Джоди Андерсон – Искра в ночи (страница 38)
Кто-то из колонистов уже прошел в посадочный коридор. Сотрудник космодрома забрал у Адри сумку и сказал, что пора на посадку. Адри не могла заставить себя отпустить руку Лили. Она поднесла свободную руку к щеке Лили, но убрала ее раньше, чем прикоснулась.
А потом они разжали руки, и Адри вошла в коридор.
Никакие тренировки не могли подготовить Адри к тому, каково будет смотреть на далекую Землю из иллюминатора космического корабля. Такой странный контраст между теплой уютной постелью в отдельной каюте… и тем, что лежит за окном: необъятное космическое пространство, дымчато-голубая планета, которую Адри покинула навсегда и которая вдруг стала маленькой и далекой. Как будто смотришь на дождь с грозой, сидя в сухом теплом доме, и думаешь о тех, кто остался на улице, под ливнем.
В тот вечер на корабле было тихо, каждый был погружен в свои мысли. Адри смотрела, как далеко-далеко внизу вращается Земля, и размышляла о будущем. Когда-нибудь и у Марса будет своя история, и она станет ее частью. Может быть, это только начало: и Марс станет лишь отправной точкой для дальнейших свершений, и когда-нибудь найдут жизнь повсюду – жизнь, рассеянную по всей Вселенной, – жизнь, неистовую и кипучую, жадную и неизбежную, и совсем не случайную, как сейчас думают многие.
Если так все и будет, она очень надеялась, что проживет долго и успеет в этом убедиться.
Глава 13
Лили добралась домой поздно, уже затемно. Она осталась на космодроме, чтобы понаблюдать за стартом, и еще долго стояла вместе с другими родственниками и друзьями, вглядываясь в опустевшее небо и слушая эхо координат, которые зачитывал кто-то из техников в центре управления полетом. Она знала, что к этому времени подъем уже завершился, и корабль вышел на временную орбиту – прочитала об этом в брошюре, которую ей вручили на космодроме.
В доме было тихо. Но не пустынно. Адри, хоть и прожила здесь недолго, согрела ее дом и наполнила его новым смыслом.
Лили открыла письмо уже после того, как надела пижаму и забралась в постель. Чтобы продлить предвкушение, она хотела сначала прочесть главу из любовного романа «Сердца в огне». Ей хотелось сполна насладиться минутами ожидания, когда у Адри еще было что ей сказать. Но она не смогла сосредоточиться на романе, и в конце концов отложила книгу и вскрыла конверт.
Дорогая Бет, мы уже почти в Нью-Йорке, и это письмо я отдам тебе лично. Но я все равно хочу его написать.
В последнее время я часто смотрюсь в зеркала. Я уже не представляю, как именно другие люди воспринимают мое лицо. Каждый раз, когда я смотрю на свое отражение, я вижу кого-то другого: иногда молодую, иногда совсем старую, иногда мудрую, иногда – нет. Что ты увидишь во мне, когда мы встретимся после долгой разлуки?
Уже скоро мы прибываем в Нью-Йорк, и я все спрашиваю себя – а у меня было время подумать, – когда же мы потеряли друг друга? Когда ты уехала в Америку, через несколько недель после первого дирижабля? Или когда я не села на тот корабль? Или, может быть, намного раньше? Когда ты позвала меня на поиски святого Грааля и сказала мне, где он, хотя это была просто выдумка? Или когда ты сказала, что все равно бегаешь быстрее меня, и мне даже пытаться не стоит тебя обогнать?
Я решила, что это не важно, потому что это неправда. Я тебя не потеряла, а ты не потеряла меня. Даже если мы обе надломлены, все равно это мы. Мы не обязаны быть идеальными, чтобы быть собой.
Я все время думаю о ребенке, даже во сне. Я уверена, что это девочка – не могу объяснить почему, – и мне неожиданно стало казаться, что сама идея иметь ребенка невероятно прекрасна.
Каждый ребенок – настоящее чудо. Как они появляются на свет и совсем ничего не знают: какой сейчас год, и в какой стране они живут, и зачем нужны деньги, и что такое Земля. Моя малышка еще не знает, что она будет жить на этой планете; она не знает о солнце и о том, как много зла люди могут причинить друг другу.
Эта невинность меня потрясает. И я понимаю, что мир не заслуживает такой ослепительной чистоты. Но мы постараемся ее заслужить, да, Бет?
Я часто задумываюсь, как странно, что время не стоит на месте. Было бы очень логично, если бы ничто никогда не менялось. Помнишь ли ты меня так же, как я помню тебя? Может быть, я лелею мечту, которая на самом деле не более чем детское воспоминание? Мы по-прежнему знаем друг друга, подружка? Но это не важно. Мы с тобой связаны крепко-накрепко. Я поняла это благодаря моему ребенку. Расставания – это иллюзия. Это не по-настоящему.
Когда мы были с Джеймсом в ту последнюю ночь и он принес с собой этот новый фонарик, он сказал мне, что сегодня луч света будет направлен не в звездное небо, а прямо на нас. Он включил свой фонарик, и тот зажегся ярко-белым светом – наполнил сиянием наши лица и осветил нашу скромную, но такую любимую комнатушку. Его лицо, как и мое, было полностью на свету.
Я так волновалась, когда прикоснулась к его щеке, провела пальцем по шрамам и сказала: «Ты очень красивый», – и первая поцеловала его прямо в губы.
Поразительно, правда? Что один поцелуй вдруг привел к появлению чего-то настолько масштабного, светлого и сильного, как человеческое существо? У меня кружится голова от одной только мысли о том, что именно так начинается все на свете. Целые семьи, целые страны, целые миры.
Удивительно, правда? Как целая жизнь начинается с крошечной искорки.
Как только прибуду в Нью-Йорк, сразу отправлю тебе открытку.
С любовью,
Выражение признательности
Марк, спасибо тебе за все, что ты делаешь для меня… и особенно за то, что ты мой отважный и честный первый читатель. Спасибо и моему сладкому Оуэну за то, что он так крепко спит.
Я очень благодарна моему редактору, Джен Клонски, и моему литагенту, Розмари Стимола, за их доверие, талант, великодушие и вдумчивые замечания. Я благодарна моим друзьям и преподавателям в Беннингтонском колледже, и если брать именно эту историю, то в первую очередь – Джоан Пру.
Джейми Аппель подарила мне бесценное время. Пока я работала, она заботилась о моем сыне; Джейми, моя благодарность не знает границ. Также мне хочется сказать спасибо Алехандре Олива, моему проницательному и деликатному читателю; Гарету Уэйду, моему доброму британскому другу и читателю; Джил Амак – за ее острый, внимательный глаз; и Бекки Голденбаум, чья вера вдохновила меня написать эту книгу. И, конечно, большое спасибо моей семье. Что бы я без вас делала?
ЭТИ КНИГИ ОЧЕНЬ ПОМОГЛИ МНЕ В РАБОТЕ:
«Наихудшее трудное время»
«Великая война Великобритании»
«Илон Маск. Тесла, SpaceX и дорога в будущее»
«Почему Марс?»
«Путешествие оптимиста в будущее»