Джон Демидов – Рунолог поневоле (страница 11)
— Да, этот самый шии'иру не пойми с чего решил, что раз уж у меня хорошие результаты теста — значит я теперь принадлежу к клану Ширутов. Мне это представление немного не понравилось, после чего жирд… Эм… Ну вы поняли… В общем он решил перейти от слов к действиям, и в результате из-за его опрометчивых решений погибли трое славных жителей Хинота.
— Как они погибли? — требовательно спросил наш гость, на что я, не найдя ничего лучше, пробурчал:
— Как, как… Об меня они убились, что тут непонятного то?
Воин в дверях хмыкнул, после чего медленным шагом начал спускаться в зал. В этот самый момент толстяк наконец отмер, и начал верещать:
— Верховный Ул'Игтин, всё было совсем не так! Этот дика…
— Заткнись! — тут же прервал его грубый голос человека, после чего он демонстративно осмотрел оставшихся бойцов, и лениво приказал:
— Каждый из вас немедленно должен отправиться на третий подземный уровень. Срок нахождения — неделя. Выжившие будут прощены.
Охранников сдуло с такой скоростью, что я начал всерьёз подозревать о том, что все они владеют таким чрезвычайно полезным умением, как телепортация…
Не знаю — что это был за человек, но одно его появление навело на местных больше ужаса, чем тройное убийство в моём исполнении в комплекте с последующей проникновенной речью…
Тем временем он приблизился к нам, и тяжело вздохнув, пробурчал:
— Ну что ж… Теперь я готов выслушать каждого из вас, но во время своего рассказа помните — обмануть меня не получалось ещё ни у кого…
Центральная Вальтария. Королевство рода Скайхем
Глава рода сидел в своём кабинете и рассеяно перебирал чётки, которые передавались в его семье из поколения в поколение. По преданиям — они являлись мощным артефактом, который позволял структурировать мысли и принимать правильные решения своему владельцу. Штука полезная, но очень уж узко направленная.
Мысли главы рода занимал заговор, идейным вдохновителем которого являлся его сын. Неимоверно долгая подготовка и куча денег, потраченная на подкуп всех союзников де'Ларианов должны были стать точкой в существовании этих выскочек. Всё шло по плану, но вот финал… Финал к сожалению сорвался.
Сейчас его люди, следующие за членами Ордена Святых Надзирателей должны были убедиться, что последний де'Лариан мёртв, после чего обитель родовых тайн первых артефактологов наконец откроет свои секреты перед ним, и тогда его род наконец сможет заняться причитающееся ему место…
В этот момент дверь в кабинет главы рода распахнулась, пропуская внутрь слегка запылённого помощника, который не теряя времени понапрасну, тут же прошёл в центр кабинета, и по-военному отрапортовал:
— Глава! Святоши не смогли остановить мелкого де'Лариана! Он прибил одного из них, трёх наших братьев, после чего при помощи активированного портала резервного сообщения отправился в южную часть Вальтарии.
— Вот тебе и ничего не значащее недоразумение… — задумчиво пробормотал глава, явно кого-то передразнивая. После этого он перевел взгляд на своего гостя, и произнёс:
— Ливон, делай что хочешь, но в течении трёх дней щенок де'Ларианов должен быть мёртв. Мы не можем больше ждать!
Помощник едва уловимо склонил голову, после чего стукнул себя кулаком в грудь, и торжественно произнёс:
— За Скайхем!
Глава 7
Временное пристанище
Южная Валтария. Свободный город Хинот
Слова Ул'Игтина повисли в воздухе, густом от запаха крови и остаточных проявлений магии подавления. Его черные крылья, сотканные из чистой энергии, слегка колыхались, отбрасывая на стены едва видимые пульсирующие тени.
Глубокий пронзительный взгляд поочерёдно переходил с моего лица на бледное, перекошенное страхом лицо шии'иру, а затем на Арганда, который съежился, словно стараясь стать невидимым за моей спиной, но при этом я чувствовал, что в этот раз он не сдастся, и в случае необходимости будет стоять вместе со мной до самого конца.
Сейчас в этом таинственном зале, забрызганном кровью трёх глупцов, царила абсолютная тишина, нарушаемая лишь моим собственным учащенным дыханием и едва слышным хрипом толстяка.
Жирдяй первым не выдержал давления, оказываемого этим молчанием. Он всхлипнул, как рыба, выброшенная на берег, и залепетал, мерзко слюнявя губы:
— Верховный Ул'Игтин! Клянусь Святыми Надзирателями, этот дикарь! Он… он напал первым совершенно без всяких причин!
Презрел законы Хинота, осквернил священное право шии'иру на вербовку талантов! Он убил моих людей! Посмотрите! — Он трясущимся пальцем указал на лужи крови и распростертые покалеченные тела. — Он дикое животное, не знающее правил приличия! Его нужно немедленно сковать рунами Молчания и бросить на самый нижний этаж Бездны!
Его визгливое нытьё беспощадно резало слух. Я даже почувствовал, как по моей спине пробежали мурашки не от страха, а от чистейшего раздражения.
В былые времена разумные, которым был адресован подобный взгляд, предпочитали не дожидаться, пока я придумаю какое-то развлечение с их участием, и самостоятельно обрывали своё бренное существование, а этот ничего… Только лишь замолчал на полуслове и отпрянул от меня, будто я уже успел ударить его.
— Ты закончил? — спросил я тихим голосом, но из-за гробовой тишины в зале мой вопрос был подобен громкости набата.
— Ты уже рассказал Верховному Ул'Игтину, как совсем незадолго до его прихода требовал, чтобы я пал ниц перед твоим брюхом? Как обещал сгноить меня в тюрьме за то, что я не захотел стать твоей собственностью? Как твои цепные псы попытались меня сковать, будто я какой-то бесправный скот⁈ — Я сделал медленный шаг в его сторону, на что он снова заскулил, и начал отползать от меня по полу, безжалостно пачкая при этом свой роскошный, теперь уже безнадежно испорченный камзол. — Или ты забыл эти мелочи, жирдяй? Хочешь, я тебе их напомню⁈ Дословно?
— Достаточно! — наконец рявкнул Ул'Игтин. Его голос, низкий и властный, как удар здоровенного гонга, заставил вздрогнуть даже меня. Он даже не думал хоть как-то повышать тон, но даже без этого в нем чувствовалась сила, способная сокрушать горы.
Крылья за его спиной слегка напряглись, и в тот же миг в воздухе сильно запахло озоном, смешавшимся с железным запахом крови.
— Ты, — он кивнул на замершего на полу шии'иру, — закрой свою гнилую пасть. Твое право вербовки на территории Хинота заканчивается у порога Ритуальных Зал, и ты знаешь это. Ты перешел черту. Твои люди мертвы по твоей же глупости, наглости и жадности. Каждое твое слово сейчас — это лишний повод отправить тебя туда, откуда не возвращаются, так что молчи. Молчи — и будешь целее.
Толстяк затрясся всем телом, а его лицо в один момент приобрело землистый оттенок. Он сжался в комок, после чего уткнулся лбом в окровавленный пол, и начал издавать лишь сдавленные всхлипы.
Ужас, исходивший от Ул'Игтина, был осязаем практически на физическом уровне. Я даже невольно осознал причину возникновения скорости бегства охранников. Этот человек был законом в этих стенах, и за несоблюдение этого закона каждый мог с лёгкостью заплатить собственной кровью.
Черные глаза Верховного медленно перешли на мою скромную персону. В них не было ни гнева, ни осуждения, только холодная, равнодушная оценка. Такой же взгляд имеет кузнец, когда оценивает кусок металла, прежде чем начать процесс ковки.
— Теперь твоя очередь, — произнес он ровным, но неумолимым голосом. — Кто ты? Откуда эта злость? И почему ты считаешь, что у тебя есть право устраивать бойню на МОЕЙ земле?
Я глубоко вдохнул, от чего аромат крови и разлитого в воздухе страха заполнил легкие. На мгновение у меня перед глазами промелькнули другие залы, расположенные совсем в другом мире. Там, где подчиняясь моей воле воздвигались целые горы трупов во имя меня.
От этих воспоминаний меня передёрнуло, и я в очередной раз вспомнил добрым словом богиню судьбы, которая неведомым образом смогла совладать с моей прогнившей душой, и придала ей хоть какой-то приличный вид.
Старик позади меня предупреждающе кашлянул, переживая, что я не буду терпеть такого требовательного отношения в свой адрес и выскажу этому здоровяку всё своё «фи». Он боялся, что моя гордыня, привыкшая к беспрекословному повиновению, взорвется и здесь.
Я толкнул Арганда локтем, не сильно, но достаточно, чтобы он понял мой посыл: «отойди, не мешай». Старик оказался понятливым, и больше никак не проявлял себя, предоставив мне возможность поступать так, как мне того хочется.
— Легенда, которую совсем недавно начал плести мой… спутник, — я кивнул в сторону Арганда, — была ложью. Удобной ложью для бродяг, ищущих пристанища, кем мы собственно говоря и являлись.
— Я посмотрел прямо в бездонные черные глаза Ул'Игтина, стараясь показать, что меня этим не возьмёшь, и что я не прогнусь. — Род ла'Хартинг? Это не более, чем милая выдумка для таких, как эта жирная свинья. Мы пришли сюда не в поисках лучшей доли. Мы бежим от силы, с которой не способны справиться.
Я сделал паузу, пытаясь структурировать мысли в единую кучу, и собираясь с духом. Признание в моей ситуации давалось совсем не просто и было равносильно добровольному обнажению горла перед клинком чужого человека.