Джон Демидов – Путь монарха (страница 7)

Девушка не хотела себе признаваться в этом, но ей было удивительно комфортно в объятиях совершенно не знакомого человека, однако она всё-таки нашла в себе силы отстраниться, и растерянно посмотрела на своего спасителя, на что тот ответил ей лукавой, но на удивление тёплой ухмылкой.

— Меня зовут Лорд Кассиан, — представился он, голосом, полным заботы и участия, после чего сразу продолжил:

— Бедное дитя… Куда же ты без должной ментальной защиты и без опыта полезла в такую толпу? Твоя чувствительность — это дар, но без умения им управлять, он становится проклятием…

Его слова лились в уши девушки, словно мёд. Они попадали на благодатную почву, и от этого располагали ещё сильнее.

— Если бы меня здесь не оказалось… — он многозначительно покачал головой. — Некоторые гильдии специально охотятся за такими, как ты. Обещают защиту, а на деле заковывают в ментальные оковы похуже физических. Тебе очень повезло, что ты врезалась именно в меня…

Лена чувствовала, что этот мужчина знает о чём говорит, и от этого становилось страшно. Она одна, в совершенно чужом мире, без связей и средств к существованию… И на что только она рассчитывала, когда шла сюда?

Лорд Кассиан был единственным, кто протянул ей руку помощи в этот ужасный момент, и девушка сама не заметила, как её затуманенный страхом разум, вцепился в этого мужчину, как утопающий хватается за соломинку, чем он тут же и воспользовался:

— Пойдём, — мягко, но настойчиво сказал Кассиан, предлагая ей руку. — Я отведу тебя в безопасное место, где ты сможешь придти в себя. Я научу тебя азам контроля, потому что это настоящее преступление — гробить такой талант…

И Лена сдалась. Это было именно то, что ей нужно, поэтому она даже сама толком не заметила, как её рука легла на его протянутую ладонь, и она позволила увести себя вглубь незнакомого города, даже не подозревая, что её «спаситель» мог оказаться куда более изощрённой ловушкой, чем все надсмотрщики из её прошлой жизни, вместе взятые…

Сергей. Данж «Склеп забытого шёпота».

Впервые я попал в настолько тёмный данж, который, как казалось, становился всё темнее с каждым новым шагом. Тем не менее наша группа продолжала двигаться по нему с пугающей, отлаженной эффективностью.

Мои первоначальные опасения насчёт отсутствия огнестрела потихоньку растворялись в холодном воздухе, вытесняемые растущим уважением к троице моих спутников. Эти ребята не просто умели драться — они делали это словно единый организм!

Я, привыкший к тактике капитана Попова с её шквальным огнем и гранатами в любое подозрительное место, наблюдал за их работой, затаив дыхание. Это был танец, хореография которого была отточена сотнями совместных схваток на грани жизни и смерти.

Грон был очень неуклюжий на вид, но на деле оказался невероятно устойчивым, спокойно принимая на себя любую атаку противника. Его топор, пылающий багровым светом, не просто рубил — он крушил, ломал и сеял панику в рядах бледных, многоногих тварей, выскакивавших из боковых проходов.

Гарт был его идеальным противовесом — молнией, рассекающей мрак. Его изогнутые мечи выписывали в воздухе смертоносные дуги, находя щели в защите противников, которых Грон отвлекал на себя.

Он действовал максимально эффективно и не совершал лишних движений. Каждый его удар был точен и направлен в одному ему ведомые уязвимые места — сухожилия, шею, основания конечностей… Если же тварь пыталась разорвать дистанцию и отступить, то в дело вступал его арбалет, после чего тяжелый болт с глухим стуком впивался в плоть, прекращая бренное существование очередной тварюшки.

Но больше всего меня, конечно, поражал Морг. Он не просто прикрывал нас — он был самой настоящей стеной на пути вражеских атак. Несколько раз из темноты вылетали огромные, липкие сгустки паутины, способные сковать нас намертво, но Морг всегда оказывался там, где было нужно. Его пылающий щит с глухим, мощным БАММ! принимал каждый новый удар, а сам он при этом даже не пошатывался.

Ну и мой компаньон… Незаметно для всех он стал нашим шестым чувством. Его тихие рыки, направленный взгляд, настороженная поза — всё это было ценнейшими разведданными. Он чуял опасность раньше, чем она проявлялась в поле нашего зрения, благодаря чему мы ни разу не были застигнуты врасплох.

Гарт, который поначалу смотрел на моего зверя весьма скептически, теперь не делал ни шага без того, чтобы искоса не проверить, куда смотрит наш пушистый радар.

Я же старался помогать группе по мере своих сил, но действовал исключительно в соответствии со своими демонстрируемыми силами. Лишь пару раз я был вынужден пустить в ход серп, а всё остальное время просто находился в центре построения, и в этом не было ничего плохого. Я учился и впитывал их тактику, как губка.

Всё было хорошо в этом данже, вот только был один нюанс, который не давал мне покоя… Дело в том, что мы убили уже с добрый десяток этих бледных тварей-личинок и несколько огромных паукообразных существ, чьи клыки были размером с мой серп, и после каждого убийства я инстинктивно ждал знакомого системного окна с предложением развеять тушу и поглотить эссенцию, но ничего не происходило.

Не было ни всплывающих текстов, ни пополнения опыта до следующего грейда… Ничего. Твари просто лежали мёртвыми грудами, их тела медленно остывали, а их эссенция оставалась недоступной.

Глядя на это внутри у меня всё сжималось от досады и разочарования. Я рисковал, шёл в бой, помогал группе, но мой прогресс не увеличивался вообще! Хотя эти твари, так как имели отношение к четвёртому кругу, должны были дать мне очень уж приличное количество энергии, но система молчала.

То ли здесь, в Сиале, были другие правила, то ли для поглощения эссенции с монстров внутри данжей нужен был какой-то особый навык или условие, о котором я не знал.

Самое печальное, что я не мог подойти к Грону и просто спросить у него «А почему я не могу поглотить эссенцию?» Он бы явно не понял такого вопроса, и вполне возможно даже заподозрил что-то неладное.

Именно поэтому я молча шёл за ними, прикрывал их спины, слушался команд, но внутри меня всё кипело. Какое-то время я вообще думал, что Грон с ребятами сами поглощают эссенцию, но приглядевшись я быстро отказался от этой мысли. Грон после убийства очередного паука просто вытирал топор и кивал Моргу, указывая двигаться дальше. Никаких жестов, и никаких задержек.

Спустя некоторое время мы зашли в более просторный зал, уставленный каменными саркофагами, сразу после чего мой пушистый радар внезапно замер и, выгнувшись в спине, издал протяжный, низкий вой, указывая мордой на центральный саркофаг, что сразу заставило Грона насторожиться и принять боевую стойку.

— Готовьтесь! — бросил он. — Похоже, нас сейчас будут убивать!

Я сжал в руке серп, мысленно проверяя готовность «Теневого сокрытия» и «Ментального шипа», но помимо адреналина, во мне по прежнему зрели вопросы относительно эссенции…

Если это босс — система позволит развеять босса? Или я и здесь останусь с носом, наблюдая, как вся ценная эссенция просто исчезнет в никуда?

Мне нужно было найти ответ, и сделать это как можно скорее, иначе всё мое пребывание в Сиале, все риски, на которые я шёл, теряли главный смысл — рост. А без роста я навсегда останусь тем самым «однокольцевым щенком», которого все считают расходным материалом…

Глава 5

Каждый из нас понимал, что право на ошибку у нас отсутствует как таковое, а потому напряжение после сигнала лиса очень быстро достигло своего апогея.

Гарт замер в полуприседе с обнажёнными мечами, готовый в случае необходимости сразу сорваться в резкий прыжок, Морг упёр свой щит в каменный пол, создавая между нами и саркофагом несокрушимый бастион, а топор Грона пылал настолько яростным багровым заревом, что сам прекрасно справлялся с функцией освещения.

Мы ждали, что сейчас на нас выскочит какая-то страшенная тварь, но мы ошибались… Первым этапом оказался шёпот, который возник прямо внутри сознания, обходя все физические преграды.

Это был не один голос, а десятки, сотни наложенных друг на друга шепчущих голосов, которые, сколько не прислушивайся, не несли никакого смысла, но зато очень щедро навязывали эмоции — леденящий душу страх, горькое отчаяние, чернейшую ненависть и щемящую тоску… Этот шёпот пробирался в самые потаённые уголки разума, выискивая слабости, и пытаясь парализовать нашу волю.

— Не обращайте внимания на эти фокусы! Соберитесь! — прорычал Грон, с силой тряхнув головой, будто отгоняя рой невидимых насекомых.

Когда шёпот начал на меня воздействовать — я почувствовал, как по моей спине пробежала целая армия мурашек. Он пробуждал во мне чувство безысходности и смирения, что мы все умрем в этом склепе, в темноте и одиночестве… Но благодаря тиаре на моей голове эти чувства никак на меня не влияли, и я уже в какой раз не пожалел о том, что решил себе захапать столь ценное приспособление…

В этот момент крыша массивного саркофага с грохотом сдвинулась и упала на пол, разбившись на множество кусков, сразу после чего из темноты поднялась высокая фигура, которую система тут же услужливо подписала:

Хранитель вечного безмолвия.

Уровень угрозы: Высокий.

Он выглядел как высохшая, почти мумифицированная фигура в истлевших черных робах, скрывающих его тело, а вместо головы над воротником его робы парил бледный, мерцающий синим светом череп, в глазницах которого полыхали два холодных, синих огня.