Джон Эспозито – Полночь у мадам Леоты (страница 19)

Нет, они мертвы. Очнись, Камилла, ты не в себе.

Камилла бросила ручку, но не столько потому, что слова не приходили в голову, сколько из-за звуков. Из-за кровати доносился неясный шум. Он был слишком слабым, чтобы большинство могло его услышать, но с потерей способности говорить другие чувства Камиллы обострились. Она слышала всё.

Звук доносился из-за стены.

Она подкралась туда и приложила ухо к полосатым обоям. К тому моменту звуки уже начали затихать. Это не шум в трубах, решила Камилла, и не звук разгорающегося камина. Он был осмысленным. Там было что-то живое. Живое и движущееся.

Громкий, строгий стук застал её врасплох. Камилла посмотрела на часы. Прошло десять минут, секунда в секунду, и тётушка Ру вернулась забрать племянницу.

– Пора тебе отрабатывать своё содержание.

После полудня тётушка Ру отправилась в город за припасами, оставив Камиллу в одиночестве осматривать владения. Там были фруктовые деревья, пологие холмы и родник с чистой водой, у которого Камилла попрыгала по камням. Это было похоже на жизнь внутри прекрасной картины.

За исключением цветов.

Границы территории отмечали экзотические цветы, собранные со всего мира. Прекрасные с виду, но смертельно опасные. Камилла страдала ужасной аллергией – любые насекомые были серьёзной угрозой, а среди цветов было полно пчёл. Для Камиллы прекрасные бутоны были хуже, чем электрическая изгородь. Любая попытка сбежать из Дома Халлоуэй могла закончиться фатально.

Ужин проходил в главном обеденном зале, который мог вместить пятьдесят гостей. Тем вечером здесь ужинали двое – Камилла и тётушка Ру. Подавали печень и овощи на пару. Главное блюдо напоминало желе, и Камилла почувствовала отвращение. Она отодвинула тарелку подальше и жестами показала, что хочет уйти. Тётушка Ру не обращала на неё внимания, пока Камилла не поднялась на ноги.

– И куда ты, по-твоему, собралась?

Камилла показала наверх.

– Только когда на тарелке не останется ни крошки.

Камилла покачала головой и направилась в сторону холла. Тётушка Ру вскочила со стула, и когда Камилла проходила мимо, схватила ту за предплечье.

– Давай-ка проясним ситуацию: когда я что-то говорю – ты слушаешь. Ты вроде бы была согласна на такие условия. Ты потеряла отца, а я – сестру. Сейчас мы застряли тут вместе, и я ничего не могу с этим поделать. Первые гости прибудут сюда меньше чем через неделю. Я должна выполнять свою работу, обеспечивать нужды Дома Халлоуэй, и одновременно присматривать за тобой, чего желала твоя мать. Как думаешь, что для меня важнее?

Камилла раздула ноздри. Если бы она могла устроить истерику, протестовать, кричать – она бы так и сделала. Но она не могла. В этот раз тётушка Ру победила.

– Ужин я отнесу к тебе в комнату. Ставь будильник на пять утра. Завтра у нас насыщенный день.

Камилла была уже на полпути к холлу, когда тётушка Ру окликнула её:

– Камми, дорогая!

Камилла застыла, не оборачиваясь.

– Меня поражает твоё поведение. Не собираешься пожелать мне доброй ночи?

Камилле даже не нужно было оглядываться, чтобы быть уверенной… Тётушка Ру ухмылялась.

Было уже больше десяти вечера, когда Камилла нацарапала в своём дневнике первую за несколько месяцев запись. Она написала: «Я ненавижу печень». Потом, хорошо подумав, исправила запись на «Я ненавижу тётушку Ру». Камилла закрыла дневник и задумалась, что делать дальше. Запах, исходящий от её нетронутого ужина, делал ответ очевидным. Нужно было выбираться отсюда, бежать из Дома Халлоуэй прежде, чем тётушка Ру сведёт Камиллу с ума. Или прежде, чем одна из них умрёт.

Она забралась на кровать с балдахином и легла на бок. Матрас был сама небесность, и эта мысль заставила Камиллу улыбнуться. Такое слово вообще существовало? Для неё – да. Слова она произносила только в своей голове, и поправить её было некому. Она потянулась к ночнику и погасила свет. Без капли иронии, Дом Халлоуэй подарил Камилле лучший сон за последние несколько месяцев.

Но всё изменилось в 3:33 утра.

Камилла внезапно обнаружила себя запертой в каком-то тёмном, сыром месте. Она не знала, где. Камилла пиналась, царапалась и звала на помощь. И только тогда поняла, что это сон, потому что во снах она могла говорить. Но её голос заглушали другие звуки. Что-то нечеловеческое приближалось к ней, нарастая как цунами, и от стен раздавался стрёкот.

Глаза Камиллы распахнулись. Она осматривала комнату, тяжело дыша, встревоженная незнакомой обстановкой. Её мысли вернулись к реальности. Дом Халлоуэй. Тётушка Ру. Мама и папа мертвы. Но в комнате ещё раздавались странные звуки, громкий стрёкот, который повторялся снова и снова и почти оглушал.

Камилла включила лампу и поднесла её к стене. Обои шевелились. Под ними двигались маленькие бугорки, тысячи их были по-военному выстроены ровными рядами и стрекотали. Камилла открыла рот, чтобы закричать. Но у неё вышло только слабое шипение. Повинуясь какому-то безумному инстинкту, она пнула стену, проделав в обоях дыру.

Стрёкот внезапно прекратился, и на мгновение Камилла усомнилась в своём душевном здоровье. Неужели звуки были продолжением сна?

Ответ пришёл сам, когда из дыры на кровать хлынул водопад чёрных тараканов, похожих на живые фасолины, их было бесчисленное множество. Камилла пиналась и била их ладонями, её безмолвный рот страдальчески искривился. Она соскочила с кровати и отбежала к платяному шкафу, глядя, как тараканы заполняют комнату. Ощупывая темноту позади себя, Камилла нащупала рукой поднос с ужином и угодила пальцами во что-то влажное и шевелящееся. Камилла обернулась посмотреть.

Печень в тарелке кишела тараканами.

Рот Камиллы распахнулся в безмолвном крике, и она кинулась к двери. Та распахнулась прежде, чем Камилла успела среагировать, врезалась ей в плечо и отбросила лицом вниз на ковёр из тараканов. Если бы внутри у Камиллы ещё оставался крик, сейчас было бы самое время его выпустить.

Тётушка Ру щёлкнула выключателем, и тараканы разбежались, отступив под мебель и в щели в стенах. Стоя в дверном проёме, она бросила вниз снисходительный взгляд.

– Почему ты на полу, когда для сна у тебя есть великолепная кровать? – Камилла села, взволнованная, пытаясь отдышаться. Подобрать слова. Тётушка Ру протянула ей ручку и блокнот с журнального столика.

– Хочешь что-то сказать? Вот. Напиши.

Камилла черкнула всего одно слово. Затем протянула блокнот обратно. Тётушка Ру зачитала вслух:

– Тараканы.

Камилла кивнула.

– Где?

Камилла нацарапала чудовищный ответ: «Они приходят через стены».

Тётушка Ру недовольно вздохнула.

– Ну, сейчас их здесь нет. Тараканы, если это были они, появляются только в темноте. Мне стоит посоветовать тебе спать с включённым светом? – Камилла черкнула ещё одну фразу: «Я не останусь в шестом номере», и тётушка Ру рассмеялась:

– Между прочим, жить в шестом номере – большая честь. Гости бронируют его на год вперёд.

«Небезопасно», – следующая запись возмутила тётушку Ру.

– Что за глупости? Разумеется, здесь безопасно.

Камилла ударила кулаком по комоду, уронив антикварную статуэтку.

– Следи за манерами, Камилла. Или мне придётся отослать тебя в Шеппертон – в ту же лечебницу, где умерла твоя мать и где тебе самое место.

Тётушка Ру развернулась и зашагала по коридору. Камилла бросилась за ней, тыча ей в руку последней запиской. Заявление из одного слова, похоже, задело тётушку Ру. Она зачитала вслух: «Наследственность» и скомкала записку. Эта жалкая маленькая молчунья знала, как постоять за себя, когда нужно.

– Утром я позову сюда дезинсектора. А пока тебя ждёт раскладушка в подвале для фруктов. Будешь спать там, чтобы помнила, где твоё место. Если честно, оно тебе больше подходит.

Она сунула скомканную записку в карман и быстро зашагала прочь, оставив Камиллу собирать вещи.

За её сборами из затенённого укрытия под кроватью наблюдала армия тараканов.

Камилла нашла подвал для фруктов сама. Впрочем, его название оказалось сплошным обманом, ведь фруктов там не было. Он больше напоминал ремонтную мастерскую. Воздух был сырым. С балок свисали три трескучих лампочки, от которых шёл весь тот слабый свет, что здесь был. По бетонному полу тут и там были раскиданы части десяти полуразобранных барных стульев, валялся стол без трёх ножек, множество лампочек, коробки из-под керамической плитки для ванных комнат и абажуры. Камилла отыскала запачканную раскладушку, втиснутую между двумя громоздкими телевизорами. Она была сложена пополам и выглядела жёсткой как камень, с опорной планкой, которая наверняка будет впиваться в спину лезвием ножа. Полная противоположность роскошному матрасу в шестом номере. Но это всё равно было лучше, чем делить постель с тараканами. Камилла оттащила раскладушку от стены и отыскала старое полотенце, чтобы прикрыть ноги. Ожидая, когда придёт сон, она слушала скрипы и звуки капающей воды, которые часто встречаются в старых домах. Когда Камилле наконец удалось заснуть, ей снова приснился сон.

На этот раз про тараканов.

С самого утра Дом Халлоуэй был полон жизни: звуки шагов, звуки тележек, доставляющих припасы из грузовиков – вернулся персонал гостиницы. Камилла оставалась в подвале, слыша шум, но не видя ни души, что её совершенно устраивало. С нынешней немотой ей было сложно рядом с незнакомыми людьми. К тому же тётушка Ру позаботилась о том, чтобы у неё было больше работы, чем она могла бы успеть за день. Неплохо управляясь с иглой и ниткой, Камилла получила задание подшивать униформу для персонала – и эта работа заняла бы её до рассвета следующего дня.