Джон Дуглас – Сексуальные маньяки. Психологические портреты и мотивы (страница 24)

Оба эти вопроса были решены не в пользу Уоррена, и обращение было отклонено. Требование сообщать задержанному о его конституционных правах распространяется только на аресты, производящиеся после 13 июня 1966 года, тогда как Уоррена арестовали в марте 1966 года, а с проблематикой доказательной базы тщательно разобрался АВС, который вынес по этому поводу соответствующее решение.

Краткий обзор результатов психиатрических освидетельствований

Параллельно с подачей жалоб в судебные инстанции Уоррен время от времени проходил психиатрические освидетельствования в исправительном учреждении для молодых преступников. В его личном деле было зафиксировано, что он отказался участвовать в программах профессионально-технического и общеобразовательного обучения. Он не вступил на путь сотрудничества с администрацией и отказался от всех видов психиатрической помощи. Его сочли нарушителем программы перевоспитания и перевели в исправительное учреждение для взрослых преступников.

В марте 1968 года, на втором месте отбывания наказания, Уоррена обследовал психолог, который установил, что он нормально развит умственно, активен, раздражителен, нервозен, озлоблен и настроен враждебно по отношению к другим. Также он указал, что преступник импульсивен, замкнут в собственных идиосинкразических представлениях об окружающем мире, легко возбудим и страдает тяжелым расстройством личности. Было рекомендовано перевести его на строгий режим содержания.

На ежегодном рассмотрении его личного дела в сентябре 1969 года штатные психиатры не рекомендовали смягчать меру пресечения. Они установили, что за время, прошедшее с момента прошлого рассмотрения дела, Уоррен слишком мало продвинулся на пути исправления и саморазвития. Указывалось, что он по-прежнему выказывает возмущение и злобу по поводу своего ареста и содержания на гауптвахте.

В октябре 1969 года Уоррена обследовал психолог, диагностировавший у того параноидную шизофрению в частичной ремиссии. В его отчете было указано, что преступник замкнут, временами полностью погружен в себя и, похоже, прислушивается к некоему внутреннему голосу (как при слуховых галлюцинациях, наличие которых он отрицал). Время от времени Уоррен гримасничал, ухмылялся без видимых причин, не к месту смеялся и периодически переходил на инфантильную манеру речи, неуместную в контексте исследования. Невзирая на незаинтересованность и демонстративную невнимательность, он показал IQ, равный 115. Указывалось также, что он идентифицирует себя скорее как женщину, а общая картина его отношения к взрослым людям сумбурна. Этот эксперт был единственным, кто указал на возможное наличие у Уоррена слуховых галлюцинаций, признав при этом, что это всего лишь его догадка.

В сентябре 1970 года преступника обследовал психолог, описавший его как очень незрелую личность со склонностью к неадекватным действиям. Он рекомендовал Уоррену учиться контролировать себя и сдерживаться.

С октября 1970 года результаты психиатрических освидетельствований начали меняться в лучшую сторону. Комиссия исправительного учреждения изучила дело Уоррена и пришла к выводу о том, что с точки зрения возможности смягчения наказаний к нему можно применить меры позитивной поддержки. Было сочтено, что некоторое поощрение будет уместно, поскольку Уоррен ведет себя конструктивно, а в его установках и поведенческих особенностях произошли изменения. Комиссия предложила рассмотреть возможность смягчения назначенной меры пресечения и сокращения его срока с двадцати до десяти лет тюремного заключения. По мнению комиссии, сокращение срока помогло бы осужденному лучше справляться со своей подавляемой враждебностью и придало дополнительный импульс его работе по контролю над собой. Члены комиссии не сочли условно-досрочное освобождение уместным на данном этапе и высказались против него, но предложили спустя разумное время вернуться к этому вопросу.

Однако в январе 1972 года один психиатр обратил внимание на неизменный отказ Уоррена признать себя виновным в совершении преступления. В своем отчете он настоятельно просил членов комиссии по условно-досрочному освобождению перечитать свидетельские показания в суде и отказать в удовлетворении ходатайства об УДО в случае, если они убедятся, что Уоррен действительно совершил это преступление. Эксперт не поверил, что Уоррен исправился, и посчитал, что он будет представлять очень серьезную угрозу для любой женщины, проживающей с ним в одном районе. Исходя из предположения, что преступление совершил именно Уоррен, психиатр заметил, что в этом случае нельзя говорить о допущенной по отношению к нему несправедливости. Далее психиатр сообщил, что заставил Уоррена поговорить с ним о его чувствах. О своих сексуальных влечениях Уоррен говорить отказался; по оценке эксперта, он отрицал и подавлял их. Этот психиатр считал, что Уоррен манипулирует сотрудниками, заставляя их думать, что он действительно изменился. Совершенно очевидно, что рекомендовавшие смягчить меру наказания члены комиссии не были убеждены в том, что Уоррен совершил покушение на убийство, поскольку на тот момент он это отрицал. Этот психиатр был совершенно убежден в опасности Уоррена и понимал, что он является психопатом. Однако он был в меньшинстве.

В сентябре 1972 года двое психиатров освидетельствовали Уоррена и положительно высказались о степени его контроля над собой. Признав, что он несколько инфантилен и эгоцентричен, они, тем не менее, сочли уровень самоконтроля Уоррена достаточным, чтобы рекомендовать вернуть Уоррена в общество.

В ноябре 1973 года, отбыв семь с половиной лет из шестнадцатилетнего заключения (первоначальный двадцатилетний срок был сокращен), Уоррен получил положительную рекомендацию от комиссии по условно-досрочному освобождению. Ему нашли работу в судостроительной компании, а также было поручено пройти курс лечения у психиатра.

Уоррен замечательно манипулировал обследовавшими его психиатрами. В отчетах не было отмечено ни одной попытки поговорить с ним о его агрессивных фантазиях. Вывод об уровне самоконтроля Уоррена был сделан, в частности, на основе того факта, что он работал на кухне с ножами и ни на кого с ними не напал. При этом два зафиксированных случая агрессивного нападения (на преподавательницу и сокамерника) комиссия никак не прокомментировала.

Рекурсивный фильтр II

Активация второго рекурсивного фильтра Уоррена началась с его выходом из тюрьмы. Там у него было время обдумать свои прошлые преступные деяния, идеи и фантазии, чтобы понять, как довести до полного совершенства будущие преступления. Давайте вернемся к хронике жизни Уоррена и узнаем, что происходило после его выхода из тюрьмы.

Жизнь после освобождения

После условно-досрочного освобождения из тюрьмы в ноябре 1973 года Уоррен поселился у матери и начал работать. В течение нескольких месяцев он встречался с 30-летней разведенной женщиной с ребенком. Она прекратила встречаться с ним из-за его «неадекватного» поведения. В частности, она рассказывала о том, что он «шевелил пальцами ног во время просмотра телевизора и хихикал, когда на экране не было ничего смешного» и «заставлял вести его машину, а сам сидел рядом и улыбался». По словам женщины, Уоррена веселило зрелище ее, пристегнутой ремнем безопасности. Кроме того, она сообщила, что он ни разу не домогался ее сексуально.

В марте и июне 1974 года Уоррен получил два штрафа за нарушение правил дорожного движения. Мать молодого человека позвонила, чтобы сообщить об этом, его инспектору по надзору, когда Уоррен был на работе. Первый раз мужчину оштрафовали за превышение скорости в нетрезвом виде, а второй — за проезд на запрещающий сигнал светофора. За езду со скоростью 135 км/ч в зоне ограничения до 90 км/ч ему выписали штраф в размере 87,5 доллара. Ни инспектор по надзору, ни психиатр Уоррена не придали этим штрафам серьезного значения.

На работе Уоррен познакомился с разведенной матерью четверых детей, с которой встречался на протяжении семи месяцев до заключения ими брака в сентябре 1974 года. Она описала Уоррена как очень спокойного человека, который с пониманием относился к ней и ее проблемам с бывшим мужем из-за права на встречи с детьми. Она сказала, что в отличие от других знакомых ей мужчин он был милым и добрым. Ей не показалось, что он вел себя как-то необычно.

Будучи осужденным за покушение на убийство, Уоррен вместе со своей семьей принялся подавать апелляции во всевозможные инстанции, однако приговор суда не был изменен. Тем не менее при помощи манипуляций Уоррену удалось убедить административные органы в улучшении своего состояния, и через семь с половиной лет он вышел по УДО.

В октябре Уоррен заявил своему инспектору по надзору, что его жена «сбежала» и не сообщила, где живет. Он догадывался, что она направилась к подружке своего бывшего мужа. Как раз в то время местная полиция арестовала его жену по заявлению этой девушки, предъявив ей обвинение в нанесении тяжких телесных повреждений. Ее посадили в окружную тюрьму и выпустили под залог. После освобождения она не вернулась к мужу и поселилась у родителей. В отчете о соблюдении режима условно-досрочного освобождения за ноябрь указано, что пара проживает раздельно.