Джоди Малпас – Этот мужчина (страница 64)

Когда его губы вновь касаются моих, я по-прежнему сопротивляюсь, изо всех сил стараясь отгородиться. Бедный мозг получает миллион различных команд: бороться, сопротивляться, согласиться, поцеловать, пнуть его коленом по яйцам.

А затем его рука погружается в мои трусики, пальцы раскрывают меня, вызывая во мне яростные всполохи электрических искр. Он ласкает клитор, очень нежно. Я вздрагиваю, мой рот открывается, и издаю крик удовольствия. Джесси в полной мере использует слабость моей воли, проникая языком мне в рот, исследуя и облизывая каждый уголок, его большой палец медленно кружит по моей горящей сердцевине. Я целую его в ответ.

— Отпусти мою руку, — тяжело выдыхаю я, напрягаясь.

Должно быть, он понимает, что я попалась, потому что со стоном освобождает мою руку и тут же хватает меня за затылок. Я обвиваю руками его шею, притягивая ближе к себе — вот так просто.

Бедрами он упирается себе в руку, увеличивая давление атаки на мой центр, и входит в меня пальцами. Внутренние мышцы крепко их сжимают. Я стону.

Он отстраняется, задыхаясь и тяжело дыша, глядя на меня из-под полуопущенных век затуманенными глазами.

— Я так и думал, — говорит он, еще выше подталкивая хриплым голосом мой нарастающий оргазм.

Он снова прижимается к моим губами поцелуем, и я соглашаюсь — на все. Я вновь раба этого прекрасного неврастеника. Сила воли покидает меня, а слабости выходят наружу.

Провожу руками по обтянутой пиджаком спине, погружаю пальцы в его темно-русые волосы, пока он продолжает мучительно медленные, контролируемые движения. Я готова расплакаться от радости и огорчения, но как могу сопротивляться этому? Мне никогда от него не убежать.

Теперь, когда я перестала бороться, движения его языка более спокойные и размеренные. Жар наших сомкнутых ртов кажется естественным и всепоглощающим. От нарастающей кульминации, угрожающей атаковать со всех сторон, бедра напрягаются, хватка в его волосах усиливается. Он понимает сообщение, усиливая поцелуй, движения его пальцев становятся все жестче, удовольствие сносит меня единым порывом, и я взмываю ввысь. В голове становится пусто, за исключением блаженства освобождения, проносящегося сквозь меня. Я кусаю его за губу. Он стонет. Святое гребаное дерьмо!

Движения его пальцев замедляются, и я отпускаю его губу из стиснутых зубов. Кажется, я чувствую привкус крови, но не могу открыть глаза, чтобы удостовериться. Так ему и надо.

— Вспомнила? — тихо шепчет он мне в губы. Я вздыхаю и приподнимаю отяжелевшие веки, встречаясь с зелеными глазами. Я не отвечаю ему; он знает ответ на этот вопрос. Но, как и всегда, я ничего и не забывала. Он не требует ответа. Просто наклоняется, нежно целуя меня в губы, я скольжу языком по его нижней губе, слизывая маленькую капельку крови, причиной которой стала я.

— У тебя из-за меня кровь.

— Дикарка, — выдыхает он, медленно вынимая из меня пальцы и засовывая их мне в рот. Джесси внимательно наблюдает, как я провожу по ним языком, и в уголках его губ играет улыбка. Он снова получил то, что хотел — меня, сдавшуюся ему.

Он усаживает меня на столешницу.

— Почему ты все время от меня убегаешь?

Он кладет руки по обе стороны от моих бедер и, подавшись вперед, изучающе всматривается мне в глаза.

Опускаю голову. Смотреть на него невыносимо. Что я могу сказать? Что влюбилась в него? Вероятно, мне так и следует поступить — он может испугаться и оставить меня в покое. Вместо этого я пожимаю плечами.

Джесси кладет указательный палец мне под подбородок и приподнимает голову, так что я вынуждена смотреть в его до боли красивое лицо.

Он выжидающе выгибает бровь.

— Детка, поговори со мной.

— Я не знаю.

Он закатывает глаза и шлепает меня по руке, заставляя отпустить прядь волос, которую я наматываю на палец.

— Ты дерьмовая лгунья, Ава.

— Знаю, — фыркаю я. Надо срочно избавиться от этой дурацкой привычки.

— А теперь отвечай, — мягко просит он.

Я вздыхаю.

— Ты меня отвлекаешь. Я не хочу, чтобы мне причинили боль. — Вот, я не лгу. Это правда. Просто опустила одну незначительную деталь — свои чувства к нему.

Смотрю на него, он покусывает губу, шестеренки в его голове работают в полную силу. Джесси не знает, что на это ответить. Очень рада, что не сбросила на него любовную бомбу.

— Понятно, — говорит он решительно. И это все? Ему понятно? — Я тебя отвлекаю? — спрашивает он.

— Да. — Я хмурюсь. В самом худшем смысле этого слова!

Он дуется.

— Мне нравится тебя отвлекать.

— Мне тоже нравится, когда ты меня отвлекаешь, — угрюмо бормочу я. Замечаю, что он игнорирует вторую часть фразы — про боль.

— От чего я тебя отвлекаю?

— От благоразумия, — тихо отвечаю я. Опьяняющее воздействие, которое он оказывает на мое тело, все глубже проникает в сознание. Джесси сказал, что заставит меня нуждаться в нем, и держит слово.

Он улыбается, полностью удовлетворенный, его глаза вновь потемнели и обещают нечто новое.

— Сейчас я еще немного тебя отвлеку. Нам надо подружиться. — Его низкий голос снова разжигает во мне желание. Он подхватывает меня под ягодицы и, стянув со стола, закидывает мои ноги себе на талию.

— Разве мы только что не подружились?

— Не совсем. Нам нужно подружиться как следует. Это самый разумный поступок. Ава, больше не убегаем.

Я улыбаюсь и обнимаю его за спину, пока он направляется из кухни в мою спальню, и пинком закрывает за собой дверь. Он усаживает меня на край кровати, стягивает через голову майку, и мои груди, не стесненные лифчиком, выпрыгивают наружу. Он улыбается, глядя мне в глаза, и бросает майку на пол. Принимается за пояс шорт, побуждая меня приподнять попку, чтобы мог стянуть их вместе с трусиками.

— Сиди здесь, — приказывает Джесси, дергая себя за галстук. Искры предвкушения рикошетят по всему телу, когда наблюдаю, как он медленно передо мной раздевается. Пиджак следует за галстуком, затем он медленно расстегивает рубашку.

Быстрее! Рельефные мышцы его груди заставляют меня буквально истекать слюной, когда он мучительно долго передо мной раздевается. Мой взгляд автоматически притягивается к его шраму. Я отчаянно хочу знать, откуда он взялся.

— Ава, посмотри на меня.

Устремляю глаза прямо на него, томные зеленые омуты внимательно наблюдают за мной, пока он снимает ботинки, носки и брюки, и, наконец, стягивает боксеры. Эрекция освобождается, оказываясь на уровне моих глаз. Если наклониться вперед и открыть рот, то получу преимущество. Это была бы приятная перемена. Смотрю на него снизу вверх, замечая порочную усмешку и сверкающие глаза.

— После двух дней поисков я отчаянно хочу оказаться в тебе, — мрачно произносит он. — С нетерпением буду ждать возможности трахнуть твой ротик позже. Ты мне должна.

Его слова наносят мощный удар по моему естеству, Джесси наклоняется и обвивает рукой мою талию, взбирается на кровать, нависая надо мной, и осторожно укладывает меня под себя. Раздвинув бедра коленом, он устраивается между ними, опираясь руками по обе стороны от моей головы, и нежно смотрит на меня. Я готова разрыдаться.

Все планы сбежать, пока не стало слишком поздно, разрушены до основания. Сейчас уже слишком поздно, и его решимость заполучить меня, когда заблагорассудится, не дает никаких послаблений.

— Больше ты от меня не убежишь, — говорит он тихо, но твердо.

Знаю, что должна что-то ответить. Отрицательно мотаю головой и тянусь к его плечам.

— Ты должна мне ответить, Ава, — шепчет Джесси. Чувствую давление его члена, и на меня обрушивается до нелепости сильный жар.

— Не убегу, — подтверждаю я.

Он кивает, не сводя с меня пристального взгляда, медленно отступает назад и движется вперед, глубоко погружаясь в меня. Я стону и удобнее хватаюсь за его плечи, двигаясь под ним. Эта полнота невероятна, и я быстро к ней привыкаю. Он делает долгий вдох, стараясь держать себя под контролем. От сосредоточенности его блестящий от пота лоб прорезает хмурая морщинка.

Я сопротивляюсь желанию сжаться вокруг него — ему нужно немного времени. Джесси закрывает глаза, длинные ресницы ложатся веером, голова склоняется ко мне, он пытается усмирить прерывистое дыхание. Я терпеливо жду, пока он придет в себя, пробегая руками вверх и вниз по его крепким плечам, более чем счастливая лежать и пристально разглядывать этого прекрасного неврастеника. Он знает, сейчас мне нужен нежный Джесси.

Через несколько мгновений он берет себя в руки и снова поднимает голову, чтобы посмотреть на меня. Сердце сжимается в груди. Я так влюблена в этого мужчину.

— Вот что происходит, когда ты отказываешь мне. Больше так не делай. — Он приподнимается на руках, затем лениво отводит бедра назад и плавно продвигается вперед.

Я мурлыкаю. О, боже мой! Он повторяет это восхитительное движение снова и снова, все время наблюдая за мной.

— Ты должна думать об этом, Ава. Когда снова захочешь сбежать, думать о том, что ты сейчас чувствуешь. Думать обо мне.

— Да, — выдыхаю я, изо всех сил стараясь унять быстро нарастающее давление. Хочу, чтобы так продолжалось вечно. Хочу чувствовать себя так всегда. Именно поэтому я его избегаю. В своих попытках отмахнуться от него я слаба и беспомощна. Или это он настроен так решительно? В любом случае, все всегда заканчивается одним и тем же... я отдаюсь этому мужчине.

Приподнимаю бедра навстречу каждому толчку, он накрывает губами мой рот, неторопливо и лениво овладевая им, языком подстраиваясь под обжигающий ритм бедер.