Джоди Малпас – Этот мужчина (страница 73)

— Леди, когда, твою мать, ты научишься слушать? Ты никуда не пойдешь. — Взяв меня за талию, он раздвигает мне бедра и протискивается между ними, его лицо смертельно серьезно.

Я все еще оправляюсь от приступа смеха, но он быстро проходит, когда Джесси тянет меня вперед, и я встречаюсь с его пахом, эрекция трется об меня в нужном месте. Со стоном я кладу руки ему на шею.

— И следи за своим языком, — ворчит он, на лбу появляется хмурая морщинка — то ли от сосредоточенности, то ли от беспокойства. На этот раз от беспокойства. Неужели он всерьез думает, что я никогда не уйду?

Что? Совсем никогда?

— Прости, — искренне извиняюсь я. Мне не следовало так с ним играть. У него, очевидно, проблемы с неподчинением.

— Ты и вправду знаешь, как задеть меня, — бормочет Джесси. — С этого момента все делаем по-моему.

Я надуваю губы.

— Мы всегда все делаем по-твоему.

— Точно. Привыкай.

Он стоит передо мной, стягивая джемпер через голову, сбрасывая ботинки и быстро расправляясь с джинсами и боксерами. Я терпеливо сижу и с удовольствием наблюдаю, как он раздевается. Этот мужчина — настоящее божество. Мой взгляд проходится по прекрасному телу, ненадолго останавливаясь на шраме, и замирает на толстом пульсирующем члене.

— Некрасиво так откровенно пялиться, — тихо замечает Джесси.

Я перевожу взгляд на него, не зная, имеет ли он в виду то, что я смотрю на шрам или на восхитительное мужское достоинство. Он не вдается в подробности. Снова подходит ко мне, заводит руку за спину, расстегивает лифчик, медленно стягивает его и отбрасывает в сторону.

Опираясь о край стола, Джесси наблюдает за мной, а я, в свою очередь, смотрю за тем, как он наклоняется и берет в рот сосок, медленно кружа по нему и ударяя языком.

Вздыхаю в чистом, беззастенчивом блаженстве, протягиваю руку, запутываясь пальцами в его волосах, пока он уделяет внимание каждой из моих грудей. Откидываю голову назад и закрываю глаза, впитывая ощущения его заботливого рта. Я не против того, чтобы он взял все под свой контроль. На самом деле, мне это очень нравится.

Ленивым движением языка он начинает следовать вверх по моему телу, завершив путь нежным поцелуем на подбородке.

— Приподнимись, — приказывает он, хватая меня за трусики. Устраиваюсь на столе поудобнее, позволяя ему стянуть их с ног. — Скоро вернусь. Я немного проголодался.

Неохотно отпускаю его волосы, и он совершенно голый, смело и с достоинством, бредет к холодильнику. Сижу, восхищаясь потрясающим видом его невероятно упругой задницы, длинных поджарых ног и мощной спины. В голом виде его походка смотрится еще лучше.

— Наслаждаешься зрелищем?

Подняв глаза, вижу, что он смотрит на меня. Не знаю, как долго я грезила наяву. Я могла бы смотреть на него вечно. Ухмыляясь, он держит баллончик с взбитыми сливками, снимает крышку, слегка встряхивает и прыскает немного в рот. Внимательно за ним наблюдаю. Джесси выглядит очень довольным собой.

— В твоем мире это основной продукт питания? — спрашиваю я.

Встряхивая баллончик, он неторопливо возвращается ко мне.

— Именно так, — серьезно отвечает Джесси, устраиваясь между моих ног. Кончиком пальца он толкает мой подбородок вверх. — Открой.

Я открываю рот, он кладет насадку мне на язык, не сводя с меня взгляда, нажимает на клапан, выпуская сливочный шарик. Я облизываю губы, сливки мгновенно растворяются у меня во рту.

Отвожу руки за спину и откидываюсь назад, а Джесси пробегает по моей груди взглядом.

— Делайте свое грязное дело, мистер Уорд, — дразню я.

Его глаза сверкают, и он улыбается шаловливой улыбкой.

— Может быть немного холодновато, — предупреждает он, нанося длинную дорожку по центру моего тела. Резко вдыхаю в шоке от первого касания холодного крема, полосой идущего от впадины у горла вплоть до развилки бедер. Джесси ухмыляется, дополнительно выдавливая немного там, где это нужно. Я опускаю взгляд на длинную дорожку белых облачков, чувствуя, как соски напрягаются от холода.

Джесси отступает назад, в его глазах пляшет восторг.

— Немного смахивает на клише, не находишь?

Я смотрю на его довольное лицо. Он прыскает немного сливок себе в рот.

— Старые трюки — самые лучшие. — Джесси снова уходит. Куда он? Сижу на барной стойке, покрытая сливками, и наблюдаю, как он роется в шкафах. — О, нашел.

Что? Он открывает ящик стола, достает лопаточку и возвращается обратно, озорно постукивая по баночке с шоколадной пастой. Когда Джесси снова оказывается между моих ног, то откручивает крышку и бросает ее на мраморную столешницу.

Я вопросительно выгибаю бровь, хотя прекрасно знаю, что он задумал. Джесси водит лопаточкой в банке, зачерпывает большую порцию и резко шлепает пасту мне на грудь.

— Ай!

От шлепка грудь немного побаливает.

С ухмылкой Джесси начинает размазывать шоколад вокруг соска, жжение смешивается с ритмичными завихрениями, заставляя меня издать низкий мурлыкающий звук. На его лбу появляется хмурая морщинка, он начинает терзать губу, усердно распространяя шоколад по всему телу рядом со сливками, кружа и размазывая по ходу.

Опустошив баночку полностью и удовлетворившись видом моего тела, каждый сантиметр которого покрыт шоколадом, Джесси откладывает лопаточку и отходит, чтобы полюбоваться своей работой. Улыбка на его красивом лице вызывает у меня желание броситься на него и повалить на пол. Он внимательно смотрит вне себя от восторга.

— Моя собственная Ава-эклер, — объявляет он, облизывая губы.

Я смотрю вниз на покрытое сладостями тело и возвращаюсь к его горящим весельем глазам.

— Полагаю, теперь, когда ты повеселился, мне пора принять душ. — Я делаю движение, и Джесси в мгновение ока оказывается возле меня, хватая в свои объятия, как я и ожидала. Прижимаюсь к его груди, скользя по телу. Слегка дрожу от смеха и трусь об него. Никакого самодовольства.

— Не ускользнешь, — бормочет он, отстраняясь, шоколад и сливки перемешались между нашими телами. Он берет меня за руки, мягко отталкивая назад, пока я не ложусь на спину и смотрю на него снизу вверх. — Леди, я даже еще не начал веселиться.

Я ухмыляюсь.

— Я грязная.

— О, мне нравится эта улыбка. Тебе недолго быть грязной. — Он наклоняется надо мной, трется эрекцией о мою промежность, указательным пальцем снимает шоколадную дорожку с моего соска и, не сводя с меня глаз, скользит им в рот и облизывает самым эффектным образом.

— М-м-м, шоколад, сливки и пот, — хрипло произносит он.

Вздрагиваю под его пронзительным взглядом, легкая пульсация между ног переключается на высшую передачу, от его пьянящего взгляда я ерзаю на столешнице. Протягиваю руку, чтобы притянуть его к себе. Мне нужен контакт. Джесси позволяет мне, прижимаясь губами к губам и грудью к груди, так что мы снова перекатываемся и скользим. Тепло его тела отправляет меня прямиком на седьмое небо под названием «Джесси».

Легкими, как крылья бабочки, движениями я нежно выманиваю его язык изо рта, улыбаясь ему в губы, когда он издает горловой стон. Рукой Джесси проползает под поясницу и подтягивает меня вверх, отрывая от стойки и поддерживая, когда останавливается и завладевает моим ртом. По-прежнему обнимают его за шею, пробегаю пальцами по волосам, а он продолжает искушать меня. Я же продолжаю извиваться.

Оторвавшись от губ, Джесси начинает целовать щеку, устремляясь к уху, целенаправленно ритмично двигая своими любвеобильными бедрами, вызывая в паху знакомую тяжесть. Из горла вырывается низкий и протяжный стон, и я крепко сжимаю его волосы, а он кусает меня за мочку, медленно потягивая ее зубами. Ох, черт, я парю от удовольствия.

— Джесси. — Я тяжело дышу, выгибаясь ему навстречу.

— Знаю, — напевает он мне в ухо. — Хочешь, чтобы я о тебе позаботился?

— Да! — вскрикиваю я.

Джесси нежно целует меня во впадинку под ухом и опускает на спину.

Опершись на одну руку сбоку от меня, он нежно убирает с моего лица волосы. Я смотрю, как он задумчиво изучает меня, как мерцают его зеленые глаза, как в голове вращаются шестеренки.

— Ава, все становится гораздо терпимее, когда ты рядом, — ласково произносит он, всматриваясь в мои глаза.

Я впитываю его слова, совершенно ошеломленная признанием. Что становится терпимее? Не могу смириться с расплывчатостью этого заявления, особенно сейчас. В этом мужчине есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд — не просто уверенный, богатый, нежный собственник, любящий власть и контроль. Я могла бы продолжать до бесконечности. Но здесь есть что-то еще.

Смотрю на него. Хочу задать несколько вопросов, но, когда делаю глубокий вдох, чтобы заговорить, Джесси склоняет голову к моей груди, проводя языком по уже и так напряженному соску, обводя его и слизывая шоколад. Вздрагиваю, когда он зубами сжимает тугой бутон, от острого укола удовольствия выгибаю спину и поднимаю грудь еще выше, это заставляет его слегка отодвинуться, чтобы устроиться на мне.

— Тебе хорошо? — спрашивает он.

— Да!

— Хочешь еще моего рта?

— Боже, Джесси!

Он удовлетворенно мурлычет, уделяя внимание каждой груди, слизывая, покусывая и посасывая шоколад, постепенно и тщательно очищая кожу.

Я стону. Я вся в испарине. Впиваюсь пальцами в его волосы, извиваясь под его опытным языком. Одно прикосновение к моему естеству — и у меня случится помрачение рассудка.

— Все чисто, — растягивает он слова, приподнимаясь и встречаясь со мной глазами. — Но ей хочется еще больше моего рта. — Джесси облизывает губы и отодвигается от меня, желудок совершает кульбит в триста шестьдесят градусов.