Джон Ченси – Автострада запредельности (страница 34)

Я кивнул.

— Дарла, может ли Винни нам помочь?

Винни, которая сидела возле Дарлы, печально посмотрела на нас, прожевывая свои побеги и листья.

— Боюсь, что нет, — сказала Дарла, — мне кажется, теперь ясно, что познания Винни в области Космострады не универсальны. И она не сможет вывести нас как надо на правильную дорогу просто с помощью своих эмпатических возможностей.

— Ну что же, я этого никогда и не ожидал, — ответил я. — Роланд, мы уже нашли, в каком месте Галактики мы находимся?

— Это было довольно легко. Ахгирры в астрономии понимают примерно так же, как и люди. Однако мне весьма тяжко пришлось, пока я разбирал их карты… — Роланд посмотрел на Рагну, потом небрежно закатил глаза к потолку пещеры.

Я знал, на что он намекает. Каждая раса что-нибудь да делает плохо. С ахгиррами беда была в частности с картографией, а в общем — со всяким изобразительным искусством. Мне пришлось видеть их графику на экранах компьютеров — графики, карты и прочее. Я не мог понять, где тут начало, где конец. Можно было бы думать, что некоторые символы просто универсальны и одинаково будут поняты любой расой. Вот и нет. Нарисуйте стрелку на карте любому инопланетянину, показывая, куда ему надо идти, и он вам скажет: как красиво. И что бы это значило? Ахгирры тоже ничего не понимают в стрелках. Их символом направления, вектора и тому подобного служит кружочек в начале линии, а не в конце. Интересно, но глупо. Разумеется, я человеческое существо, поэтому я уже полон предрассудков. Для ахгирров все это имело абсолютно понятный смысл, но нам туго пришлось, пока мы разбирали их дорожные карты, как компьютерные, так и нарисованные на бумаге. (Что касается стрелок и стрел, так я выдвинул теорию, что, поскольку ногоны до недавнего времени были только пещерными жителями, они недавно изобрели лук и стрелы. Роланд, однако, не согласился, утверждая, что и стрелка на карте, и лук со стрелами — вообще недавнее человеческое изобретение.)

— Насколько мы смогли установить, — продолжал Роланд, — мы здорово отклонились от маршрута Винни, мы где то на внутреннем краю ответвления Ориона. Нам надо ехать в противоположном направлении.

— Насколько далеко нам придется ехать в правильном направлении, пока мы не окажемся перед необходимостью проскакивать в неизвестный портал?

— Примерно тысячу световых лет, что при нормальной скорости получается около десяти тысяч километров по Космостраде.

Я досадливо поцокал языком.

— Чертовски длинная дорога, которую придется преодолевать только для того, чтобы в конце проскочить неизвестный портал. С тем же успехом можно проскакивать сквозь любой и рискнуть на этом, потому что мы и так настолько неудачливы…

Роланд нахмурился.

— Не нравится мне мысль проскакивать бесцельно и наугад в никуда. Мы можем потеряться уже безнадежно.

— А сейчас мы в каком положении?

Роланд пожал плечами.

— Верно. — Он задумчиво посмотрел на свою пустую тарелку, потом ударил по столу кулаком возле нее. — Черт. Если бы только можно было что-нибудь вытащить из этого черного кубика.

Я посмотрел на Рагну.

— Ваши ученые чего-нибудь добились от этой фигни?

Рагна скорбно посмотрел на меня.

— Боюсь, что удачи нам досталось количество, тождественное количеству дерьма.

Снова все закашлялись, подавляя хохот.

— Однако, как бы там ни было с другой стороны, — продолжал Рагна, — мы слегка сомневаемся, что это — карта, — все за столом подняли брови, кроме Роланда.

— Что заставляет вас в этом сомневаться? — спросил Джон первым.

Рагна сделал царапающее движение пятью пальцами правой руки. Это у его народа был жест растерянности и сожаления.

— Ах, мои добрые друзья — этого я не имею возможности сказать. Я не ученый. Я не могу быть заставляющим вас понимать с одной стороны, если я сам не иметь представления о том, что мне говорят ученые — с другой стороны.

Джон на миг прищурился, переваривая сказанное, потом ответил:

— Понятно.

Статус Рагны в колонии был примерно равнозначен мэру, но положение его не было официальным, насколько мы понимали. Он просто был человеком, к чьему мнению прибегали в самых ответственных моментах или по вопросам чрезвычайной важности. Он не держал конкурса, чтобы занять это положение, не правил по принципу своего происхождения, власть его не считалась от божества. С его стороны это скорее была просто обязанность. Кому-то надо руководить.

— Но я могу говорить такое, — продолжал Рагна, — наши технические индивидуальности говорят мне, что там внутри нечто странное. И они говорят, что ничто не может войти в этот черный кубик. Наоборот, что-то должно из него выходить.

Я сказал:

— Ты можешь сказать нам, что, по их мнению, находится внутри кубика?

Снова он сделал царапающее движение.

— Ах, Джейк, мой друг, это и есть то, что трудно. Они говорят, что… внутри есть огромность пустоты, — он заморгал, его молочного цвета среднее веко закатилось вверх, прежде чем глаза его прикрылись веками. — Но это такое ничего, которое они не могут понять.

— Понятно.

Правильно.

Общий вздох за столом.

— Ну ладно, — сказал я после долгого молчания. — Остается сказать, что нам надо взять все эти дорожные карты и что-то придумать. Похоже, что каждый лабиринт обрастает легендами насчет того, что находится по другую сторону многочисленных неизвестных порталов. С помощью Рагны, может, нам удастся принять решение, основанное на этом.

— В таком случае, — сказал Роланд, — я стою за то, чтобы выбрать один наугад.

— Ты не можешь знать, Роланд, правильно ли твое решение, — ответил я, — а вот у слухов всегда есть хоть крупинка правды в основе. И у легенд тоже.

— Я согласен, — сказал Джон.

— Но ахгирры не так давно заселили этот лабиринт, чтобы у них появилась космострадовская мифология, — возразил Роланд, повернувшись к Рагне. — Как ты считаешь?

Рагна притронулся к своему головному обручу.

— Я не уверен… а, да. Мифология. Да, я могу ответить на этот вопрос утвердительно, что будет правдой. У нас есть такие истории и легенды.

— Ну что ж, — натянуто улыбнулся Роланд, — значит, я неправ.

Ремесленники-ахгирры помогли нам приделать Сэму новые роллеры. Я хотел было им уплатить, но они не желали и слышать про это. До сих пор никто не заговаривал об оплате за то, что они для нас сделали, никто не заговаривал и потом.

Новинки прекрасно сидели на Сэме, и я поехал назад, на дорогу, забрать наш трейлер. Это меня немного успокоило. Трейлер, который так просто сидел поперек дороги, был самым предательским моментом. Я считал маловероятным то, что Мур последует за нами через неизвестный портал, но никогда нельзя сказать наверняка. Он мог оказаться ровно настолько безумным. Кроме того, я волновался насчет тех, кто захотел бы поживиться этим добром, что осталось в трейлере, хотя этот портал весьма мало использовался.

Теперь, притащив трейлер ко входу в пещерный комплекс, мы стали заниматься починками всерьез. Оказалось, что причиненный ущерб больше, чем мы сперва думали. Маленький моторчик, который поднимал и опускал дверь трейлера, был совершенно бесполезен, а воздухонепроницаемая силиконовая прокладка вокруг дверей висела клочьями. Где нам найти замену? Карл и Роланд готовы были поехать и поискать брошенный трейлер на складах металлолома, и я готов был сказать им добро, но ремесленники-ахгирры велели нам успокоиться. Они преспокойно могли сделать в своих мастерских все механические детали, которые были бы нам нужны. Относительно электроники нам, скорее всего, придется все-таки поехать в фальн. Конечно, они могли бы сделать нам и самопальную электронику, но легче будет все-таки поехать и купить модули для всех устройств, которые нам нужны. Они предложили послать с нами технолога, существо женского пола по имени Тиви, чтобы она могла помочь нам купить именно то, что надо. Я чувствовал, что ехать надо самому. Местные ремесленники прекрасно знали свое дело, но я знал свой тяжеловоз, и я не хотел, чтобы им пришлось мотаться туда-сюда на случай, если мне не подойдут те детали, которые они купили. Кроме того, мне самому хотелось посмотреть, что это за такие комплексы — фальны.

Но наступил большой период праздников ахгирров, когда все бросали работу на неделю. Законы были очень строги никакой работы, никаких покупок, ничего совсем в эти святые дни. Они назывались Временем Постижения Глубинных Уровней (это весьма несовершенный перевод). Эти праздники считались самыми священными в году.

— Не сомневаюсь, что и секса в эти дни тоже не полагается, — высказала свою догадку Сьюзен. — Очень жаль, что некоторые религии так устроены.

— Я даже не уверен, что то, что они исповедуют, можно назвать религией. — Я подумал и сказал: — Мне кажется, что и то, что исповедуешь ты, нельзя назвать религией.

— Телеологический пантеизм — это не религия. Это просто точка зрения на вселенную и ее процессы.

— Угу. Расскажи мне про это побольше.

— Потом. Давай-ка посмотрим, что тут вокруг.

Кроме просто прогулок, Сьюзен и я воспользовались свободным временем, чтобы исследовать некоторые части огромной пещерной системы, в которой ахгирры устроили свои дома. Это было потрясающее место. Во мне есть какая-то клаустрофилия, любовь к замкнутым пространствам. Я обожаю пещеры, и Сьюзен оказалась таким же восторженным спелеологом.