Джоди Пиколт – Ожившая сказка (страница 19)

Рапскуллио прервал наш разговор, показывая свой холст, на котором была изображена комната Делайлы. Небрежные пятна послания застыли в центре. Рапскуллио снял холст с подрамника и потряс его, словно хотел заставить изображение исчезнуть, как в волшебном экране, но ничего не произошло.

— Хм, — задумался он. — Что-то не так.

Он установил холст обратно на мольберт, обмакнул кисть в скипидар и провёл ею по буквам. Одна за другой буквы исчезли.

— Пропали? — спросил я у Оливера.

Он посмотрел куда-то в сторону, задрав голову.

— Да, — ответил он, вздохнув с облегчением. — Но это не ответ на мой вопрос. Кому-то из персонажей нужна помощь, а в двух мирах одновременно не поживёшь. Тебе следует следить за ними, Эдгар. Теперь это уже твоя обязанность.

Я вспыхнул от злости. Когда Фрамп просил меня о помощи, я подумал, что у меня наконец-то появились друзья, что меня приняли здесь. Но раз появилось ещё одно послание, это значило одно: делая один шаг вперёд, я отступал на три шага назад. Ведь Оливер лучше всех должен был понимать, как тяжело жить в этой книге. И не ему читать мне мораль об обязанностях после всего того, что я для него сделал.

— Да что ты говоришь! Моя обязанность? А может, ты сам скажешь им об этом? Может, тогда они перестанут просить помощи у тебя?

Оливер наклонился ещё ниже, крича:

— Не моя вина, что у тебя нет способностей на эту роль…

— Прекратите немедленно, — вмешалась Делайла. — У вас у обоих завышенная самооценка.

— Эм, — кашлянул Рапскуллио, — кажется, вам стоит это видеть.

Я проследил за его взглядом и увидел, что буквы на мольберте вновь объявились сами собой: ТЫ НУЖЕН МНЕ.

Я повернулся к Рапскуллио.

— Это ты нарисовал? Всё дело в магии?

— Да ничего я не рисовал, — честно признался он.

Вдруг буквы пропали, исчезнув подобно невидимым чернилам. Минутой позже они вновь объявились, а потом опять исчезли. Так продолжалось некоторое время.

— Оливер! — вскричала Делайла. — Помоги!

Рапскуллио и я оторвались от созерцания холста и увидели, как комната Делайлы буквально наводнилась осколками букв. В нашем мире они исчезали, но не желали уходить из её мира, кружась и мечась, словно летучие мыши. Пёс лаял и пытался ухватить хоть какую-нибудь из них. Буквы запутывались в волосах Делайлы и дёргали их. Оливер делал безуспешные попытки отогнать их, но они скручивали его запястья и тянули руки вниз, не давая ему их поднять. А поток слов всё не прекращался, они кружились и кружились, грозясь задавить героев своей буквенной массой, отчего комната стала совсем чёрной.

Рапскуллио схватил холст, запустил его в стену пещеры, сломав подрамник напополам, и растоптал его.

В ту же секунду буквы в комнате Делайлы повалились на пол, и она с Оливером осталась стоять по щиколотку в чернилах.

— Что это вообще такое было? — произнесла Делайла, переводя дух.

— Никто не отправлял послание, — пробормотал я. — Это сделал сам холст.

— Холст тут ни при чём, — услышал я голос Фрампа. Он вошёл в хижину на всех четырёх конечностях: теперь он полностью превратился обратно в пса. Сев на задние лапы, он обратил свой печальный взор на Оливера. — Твоего возвращения желает сама книга.

Лицо Оливера исказила гримаса ужаса.

— Фрамп, — прошептал он. — Почему ты не сказал мне?

Уши Фрампа поникли.

— Мне хотелось верить, что это неправда.

— Может, нам стоит обратиться к Орвиллу? — вмешался я. — Вдруг у него получится чем-то помочь нам?

Оливер попытался ободряюще улыбнуться, но Фрамп выглядел подавленным.

— Наверное, мы занимались всё это время самообманом, — вздохнул он. — Мы притворялись теми, кем на самом деле не являемся.

Оливер обнял Делайлу за талию.

— Что ж, без боя мы не сдадимся, — заявил он.

★★★

В старой обшарпанной хижине Орвилла стало очень тесно после того, как в неё одновременно поместились два человека, собака и лошадь. Поскольку Оливер и Делайла настаивали на своём присутствии, пока мы пытались вновь «очеловечить» Фрампа, пришлось согласиться с предлагаемыми книгой условиями: нужно было выбрать страницу, на которой бы одновременно собрались все указанные персонажи в определённом месте. На тридцать второй страницы оригинальной сказки Оливер, Фрамп и Чулок приходят к Орвиллу, чтобы тот предсказал принцу его будущее. В моей версии всё было чуть-чуть иначе. Теперь у Орвилла появилась новейшая лаборатория, где он создавал антигравитационные зелья и синтетическую молекулу инопланетного ДНК.

Над собой я услышал, как Оливер восхищённо присвистнул:

— У тебя здорово получилось всё обновить здесь.

Под столом нервно ходил взад-вперёд Фрамп.

— А вдруг не сработает? — спросил он.

— Тогда попробуем другой метод, — обнадёжил его Оливер. — Ведь так, Орвилл?

Старый маг, разодетый в лабораторный халат и защитные очки, кивнул.

— Посмотрим-посмотрим.

Он выудил откуда-то старую колдовскую книгу, какой пользовался в сказке, сдул пыль с обложки и стал пролистывать страницы.

— Карета из тыквы… Конечно же, нет… Невидимость… Всё не то… Отравленное яблоко… Нет, нет и нет…

Раздался звон разбитого стекла на другом конце комнаты, и Чулок осторожно перешагнул через груду осколков.

— О, прошу прощения. У тебя случайно нет средства против прыщей, Орвилл?

Мы сердито шикнули на него.

— Нет? Ну тогда ладно, — он сник.

— А-ха, кажется, кое-что нашлось, — Орвилл нацепил рабочие очки на лоб, оставшись в своих обычных с толстыми стёклами. — Заклинание на исполнение желания. Можно использовать лишь раз в своей жизни.

У Оливера отвисла челюсть.

— Постой, ты что, смеёшься надо мной? И ты молчал всё это время?

Орвилл мельком глянул на него.

— Оно использовалось лишь раз за всё время, когда я был ещё юношей, а побочные эффекты оказались катастрофическими. Один парень по имени Мидас возжелал стать самым богатым человеком на земле: вещи, к которым он прикасался, превращались в золото. Всё бы ничего, да только в скором времени вместо семьи у него стояла кучка золотых истуканов. Ты, насколько мне известно, желал подарить Делайле своё сердце, так что в итоге в груди у неё бились бы два сердца вместо одного, а ты бы лежал бездыханным у моих ног.

— О, просто прекрасно, — пробурчал Фрамп. — Сделайте из меня морскую свинку.

— Формально ты — собака, — ответил Чулок и вздрогнул: взгляд Фрампа ему не понравился. — Ещё не время?

Орвилл перемещался по лаборатории, выбирая необходимые склянки и выливая их содержимое в титановый тигель.

— Отчаяние, — бормотал он, берясь за первый пузырёк. — Жажда. Щепотка звёздной пыли, — он бросил в ёмкость четырёхлистный клевер. — Капелька удачи. — последним ингредиентом оказался серебристый порошок. — И наконец, ложку надежды.

Едва только крупинки порошка коснулись жидкости, она забурлила. Густой синий туман поднялся над тигелем, и перед героями предстал бледный экран, на котором был начертан крошечный текст:

ВНИМАНИЕ

Перед применением рекомендуется проконсультироваться с волшебником. Не давать детям до двенадцати лет. Если после применения наступают такие симптомы, как: боль в груди, сухость во рту или у вас растёт третий глаз, необходимо обратиться к волшебнику. Данное средство не является приворотным зельем; возникновение иных форм привязанности не предусмотрено. Не принимать одновременно с Тоником мести. В противном случае неизбежно возникновение тяжёлых побочных действий. Будьте осторожны со своими желаниями и желайте с умом.

— Не проверено на животных ~~

— Если его не проверяли на животных, то как оно должно, в таком случае, повлиять на меня? — спросил Фрамп.

Орвилл посмотрел на него с серьёзным видом.

— В том-то и дело, что мы не знаем.

— Зачем тебе это? — мягко попыталась отговорить Фрампа Делайла. — Ты нравишься нам таким, какой ты есть.