Джон Беллэрс – Письмо, ведьма и кольцо (страница 20)
– Я Асмодей. Чего ты хочешь? Ты – хозяйка кольца Соломона. Чего ты хочешь?
– Я… я хочу… чего я хочу, так это… я хочу…
– Роза Рита, стой! Остановись и посмотри на меня!
Роза Рита обернулась. У кромки поляны стояла миссис Циммерманн. Полы ее платья горели оранжевым пламенем, а невидимые огни освещали ее морщинистое лицо. Над головой волшебницы пылал фиолетовый нимб, освещая траву под ногами.
– Молчи, Роза Рита. Остановись и послушай меня!
Роза Рита засомневалась. Она сжала кольцо большим и указательным пальцами и начала его снимать. Волшебное украшение сидело плотно, но поддавалось. Голос в голове стал громче. Он приказывал не слушать колдунью. Говорил, что у Розы Риты есть право быть счастливой, если захочет.
Роза Рита нервно сглотнула и облизала губы. Она посмотрела на парящую рядом тень.
– Я… я хочу быть…
Раздался громкий убедительный голос миссис Циммерманн, и эхо от него заполнило всю поляну.
– Приказываю тебе, Роза Рита, отдай мне кольцо! Отдай сейчас же!
Роза Рита не могла решиться. Ее глаза были широко раскрыты от страха. Потом, будто во сне, она повернулась и направилась к миссис Циммерманн. С каждым шагом она потихоньку стягивала кольцо с пальца. Оно больно царапало руку, соскакивая с очередной фаланги. Наконец кольцо легло на правую ладошку Розы Риты. Миссис Циммерманн забрала кольцо. Она смерила волшебную вещицу презрительным взглядом и опустила в карман платья.
– Привет, Роза Рита, – сказала колдунья с улыбкой. – Давно не виделись.
Девочка опасливо оглянулась, но страшной тени больше не было. И тогда Роза Рита упала в объятья миссис Циммерманн и расплакалась. Ее трясло, и казалось, будто со слезами выходит что-то вредное и ядовитое. Когда Роза Рита успокоилась, она внимательно рассмотрела миссис Циммерманн. Ее лицо было бледным и уставшим, но глаза светились радостью. Волшебница наконец снова стала собой.
– А что же… что же с вами случилось, миссис Циммерманн? – только и смогла выдавить Роза Рита.
Флоренс засмеялась.
– Дорогая, я могла бы задать тебе тот же вопрос. Кстати, а ты меня сейчас испугалась?
– Еще бы. Я боялась, что вы взмахнете своей волшебной палочкой, и… ой! – Роза Рита вдруг вспомнила, что у миссис Циммерманн больше не было волшебной палочки: старая сломалась, а новую она так и не сделала. У подруги почти не было волшебных сил. Тогда как же?..
Миссис Циммерманн угадала мысли Розы Риты и снова засмеялась. Это был приятный смех, не то что у Герт Биггер.
– Ох, Роза Рита, – объяснила она. – Я блефовала. И одурачила тебя. Видишь ли, я все еще могу наколдовать себе нимб и огни и нагнать страху, но если бы ты меня не послушалась, я бы не смогла тебя остановить. Никак не смогла бы.
Роза Рита уставилась вниз.
– Я рада, что вы меня одурачили, миссис Циммерман. Я чуть не натворила бед. Но… что с вами случилось прошлой ночью? И откуда вы сейчас взялись?
– Из курятника, – с хитрой улыбкой ответила миссис Циммерманн. – Ты что, еще не догадалась?
Роза Рита открыла рот от удивления.
– В смысле… в смысле вы…
Миссис Циммерманн кивнула.
– Именно. И я больше никогда даже не посмотрю на куриный салат до конца своих дней. Это все Герта и кольцо. Но потом я вернулась в прежнее обличье. Должно быть, с Гертой что-то случилось. Ты не знаешь, что произошло?
Роза Рита удивилась.
– Я думала, вы нашли способ снять ее заклятие. Разве не так?
Миссис Циммерманн покачала головой.
– Нет, дорогая. Даже в те времена, когда у меня была волшебная палочка, мне не хватило бы сил победить хозяина такого кольца. Нет, Роза Рита. Вот как дело было: в одно мгновенье я сижу за оградой и веду свою… – миссис Циммерманн закашлялась, – свою куриную жизнь, а в следующее – превращаюсь в саму себя. Но что-то случилось. Может, ты знаешь?
Роза Рита почесала затылок.
– Не знаю, миссис Циммерманн. Миссис Биггер пыталась убить меня заклинанием, но не успела и исчезла в процессе. Она хотела призвать… призвать… – Странно, Роза Рита сняла кольцо и тут же забыла, какого демона собиралась вызывать Герта.
– Асмодея? – предположила миссис Циммерманн.
– Ой, да! А откуда вы знаете?
– В Университете Геттингена степени доктора магических искусств не просто так раздают. Так, и что потом?
– Она назвала его имя, сказала, что хочет быть молодой и красивой и жить… тысячу лет, кажется. А потом она исчезла, так что, наверное, магия сработала. Но, мне кажется, она не знала, что потом случится землетрясение и другая суета. С моих глаз скатились монетки, и заклинание меня не убило.
– Повезло, – сказала миссис Циммерманн. – Готова поспорить, Герти этого не ожидала. Видимо, она многого не ожидала.
– В каком смысле?
– Я пока сама не уверена. Но сейчас, мне кажется, нам лучше бы вернуться в магазин. Когда я выбежала из курятника, там такое творилось! Кажется, весь дом переворачивали вверх дном. Но я решила, что тебе моя помощь нужнее. Заметила, как ты убегаешь в лес. Я женщина пожилая и бегаю не быстро, так что ты резво оторвалась. Тебя было несложно выследить: в подлеске осталось много твоих следов. Ладно, неважно, просто в молодости я была одной из лучших девочек-скаутов. Пойдем-ка обратно.
Дорогу к магазину найти оказалось легко. Миссис Циммерманн и Роза Рита шли, ориентируясь на примятую траву, сломанные ветки и отпечатки обуви на земле, а там уже отыскали тропинку, которая вела прямиком к магазину.
Чуть позже, когда они бодро шагали по засыпанной иголками тропинке, миссис Циммерманн вдруг резко остановилась.
– Посмотри-ка! – сказала она и показала на иву, единственное молодое деревце среди высоких сосен.
– На что? – спросила Роза Рита.
– На иву.
– А, ну да. Дерево. И что?
– Как это что? Во-первых, ивы сами по себе не вырастают посреди соснового бора. Они растут в ивняках по берегам рек, озер и ручьев. И что-то еще с ней не так. Листья колышутся. Ты чувствуешь ветер?
– Нет. Да, вот уж странность. Думаете, тут ветра нет, а около ивы есть?
Миссис Циммерманн поскребла подбородок.
– Роза Рита, а скажи, пожалуйста, – неожиданно спросила она, – не помнишь, чего именно пожелала миссис Биггер, когда вызвала демона?
Роза Рита задумалась.
– Ой, не помню. Что-то про молодость и красоту. И еще она хотела долго жить, как я и говорила.
– Ну что ж, это дерево довольно молодое и определенно красивое, – тихо пробормотала миссис Циммерманн. – Что же до долгой жизни, не могу точно сказать.
Роза Рита перевела взгляд с ивы на свою подругу.
– Вы имеете в виду… Вы хотите сказать, что…
– Как и раньше, я пока не знаю, что думать. Вот и все. Я ни в чем не уверена. Но что-то все-таки меня расколдовало. А если ведьма во что-то превращается, например, в дерево, она перестает быть ведьмой и все ее заклятия спадают. Ладно. Мы тратим время. Пойдем, Роза Рита. Нужно возвращаться.
Когда миссис Циммерманн и Роза Рита вышли на лужайку за магазином Герт Биггер, солнце уже совсем поднялось. Они подошли ко входу и увидели Эгги и миссис Сайпс. Мама и дочь наблюдали за тем, как двое полицейских рассматривают вещи, сваленные на крыльце. Коллекция получалась странная. Покров, большой деревянный крест, коричневые восковые свечи, потертое кадило, позолоченная ладанка, кропильница – кисточка, которой разбрызгивают святую воду. Еще там была стопка книг, среди которых лежала та, что Роза Рита нашла на столике в спальне Герты.
Увидев, как подруга выходит из-за угла, Эгги тут же дико вскрикнула и побежала к ней.
– Роза Рита, ты жива! Ох, я уж подумала, что тебе конец! Ура! Ура! – Агата обняла Розу Риту и запрыгала от радости. К ним с широкой улыбкой подошла миссис Сайпс.
– Вы миссис Циммерманн? – спросила она.
– Да, – ответила пожилая дама и пожала протянутую руку.
Полицейские подошли к радостной компании. Они подозрительно, как водится у блюстителей порядка, оглядели каждого. У одного с собой были блокнот и карандаш.
– Ну что ж, – без лишних вступлений заговорил один, – вы пропавшая вчера миссис Зигфрид?
– Да. Кстати, я Циммерманн. Извините, что самовольно вернулась, но прогулка выдалась непростая.
Женщина и правда выглядела так, будто пару дней провела в лесу. Ее платье кое-где было порвано, к подолу пристали колючки. Туфли промокли и испачкались, волосы спутались. К лицу и рукам пристала сосновая смола.
– Да, – встряла Роза Рита. – Мы… мы… ну… – Она растерялась, потому что снова не могла рассказать, что случилось. Точнее, рассказать и надеяться, что ей поверят.