Джон Фаррис – Похитители (страница 52)

На лестнице раздались бегущие шаги, через секунду загорелся свет. Большой Джим несколько секунд смотрел на пламя и дико мечущуюся пленницу, не веря своим глазам. Потом схватил с маленького столика кувшин и выплеснул воду на Кэрол.

— Крошка! — громко закричал Хендершолт. — Быстрее поднимайся сюда!

Он бросился в ванную, вновь наполнил кувшин, вернулся в спальню и вылил воду на пламя, охватившее матрац. Через несколько секунд показались голова и плечи Крошки. Кэрол рыдала и хрипела от густого дыма. Большой Джим рывком втащил жену на последние две ступеньки, совершив усилие, равное поднятию тяжелого старинного сейфа из неудобного положения — сидя на корточках.

— Где ключ? Куда ты дела ключ, черт бы его побрал?

— Не знаю! — взвыла Крошка, яростно шаря по карманам. — Должно быть он остался в моем другом…

— Поливай матрац! — велел Большой Джим и сунул жене кувшин. — И потуши искры на полу.

Он несильно влепил Крошке пощечину, чтобы вывести ее из состояния транса, и побежал на первый этаж.

— Крошка! Крошка! — громко застонала Кэрол. — Я вся горю!

Барбара Хендершолт, белая, как привидение, за исключением красных отпечатков пальцев Джима на щеке, бросилась в ванную и сунула кувшин под открытый кран. Через несколько секунд она вернулась, но остановилась чересчур далеко от продолжающей тлеть кровати и почти вслепую выплеснула воду.

— Крошка… матрац… вытащи из-под меня матрац!

Толстуха набрала полную грудь воздуха и почти на-ощупь приблизилась к кровати. Она схватилась за матрац и потянула его, но матрац не поддавался.

— Тащи сильнее! — зарыдала Кэрол.

Крошка надулась от усилия и вновь дернула. Матрац подвинулся на несколько дюймов в сторону. Но шевелить матрац оказалось ошибкой. К огню, который слабо тлел под матрацем, поступил свежий воздух, и сейчас в клубах густого дыма заплясали желтые языки пламени. Теперь Кэрол грозила серьезная опасность. Крошка увидела, что натворила, в панике вскрикнула и испуганно попятилась от кровати. Она продолжала еще пятиться назад, когда Большой Джим вновь примчался наверх. В руках он держал сильные кусачки с длинными ручками, которыми можно было перекусить даже болты. Двумя резкими движениями он освободил Кэрол.

Девушка скатилась на пол и неподвижно замерла, судорожно хватая воздух широко раскрытым ртом. Она лежала, прижавшись щекой к прохладному деревянному полу. Джим отшвырнул кусачки и принялся затаптывать горящие остатки обивки. Потом снова схватил фаянсовый кувшин и бросился в ванную комнату за водой. Кэрол встала на колени и увидела рядом с собой тяжелые кусачки. Большой Джим, едва различимый в клубах дыма, быстро вернулся и начал осторожно поливать шипящие матрацы. От жара и едкого дыма из его глаз градом катились слезы.

Кэрол взяла кусачки и встала. Она неловко бросилась на Большого Джима, и в тот самый момент, когда он начал поворачиваться к ней, яростно взмахнула кусачками. Удар угодил в левый висок. Глубокая страшная рана в форме угла протянулась от виска и до кончика левой брови. Джим рухнул на пол, обливаясь темной кровью. Кувшин с грохотом полетел на пол. Кэрол бросила кусачки и, не видя ничего вокруг, побежала к лестнице.

Через несколько шагов она врезалась в кричащую Крошку.

— Что? Джим! Кэрол, ты…

— Крошка, пропусти меня!

— Я убью тебя!

Кэрол изо всех сил ударила толстуху локтем в громадную грудь и отодвинула ее на пару дюймов назад. Ей почти удалось прорваться к лестнице, но Крошка на удивление быстро вытянула руки, схватила цепь, сковывающую запястья пленницы, и резко дернула. Кэрол полетела на пол.

— Ты ударила его! Ты ударила Джима!! Я убью те-бяяяяя!!!

Кэрол лежала на спине. Она лягнула голой ногой, но не попала. Крошка неистово кашляла от дыма, но продолжала крепко держать цепь. Она наступила на живот Кэрол, потом на лицо. Кэрол ударила толстуху обеими ногами, не переставая кричать. Один удар угодил Крошке в пах, она попятилась назад и врезалась в стену. Кэрол вновь метнулась к лестнице, но на какую-то долю секунды запоздала с броском.

Барбара Хендершолт оттолкнулась от стены и бросилась на пленницу, широко расставив руки и намереваясь раздавить ее в яростном объятии. Кэрол нырнула и попыталась увернуться от мчащейся на нее толстухи, но та успела схватить своей железной рукой ее за горло. Крошка сделала еще два шага, стараясь погасить свою инерцию, но последний шаг не нашел никакой опоры, кроме воздуха. Барбара взвыла, поняв ошибку, рухнула вперед и покатилась по лестнице, увлекая за собой Кэрол Уоттерсон. Кэрол ударилась головой сначала о стену, потом — о ступеньку. В глазах у нее потемнело, и она смутно почувствовала, как огромная масса Крошки накатилась на нее, как теплая океанская волна.

Кэрол Уоттерсон пришла в себя от ужаса. Она боялась, что задохнется или будет раздавлена насмерть. Девушка набрала полные легкие воздуха и безуспешно попыталась столкнуть с себя тяжелый груз. Голова Кэрол оказалась больно прижата к ступеньке, а где находятся руки, потерявшие всякую чувствительность, она даже не знала. Где-то рядом негромко потрескивало пламя, потом раздался взрыв. Кэрол вновь попыталась набрать полные легкие воздуха, но в нем оказалось много дыма.

Потом Кэрол поняла, что ее голые ноги упираются во что-то твердое. Когда паника стала совсем невыносимой, она опять попробовала столкнуть с себя Барбару Хендершолт. Гора мяса, лежащая на ней, немного пошевелилась.

Это Крошка, подумала Кэрол Уоттерсон и тут же вспомнила, что случилось. А вспомнив, почувствовала не столько страх, сколько раздражение.

— Крошка, черт бы тебя побрал, слезь с меня!

Стена, в которую упирались ее ноги, с каждой секундой становилась все горячее и горячее. Кэрол сжала зубы, собрала все силы и вновь оттолкнулась ногами от стены. На этот раз ей удалось немного изменить положение, освободить руки и повернуть лицо к наполненному желтовато-оранжевым дымом воздуху. Идиотка Крошка сидела на ней, свесив жирные подбородки на грудь. Ее зеленоватые глаза были широко раскрыты, а губы раздвинулись в застывшей идиотской улыбке. Казалось, толстуха наслаждается опасностью и не собирается слазить с нее. Со всех сторон, как метеоры, летели куски горящего дерева. Мягкий розовый свитер Крошки в нескольких местах уже начал тлеть. Прошло несколько секунд, и от него повалил густой дым.

— Крошка!

В этот миг волосы Барбары Хендершолт вспыхнули ярким пламенем. Оно отбрасывало мрачный свет на широкое лицо, на котором застыло выражение идиотской пассивности.

Кэрол собрала последние силы и еще раз толкнула Крошку, в конце концов сбросив ее с себя. Толстуха упала рядом и застыла в неуклюжей позе. Кэрол вскочила и попыталась сбить руками пламя, но через несколько секунд поняла, что уже слишком поздно. Где-то над головой раздался очень громкий треск, и какая-то очень важная часть крыши начала прогибаться внутрь. Кэрол Уоттерсон в ужасе попятилась от неподвижной Крошки. От длинных белокурых волос сейчас остались только хрустящие пятна да кисловатый неприятный запах. На какое-то время Кэрол совсем обезумела от страха, схватила Барбару Хендершолт за вытянутые руки и потащила труп по начищенному до блеска полу. Заметив, что лысая голова Крошки болтается из стороны в сторону, Кэрол остановилась и досадливо нахмурилась.

Кэрол Уоттерсон захрипела и закашлялась, из угла рта потекла какая-то темная жидкость. Она посмотрела на густой дым, который валил по лестнице со второго этажа, потом спокойно вышла во двор через незапертую заднюю дверь.

Небо было затянуто тучами. Шел очень слабый, почти незаметный, ароматный летний дождь. Кэрол двинулась по хорошо протоптанной тропинке с высоко поднятой головой, не обращая внимания на рытвины и камни. Иногда она спотыкалась, но всегда сохраняла равновесие. Когда тропинка пересекла длинный склон и повернула к роще, девушка на мгновение остановилась и оглянулась. Окна одиноко стоящего дома были ярко освещены, крыша — украшена плюмажем из языков пламени.

Кэрол показалось, что около дома мелькнула высокая фигура. Ей даже показалось, будто кто-то позвал ее по имени. Она всхлипнула, вновь выплюнула горькую темную жадность и побежала, подняв сжатые в кулаки руки.

На краю рощи вдали от горящего дома Кэрол остановилась и прислушалась. За спиной послышались бегущие шаги. Оглянувшись через плечо, Кэрол увидела на каменистой тропинке в сотне футов преследователя. Она резко повернулась, споткнулась о корень и упала. Резкая боль заставила девушку судорожно втянуть в себя воздух. Она поползла на коленях с тропинки на пастбище, но сильная дрожь помешала ей ползти быстро.

Он схватил ее сзади и поднял. Голова девушки откинулась назад, и она в ужасе вскрикнула:

— Не надо больше!

— Кэрол? — раздался знакомый изумленный голос. Кэрол посмотрела на своего преследователя, но не смогла ничего увидеть затуманенными глазами. Однако она хорошо знала его голос, она не могла ошибиться.

— О, Сэм! — радостно воскликнула девушка и облегченно прислонилась к его груди. — Слава Богу, это ты!

Глава 21

Неосвещенная подъездная дорога петляла между кедрами, такими старыми, что они казались старше Библии. У них были толстые, как мачты старинных кораблей, стволы. По ночам ветки образовывали густой шатер и совсем не пропускали желтый свет луны. Они полностью поглотили тихий дождь и звуки машины, с незажженными фарами поднимающейся на низкий холм, на котором стоял особняк генерала Генри Фелана Морзе.