— Я буду на Абеляре верхом, а ты — на Тягае, смотреть, чтобы зверь не вырвался из круга, раненный.
— Что мы будем делать, если так случится?
— Мы загоним его прежде, чем он снова заляжет в логово, — мрачно сказал Холт. — И вот тогда прикончим из луков.
На следующий день, в субботу, ученики были свободны.
Хорас собирался уйти как можно дальше от школы, чтобы Альда, Брайн и Джером его не нашли. Они, конечно, догадались, что он избегает их, и стали поджидать его у выхода из столовой. В это утро они уже были на месте. Хорас заметил их сразу же. Он помедлил. Отступать было слишком поздно. Он пошел вперед.
— Хорас! — услышав позади себя голос, он вздрогнул.
Обернувшись, мальчик увидел сэра Родни — тот уже перевел испытующий взгляд на троицу, поджидавшую во дворе.
— Да, сэр! — Хорас напряженно размышлял, каким еще поступком он мог вызвать неудовольствие главного мастера.
Сэр Родни, казалось, наоборот, был чем-то чрезвычайно доволен.
— Вольно, Хорас. Сегодня суббота все-таки. Бывал когда-нибудь на кабаньей охоте?
— М-м… нет, сэр. — Несмотря на приветливое разрешение сэра Родни встать вольно, он так и застыл по стойке «смирно».
— Тогда пора тебе побывать. Выбери себе рогатину и охотничий нож в оружейной, пусть Улф выдаст тебе коня, явишься сюда же через двадцать минут.
— Слушаюсь, сэр.
С явным удовольствием сэр Родни потирал руки:
— Холт и его ученик, похоже, выследили дикого вепря. Пора нам всем поразвлечься.
Ободряюще улыбнувшись Хорасу, Родни устремился вперед большими шагами — готовить собственное снаряжение. Оглянувшись, Хорас увидел, что Альды, Брайна и Джерома уже нет поблизости. Вот и хорошо. Он принялся гадать, что его ждет на охоте.
Когда Холт вывел охотников к логову, почти наступил день.
Громадное животное залегло в непроходимых зарослях кустарника, в лесной чащобе. Холт и Уилл выследили его логово накануне вечером, уже в потемках.
И вот, подъехав на достаточное расстояние, по знаку Холта барон и остальные охотники спешились, предоставив лошадей попечению сопровождавших их конюхов. Последние несколько сот метров они прошли пешком. Холт и Уилл единственные оставались в седле.
Всего было пятнадцать охотников, каждый вооруженный рогатиной, такой, как описывал Холт. Они окружили жилище зверя широким кольцом. С некоторым удивлением Уилл признал в одном из участников Хораса. Единственный ученик, остальные были рыцарями.
На расстоянии сотни метров от логова Холт поднял руку, подавая охотникам знак остановиться. Пустив Абеляра легкой рысью, он подъехал к тому месту, где верхом на Тягае сидел, нервно ерзая, Уилл. Пони беспокойно переступал на месте, чувствуя присутствие вепря.
— Запомни, — негромко обратился к Уиллу Холт, — если тебе придется стрелять, целься под левую лопатку. Меткий выстрел в сердце — это твой единственный шанс остановить его, если он бросится.
Уилл кивнул, нервно облизывая пересохшие губы. Подавшись вперед, он успокаивающе потрепал Тягая по холке.
В ответ на прикосновение хозяйской руки пони встряхнул головой.
— И держись поближе к барону, — напомнил Холт, прежде чем вернуться на свое место на противоположной стороне образованного охотниками кольца.
Холт занимал наиболее опасную позицию — рядом с охотниками, имевшими мало опыта, — следовательно, теми, кто мог допустить роковую ошибку. Если вепрь прорвет кольцо с его стороны, догнать и прикончить зверя станет его задачей. Уиллу учитель отвел место рядом с бароном и другими искусными охотниками. Здесь вряд ли случится что-то страшное. Правда, Уилл оказался еще и рядом с Хорасом. Сэр Родни хотел, чтобы ученик был именно на этом месте — между ним и бароном. Хорас должен был учиться. Если вепрь выскочит на них, мальчику следовало отступить и предоставить действовать барону и мастеру.
Хорас посмотрел на Уилла. Враждебности в его взгляде не было, он даже выдал некое подобие улыбки. Заметив, как Хорас то и дело облизывает губы, Уилл осознал, что тот нервничает так же, как и он сам.
Холт снова подал знак, и кольцо вокруг густых зарослей стало сужаться. Через несколько минут Уилл потерял из виду своего наставника и других охотников — они затерялись в зарослях. Видно было только барона и сэра Родни.
Тут из чащобы раздался густой низкий рев, и Уилл вздрогнул от неожиданности и испуга. Никогда раньше не слышал он рева дикого зверя.
— Засел там, в чаще! — послышался голос барона. — Будем надеяться, он на нас выскочит, а, ребята?
Уилл был совсем не уверен, что хочет видеть рассвирепевшего вепря несущимся в его сторону. Барон и сэр Родни, в отличие от мальчиков, выглядели довольными и готовыми к бою. Для них охота была развлечением, как и говорил Холт.
Быстро сняв лук с плеча, Уилл наложил стрелу на тетиву. Потрогал пальцем острие, желая убедиться, что оно по-прежнему режет как бритва. В горле у мальчика пересохло. Он был уверен, что не сможет произнести ни слова, даже если от этого будет зависеть его жизнь.
Собаки бесновались, оглашая лес возбужденным лаем и пробуждая эхо. Видимо, их зверь и услышал. Громадный вепрь, поражая своими клыками кусты и деревья, несся вперед.
Барон повернулся к Берту, своему стремянному, державшему собак на привязи, и рукой подал знак спустить гончих.
Псы почти мгновенно исчезли из виду, нырнув в чащобу. Это были свирепые животные с сильными мышцами, специально выведенные для охоты на кабана.
Поднялся страшный шум. Яростный лай сопровождался леденящим кровь пронзительным ревом рассвирепевшего вепря. Трещали и стреляли ломающиеся ветки. Казалось, вся чащоба гудела.
И тут вдруг вепрь выскочил на открытое место, как раз там, где находился Холт. Неистово взвизгнув, зверь отшвырнул одну из собак, висевших на нем, на мгновение замер, затем ринулся на охотников с головокружительной скоростью.
Молодой рыцарь, оказавшийся прямо на пути вепря, не мешкал. Припав на одно колено, он упер рогатину в землю и выставил блеснувшее лезвие навстречу зверю.
Вепрь не мог свернуть, и его занесло на острие. Он дернулся вверх, заходясь воплем от боли и ярости, пытаясь сорваться с наконечника. Но молодой рыцарь твердо держался, не давая копью сдвинуться с места и лишая вепря возможности освободиться.
Уилл пораженно смотрел, как прочное ясеневое древко дугой выгибается под тяжестью дикого зверя, затем тщательно заточенное острие проникло до самого сердца, и все было кончено.
Последний раз пронзительно взревев, громадный вепрь опрокинулся на бок и замер.
Косматая туша была размером чуть ли не с лошадь и вся состояла из сплошных мускулов. Безопасные теперь клыки загибались над свирепым рылом, испачканным в крови по крайней мере одной из собак.
Уилл смотрел на массивную тушу и ежился. Да, подобных лучше не встречать в лесу.
Охотники толпой обступили молодого рыцаря, убившего вепря, поздравляли его, хлопали по спине. Барон Аралд направился к ним, но, минуя Тягая, задержался, обращаясь к Уиллу.
— Второго таких размеров ты еще не скоро увидишь, Уилл, — сказал он ворчливо. — Жаль, не на нас выскочил. Я бы и сам не отказался от такого трофея. — И двинулся дальше за сэром Родни, который был уже возле туши.
Уилл — впервые за долгое время — оказался поблизости от Хораса. Повисла неловкая пауза, поскольку ни один из мальчиков не хотел сделать первое движение навстречу. Хорас, возбужденный утренними событиями, с колотящимся сердцем, растревоженный и испуганный, уже забыл, что хотел разделаться с Уиллом. На фоне случившегося их драка казалась ребячеством, глупым спором на пустом месте, и теперь ученику рыцаря стало стыдно за свое поведение. Но, не умея облечь в слова чувства, которые его обуяли, Хорас не заметил на лице Уилла ни малейшего проблеска понимания. Хорас только пожал плечами и собрался пройти мимо Тягая и поздравить молодого охотника. Пони, напрягшись, предостерегающе заржал.
В этот момент Уилл случайно взглянул на заросли и замер, пораженный. Казалось, кровь застыла у него в жилах.
Там, в укрытии, был еще один вепрь. По размерам он превосходил убитого.
— Берегись! — вскрикнул Уилл, когда громадный зверь взрыл землю клыками.
Все обернулись, кое-кто вздрогнул от неожиданности. Кольца больше не было — все же бросились поздравлять победителя и рассматривать трофей, — а на пути чудища оказались лишь Хорас и Уилл. Если бы Хорас не помедлил, они бы тоже отошли.
Быстро собравшись, ученик рыцаря повернулся навстречу зверю. Вепрь пригнул голову, снова взрыл землю и бросился вперед. Все случилось очень быстро. Секунду назад зверь еще был у кустов, и вот уже он несется навстречу мальчику. Оказавшись между Уиллом и вепрем, Хорас стоял на месте, не делая попытки броситься прочь, и устанавливал свою рогатину, как его учили сэр Родни и барон.
Тут, однако, случилось непредсказуемое. Нога Хораса завязла глубоко в снеге, и он рухнул на бок, выпустив из рук длинное древко.
Нельзя было терять ни секунды. Хорас был беззащитен перед диким зверем, жаждущим крови. Уилл бросился вперед, быстро наложил стрелу, аккуратно натянул тетиву и тщательно прицелился. Он знал, что ему не убить зверя, но можно хотя бы отвлечь его внимание от мальчика, лежавшего в снегу.
Уилл выстрелил. Стрела вонзилась в толстую шкуру зверя. Уилл выстрелил еще раз.