Джон Браннер – Всем стоять на Занзибаре (страница 55)
«В числе наиболее надежных общедоступных инвестиций – акции неизменно преуспевающей оборонной промышленности. В настоящее время дивиденды выше среднего индекса предлагают компании «Психотропная Обработка Аэрозолями Инк.» (военные и полицейские газы), «Исследования Общественного Здравоохранения Инк.» (специализированные вирусы и бактерии) и «Корпорация Быстрого Распространения» (взрывчатые вещества всех типов)».
В АТАКУ
«Комитет командного состава поручил мне исполнить печальный долг и сообщить вам о гибели вашего сына Питера. Сегодня он был похоронен со всеми воинскими почестями в <вычеркнуто цензурой>. В ходе атаки на <вычеркнуто цензурой> он проявил высочайшее мужество и собственноручно уничтожил <вычеркнуто цензурой> врагов, подложив <вычеркнуто цензурой> в одно из <вычеркнуто цензурой> транспортных средств. Он был посмертно представлен к награде за доблесть».
«А значит, с сегодняшнего дня вам больше не нужно корчиться от страха. Голыми руками, ножом, топором или двуручным мечом, малайским крисом, огнестрельным короткоствольным оружием, длинноствольным оружием или пистолетом с распылителем, тазером, ракетницей или ракетной установкой, карманными или некарманными боеголовками, химическими взрывчатыми веществами, бомбами немедленного действия или бомбами с часовым механизмом, газом, бактериями холеры и прочих эпидемий, раскаленным железом, бритвами или ядом, дубиной или камнем, копьем или булавой, коробком спичек, кабелем высокого напряжения, термитным зарядом или кислотой, зубами, ногтями, шприцем для внутривенных или подкожных инъекций, огнеметом или кухонным ножом, куском веревки или кувалдой, ремнем или долотом, сапогом или ведром воды, каратан-до или газовым баллончиком, модифицированным бытовым лазером или тростью с железным набалдашником, разбитой бутылкой или ведром цемента, обычной дверью или окном, лестницей или подушкой, куском скотча или сковородой, предметом одежды или мокрой глиной, длинными волосами или швейной машинкой, раскаленным клеймом или щепкой, или даже лекарством из домашней аптечки вы сможете дать сдачи сволочным китаезам».
КОМИССИЯ ПО ВОЕННЫМ ЗАХОРОНЕНИЯМ
Бенни Ноукс будто бы вспомнил кого-то, чьи яйца зацапал призыв. Интересно, было это на самом деле или ему только почудилось? А потом он решил, что это было взаправду, потому что столь неприятных вещей воображение ему не подбрасывает.
Но он все же принял еще немного триптина, чтобы предотвратить такие фантазии.
«Приговор суда таков: отсюда вас отвезут в то место, откуда вы родом, а оттуда к месту казни, где вы будете повешены за шею до смерти. И да смилуется Всевышний над вашей душой».
Контекст (15)
До мозга костей
«Мы все теперь марксисты» – общепринятый лозунг интеллектуалов по всему миру, и он верен в том смысле, что прогрессивным сейчас считается мнение, что наше поведение определяют не генетические, а социальные факторы.
Но общее мнение сегодняшнего дня нередко объявляется заблуждением завтра, и сейчас доводы биологии все больше набирают вес как в размахе, так и в точности.
Дж. М. Эмлен[36] из Вашингтонского университета в последнем номере «Журнала теоретической биологии» (вып. 12, стр. 410) излагает гипотезу, согласно которой современная генетическая теория способна предложить лучшую и более точную интерпретацию человеческого поведения, чем известно широкой общественности.
Разумеется, трудно распутать клубок культурных и биологических факторов, образующих личность. Генетические влияния на поведение всегда замаскированы социальными процессами, как, например, обучение и семейное воспитание, но и эти социальные процессы, в свою очередь, в равной мере отражают как биологические возможности человека, так и ограничения отдельной личности.
Вне зависимости от того, дает ли он исчерпывающее объяснение, этот генетический подход стоит дальнейшего рассмотрения…
«Новый ученый», Лондон, № 531, стр. 191, 26 января 1967
Режиссерский сценарий (16)
Модифицированная версия
Спроси его кто-нибудь, Дональд без труда объяснил бы, почему процесс устранения Дональда Хогана Модель I оказался столь быстрым и эффективным. А случилось это потому, что сам процесс начался еще до того, как он прибыл на Плавучую базу, был инициализирован открытием, что казавшийся привычным мир только затаился и выжидает удобного момента, чтобы обнажить клыки и наброситься на свою добычу.
Но никто его не спрашивал. Люди, с которыми он тут сталкивался, обращались с ним как с электронной схемой для нового устройства, в которой имеются дефекты и которую необходимо оттестировать и превратить в версию, пригодную для массового производства. Если бы он встретил кого-нибудь из них в других обстоятельствах, то не узнал бы. У них не было никаких отличительных черт, только четкое место в парадигме, к которой они принадлежали. Он классифицировал их не по именам, а по тому, что они делали с ним.
Врачи пичкали таблетками, призванными разрушить привычные модели восприятия. Тогда, накладываясь на его пластичный разум, вводимые в него знания усваивались, не встречая сопротивления предубеждений или независимого мышления. Будто сам костяк его личности вынули и заменили другим, из нержавеющей стали – если уж на то пошло, сегодня кости вполне возможно заменить.
Разумеется, в случае Дональда нельзя было рисковать чем-то, что так легко засечь, как прямое хирургическое вмешательство. Что бы с ним ни делали, изменения касались исключительно подсознания и содержания черепушки, крепости, ворваться в которую пока еще можно только с помощью такого топорного орудия, как пуля из короткоствольного пистолета.
Зато ему привили аллергию к препарату «истина или последствия». Инъекция дозы, которую, исходя из массы заключенного, вводят перед допросом, вызовет у него только лихорадку и бред.
Другие препараты стимулировали его слуховую и тактильную память, атрофировавшиеся за долгие годы получения информации из печатных страниц или с экранов воспроизводящих устройств. Третьи усиливали его кинестетическое восприятие, давая ему почти болезненно ясное представление о положении его тела в пространстве относительно различных предметов. Были еще и такие, о которых он не потрудился спросить. Что бы с ним ни делали, он оставался безучастен, только пассивно принимал все как возможную анестезию против неизбежной смерти его старого «я».
Затем его «сформировали». В наркотическом трансе, построенном так, чтобы нечто, сказанное ему однажды, обязательно реверберировало бы в его краткосрочной памяти, пока не въестся в его мозг, как застревает тысячу раз повторенная фраза, его научили всему, что может ему понадобиться для выполнения будущего задания.
«АнглоСлуСпуТра» снабжала всех своих корреспондентов коммуникационным комплектом в девятидюймовом чемоданчике, специально спроектированном и изготовленном отделом электроники «Джи-Ти». В комплект входили диктофон и камера прямой трансляции с полителевизором, миниатюрным устройством, способным настраиваться на видеостандарты и частоты звука, используемые во всем мире. Военные специалисты адаптировали чемоданчик. В коммуникомплекте Дональда имелся встроенный под переливчатое хромовое покрытие передатчик, электросхемы которого были уменьшены до молекулярных мононитей. Дональду полагалось отправлять рутинные сообщения в штаб-квартиру «АнглоСлуСпуТры» через тот спутник корпорации, какой окажется в данный момент над ним, в точности как делал бы это настоящий корреспондент. Но если ему понадобится сказать что-то, не предназначенное для чужих ушей, он сможет записать это заранее, а коммуникомплект вложит сообщение, автоматически зашифрованное и сжатое до полусекундных выбросов, как модуляцию-паразит в телефонный сигнал.
Дополнительные навыки ему преподали гипнопедией: его научили вербальному коду акростиха, ассоциативному коду и шифру.
Однако наиболее серьезные аспекты задания преподавали наяву. Как сказал один из взаимозаменяемых инструкторов (все они были на одно лицо), последний долг, какой может отдать своей стране тайный агент, чья легенда раскрыта, это забрать с собой непропорционально большое число пытающихся захватить его противников, и для этой цели его подготовят так, чтобы он смог сразиться с целым батальоном.
Это обещание пробудило первые эмоции в Дональде Хогане Модели II.
Звучало впечатляюще.
Для начала: голые руки.
«Итак, на этом муляже узкоглазого я отметил самые уязвимые точки: синим для временного обездвиживания, например, пах, солнечное сплетение и глаза; красным – места, ударом в которые возможно убить, к примеру, голосовые связки. Удар кулаком будет наиболее эффективным сюда, сюда и сюда. Если сможете ударить в любую из этих точек ногой в ботинке, тем лучше, разумеется. Вот здесь наиболее оптимальным будет удар костяшками согнутых пальцев. Сюда – тычок одним напряженным выпрямленным пальцем. В этих местах следует хватать и надавливать, в этих – использовать принцип рычага, а в этих – выкручивать. Теперь перейдем к нападениям сзади, которые всегда предпочтительнее прочих».