Джон Дикки – Масоны. Как вольные каменщики сформировали современный мир (страница 45)
Человек науки и благочестивый католик, доктор Батай решил расследовать это дело, выдавая себя за высокопоставленного масона и используя кодовые слова, которые предоставил Корбучча. В Индии он обнаружил, что многие восточные практики, например заклинание змей, на самом деле были замаскированными формами сатанизма, контролируемыми британскими масонами, которые были членами Нового реформированного палладианского устава.
Находясь в Калькутте, доктор Батай был представлен приглашенному делегату из Чарлстона, Филеасу Уайлдеру, который был одним из десяти антикардиналов антицеркви. Он был лютеранским пастором, который сначала стал анабаптистом, потом мормоном и в конце концов сатанистом. Его дочь София позже будет опознана Лео Таксилем как сестра София-Сафо, пылкая хозяйка тамплиеров. Благодаря Филеасу Уайлдеру доктор Батай начал свое восхождение по лестнице палладианских степеней и приступил ко все более глубокому изучению тайн мирового масонского поклонения дьяволу.
В Шанхае, например, доктор Батай одурманил себя в опиумном притоне, чтобы получить доступ к демоническим обрядам «Триады Сан-Хо-Хой». Члены этой организации специализировались на убийстве миссионеров-иезуитов.
В Гибралтаре ему показали глубокие пещеры, в которых под защитой масонов в рамках британского правительства были построены фабрики Нового реформированного палладианского устава. Сам доктор Батай видел, как мускулистые рабочие, почерневшие от дыма, изготавливали всевозможные культовые предметы — мечи, волшебные лампы, пентаграммы — в кузнях, питаемых самим адским пламенем. В Гибралтаре также располагались лаборатории, в которых двадцать один ученый, обращенный к делу зла, производил яды, убивающие их жертв, при этом имитируя симптомы сердечных приступов и кровоизлияний в мозг. «Дьявол теперь стал бактериологом», — заключил встревоженный доктор Батай.
Но эти чудеса были ничем по сравнению с тем, что обнаружил доктор Батай, когда добрался до Чарлстона, где встретил Альберта Пайка, Альберта Макея и юную Софию-Сафо. Альберт Макей продемонстрировал Arcula Mystica, что выглядело как небольшой шкаф с напитками и открывалось нажатием кнопки. В нем находились серебряная жаба, напоминающий трубу микрофон, наушник в форме колокола и семь золотых статуэток, каждая из которых представляет собой один из главных центров палладианского культа в Чарлстоне, Риме, Берлине, Вашингтоне, Монтевидео, Неаполе и Калькутте. Желая пообщаться со своими агентами, у каждого из которых была Arcula Mystica, Альберт Пайк просто нажимал на статуэтку. На другом конце света изо рта серебряной жабы вырвалось пламя, предупреждающее получателя о сообщении. «Одним словом, — изумленно написал доктор Батай, — Arcula Mystica есть не что иное, как дьявольский телефон». Всемирный масонский заговор был куда более тщательно скоординирован, чем можно было себе представить.
Доктор Батай был допущен в главный храм Нового реформированного палладианского устава, в этот дьявольский аналог собора Святого Петра. Скрытый в скромном здании на углу улиц Кинг и Вентворт, он представлял собой подземный лабиринт, в центре которого находилось треугольное святилище Sanctum Regnum, где Сатана, как известно, материализовывался раз в неделю по пятницам.
Возможно, самое драматическое открытие во время поездки доктора Батая в Чарлстон произошло, когда он отправился на вечернюю прогулку с Софией-Сафо. Она как раз говорила с ним о демонических легионах и вдруг проговорилась, что ей самой суждено было стать прабабушкой антихриста, который должен родиться 29 сентября 1962 года.
На каждом этапе своего путешествия, которое в конечном итоге заняло почти две тысячи страниц, доктор Батай изо всех сил старался отличать факты от слухов. Некоторые вещи, такие как Arcula Mystica, он видел собственными глазами. О других ему только рассказывали: например, про карлика-демона, появившегося в кругу белого пламени, чтобы нести послания для Альберта Пайка, или про пернатого крокодила, играющего на пианино во время одного из палладианских сборищ в Англии. Такие вещи могли быть выдумкой: когда дьявол хочет, он может вызвать у своих палладианцев «дурман доверчивости», объясняет доктор Батай.
Однако и доктор Батай будет превзойден как авторитет в области палладианства так же, как он сам затмил Лео Таксиля. Новый источник явился из самого сердца культа зла. Было стойкое ощущение, что борьба между Церковью и палладианством, между добром и злом приближается к своей кульминации.
Осенью 1893 года мемуары доктора Батая сенсационно воплотились в жизнь, когда в несколько католических газет просочилась информация о расколе на тайной конференции Нового реформированного палладианского устава в Риме. Раскол возник после избрания преемника Альберта Пайка, который умер в 1891 году. Одну фракцию возглавляла Хозяйка тамплиеров по имени Диана Воган.
Увлеченные читатели «Дьявола в XIX столетии» уже знали предысторию Дианы Воган. Наполовину француженка и наполовину американка, среди дьяволопоклонников она была аномалией. При церемонии посвящения в степень Хозяйки тамплиеров, проведенной в Париже самой Софией-Сафо, она бросила вызов ортодоксальным палладианцам, отказавшись плевать на Святые Дары. Диана верила, что Люцифер на самом деле был добрым богом, а Адонай, как палладианцы называли христианское божество, был силой зла, неспособной стать плотью в облатке причастия. Случай Дианы вызвал яростные споры в сатанистском сообществе. Но она была защищена от наказания ее личным демоном и женихом Асмодеем. Он дал ей волшебный львиный хвост, который порол любого, кто выступал против нее. Диана и София-Сафо стали непримиримыми соперницами, и Диане пришлось скрыться.
В январе 1894 года появился новый повод для удивления. Несмотря на тайну, которая обычно окутывает масонские дела, Диана согласилась с католическим журналистом на интервью в секретном месте в Париже. Перед журналистом предстала высокая привлекательная женщина двадцати девяти лет с безмятежным видом и стрижкой «под мальчика». Ее черты лица были настолько открытыми и чистыми, что интервьюеру пришлось напомнить себе и своим читателям, что, будучи девственницей, она также была одной из убежденных дьяволопоклонниц, которые услаждают себя адским экстазом. После интервью, опубликованного в католическом периодическом издании L’Echo de Rome, Диана получила тысячи писем, многие из которых призывали ее отречься от дьявола. На все письма она печатала вежливые ответы на бумаге с масонскими символами.
В конце 1894 года выяснилось, что Диана основала новый масонский орден «Возрожденный и свободный Палладиум». В марте следующего года она снова сделала необычный шаг, выпустив ежемесячный журнал по привлекательной цене, предназначенный для распространения ее убеждений.
После трех выпусков пришло известие, о котором давно молились многие выдающиеся католики: Диана обратилась в Христову веру. В Риме Civilta Cattolica выступала от имени церковной иерархии, радуясь тому, как божественная благодать сотворила покаяние «в сердце одного из самых непримиримых врагов Бога и его Христа».
Диана, которая теперь находилась в монастыре, изменила название своего журнала на «Воспоминания бывшей палладианки». Отныне она будет использовать его для выражения христианских ценностей, исповедания своих прошлых грехов и разоблачения палладианства изнутри. Она опубликовала фотографию себя в мужской одежде одного из чинов ордена «Палладиум» и рассказала интимную историю своих сношений с демоном Асмодеем. Серия статей под заголовком «Прабабушка Антихриста» содержала много разоблачительных историй о Софии-Сафо, в том числе о том времени, когда ее вырвало пламенем после того, как она выпила святой воды. Было предсказано, что София-Сафо отправится в Иерусалим, где 29 сентября 1896 года родит девочку, которой суждено было стать бабушкой антихриста. Доказательство пророчества было предоставлено в виде письма на латыни от имени демона Битру, будущего отца ребенка.
Поступки Дианы Воган сопровождались знаками божественного благоволения: в сентябре 1895 года одна девушка сообщила, что она чудесным образом исцелилась от серьезного недуга после того, как совершила паломничество в Лурд от имени Дианы. «Воспоминания бывшей палладианки» встретили одобрение некоторых из самых авторитетных органов католицизма, особенно издания Civilta Cattolica, которое неоднократно цитировало ее «драгоценные» мемуары и отзывалось о них как о безупречных исторических работах.
Масоны, как и ожидалось, ответили на признания Дианы Воган либо возмущением, либо смешком. Один немецкий брат, автор истории масонства, которым все братья восхищались, осудил всю ее историю как выдумку иезуитов, направленную на выставление «искусства» в дурном свете.
Церковники же восприняли это как панику в стане врага. Противодействие секте, виновной во всех бедах современного мира, набирало обороты. Весной 1896 года журнал Дианы объявил захватывающую новость о том, что в сентябре назначена дата проведения спонсируемого Церковью Международного антимасонского конгресса. Таким образом, Новый крестовый поход против масонства начнется ровно через восемьсот лет после того, как был предпринят Первый крестовый поход на Святую землю.