Джоан Роулинг – Гарри Поттер и тайная комната (страница 42)

– Послушайте, Люциус, – вскинулся Фудж. – Отстранить Думбльдора?! Нет-нет, это последнее, чего бы нам хотелось в настоящий момент…

– Назначение – или отстранение – директора всегда являлось прерогативой правления, Фудж, – ровно сказал мистер Малфой. – И поскольку Думбльдору не удается остановить маньяка…

– Послушайте, Малфой, если Думбльдору не удалось, – над верхней губой у Фуджа выступил пот, – то, я хочу сказать, кому тогда удастся?

– Это мы посмотрим, – неприятно улыбнулся мистер Малфой. – Но двенадцать членов правления проголосовали за…

Огрид вскочил и своей косматой головой смел паутину с потолка.

– А скольким ты угрожал, шантажировал их, чтоб согласились, а, Малфой? – проревел он.

– Дорогой Огрид, ваш неуемный темперамент однажды, знаете ли, доведет вас до беды, – невозмутимо проговорил мистер Малфой. – Я бы не советовал вам кричать подобным образом на охранников Азкабана. Им это совсем не понравится.

– Нельзя трогать Думбльдора! – завопил Огрид. Клык сжался и заскулил в своей корзине. – Заберете его, так ни один мугленыш не выживет! Будут еще убивства!

– Успокойся, Огрид, – строго приказал Думбльдор и посмотрел на Люциуса Малфоя: – Если правление настаивает, Люциус, я, разумеется, уйду…

– Но… – заикнулся Фудж.

– Нет! – взвыл Огрид.

Думбльдор не отводил своих голубых глаз от холодных стальных глаз Люциуса Малфоя.

– Однако, – продолжал Думбльдор очень медленно и раздельно, чтобы никто ничего не пропустил, – я воистину покину эту школу, лишь когда здесь не останется ни одного преданного мне человека. Кроме того, в стенах «Хогварца» те, кто просит о помощи, всегда ее получат.

Какую-то долю секунды Гарри был почти уверен, что Думбльдор бросил молниеносный взгляд в угол, где стояли они с Роном.

– Как трогательно! – поклонился ему Малфой. – Нам всем будет не хватать вашего… ммм… в высшей степени своеобразного метода ведения дел, Альбус. Остается лишь надеяться, что ваш преемник сумеет предотвратить любые – как там? – убивства.

Он распахнул перед Думбльдором дверь хижины и с поклоном проводил его наружу. Фудж, по-прежнему неловко мявший поля котелка, ждал, пока за порог выйдет Огрид, но тот не двигался. Великан глубоко вдохнул и, тщательно подбирая слова, сказал в пространство:

– Ежели кто хочет чего выведать, так ему надо идти за пауками. Они выведут куда надо! Вот чего я скажу.

Фудж уставился на него в полнейшем недоумении.

– Все, иду, – сказал Огрид, набрасывая на плечи плащ чертовой кожи. Но уже почти на пороге снова остановился и опять громко сказал в пространство: – И кому-то надо кормить Клыка, пока меня нету.

Дверь с грохотом захлопнулась, и Рон вылез из-под плаща.

– Ну мы и вляпались, – хрипло сказал он. – Думбльдора нет. Школу, считай, можно закрывать. Вот увидишь, завтра опять кто-нибудь окаменеет.

Клык завыл и стал скрестись в закрытую дверь.

Глава пятнадцатая

Арагог

Кзамку потихоньку подкрадывалось лето; небо и озеро стали одинакового барвинкового оттенка; огромные, с кочан капусты, цветы распустились в теплицах. Но, как бы хорош ни был вид из окон, без Огрида, что расхаживал бы по двору со своей неизменной тенью – Клыком, – все казалось не таким, как надо, и не лучше, чем в замке, где дела шли из рук вон плохо.

Гарри с Роном хотели навестить Гермиону, но, как выяснилось, в лазарет теперь не пускали посетителей.

– Мы больше не можем рисковать, – сурово сообщила мадам Помфри, совсем чуть-чуть приоткрыв дверь. – Нет-нет, извините, мы боимся, что преступник проникнет в палаты и прикончит этих несчастных…

Без Думбльдора леденящий ужас парализовал обитателей замка. Создавалось впечатление, что солнечные лучи доходили до стен, но почему-то отказывались проникать в створчатые окна. Не найти было лица, на котором не читались бы страх или тревога; если вдруг и раздавался смех, звучал он пронзительно и ненатурально и вскоре обрывался.

Гарри твердил про себя последние слова Думбльдора: «Я воистину покину эту школу, лишь когда здесь не останется ни одного преданного мне человека. Кроме того, в стенах “Хогварца” те, кто просит о помощи, всегда ее получат». Однако что толку от этих слов? Кого конкретно просить о помощи, если все как один перепуганы до смерти?

Намек Огрида про пауков понять было гораздо легче – беда в том, что в замке их, похоже, не осталось, хотя Гарри искал повсюду и Рон ему помогал (правда, очень неохотно). Разумеется, им сильно мешало то, что теперь они не могли передвигаться по замку самостоятельно, а обязаны были ходить большими группами вместе с другими гриффиндорцами. Практически все ученики радовались, что их везде сопровождают учителя, но Гарри это крайне досаждало.

И все-таки был один человек, кто откровенно наслаждался атмосферой всеобщего страха и подозрительности. Драко Малфой расхаживал по школе до того гордо, будто его произвели в старшие старосты. Поначалу Гарри не мог взять в толк, чем так доволен Драко, но однажды на зельеделии, через две недели после того, как ушли Думбльдор и Огрид, он, сидя за спиной у Малфоя, подслушал его разговор с Краббе и Гойлом.

– Я знал, что отец избавит школу от Думбльдора, – упивался восторгом Малфой, даже не понижая голос. – Я же говорил, он считает, что Думбльдор – худший директор за всю историю «Хогварца». Может, теперь мы наконец получим нормального директора. Который не захочет закрывать Тайную комнату. Макгонаголл тоже долго не продержится, она так, только замещает…

Злей прошествовал мимо Гарри, ни словом не отметив отсутствие Гермионы.

– Сэр, – громко сказал Малфой, – сэр, почему бы вам не стать директором школы?

– Перестаньте, Малфой, – произнес Злей, но его тонкие губы невольно расползлись в улыбке. – Профессор Думбльдор всего-навсего отстранен по решению правления. Осмелюсь предположить, что вскоре он вернется к своим обязанностям.

– Конечно-конечно, – ухмыльнулся Малфой. – Но вы, сэр, вы бы обязательно получили папин голос, если б выставили свою кандидатуру, – я обязательно скажу папе, что вы лучший учитель в школе, сэр…

Злей, довольно кривя губы, продолжал расхаживать по классу, к счастью не заметив, как Шеймас Финниган притворился, будто его вырвало в котел.

– Удивляюсь, как это еще не все мугроды собрали свое барахло, – не унимался Малфой. – Спорю на пять галлеонов, что следующая жертва обязательно умрет. Жалко, это будет не Грейнджер…

Тут прозвонил колокол – к счастью: при последних словах Малфоя Рон вскочил, но в общей суматохе окончания урока его попытка треснуть Драко по роже осталась незамеченной.

– Пусти, я его урою, – рычал и рвался Рон, а Гарри и Дин висели у него на руках. – Мне плевать, мне даже палочка не нужна, я его голыми руками удавлю…

– Поторопитесь, я должен отвести вас на гербологию, – рявкнул Злей поверх голов, и класс отправился строем, с Гарри, Роном и Дином в арьергарде. Рон все пытался освободиться. Отпустили его, лишь когда Злей вывел ребят из замка и они через огород зашагали к теплицам.

На гербологии занятия проходили в подавленной атмосфере: из группы выбыли уже двое – Джастин и Гермиона.

Профессор Спарж велела провести обрезку абиссинского фигисмаслома. Гарри пошел выкинуть охапку обрезанных веток в компостную кучу и столкнулся с Эрни Макмилланом. Тот набрал воздуху и очень официальным тоном объявил:

– Я хочу сказать, Гарри: я очень сожалею, что подозревал тебя. Я знаю, ты никогда бы не причинил вреда Гермионе Грейнджер, и приношу извинения за всю ту чушь, которую про тебя говорил. Мы теперь, знаешь, в одной лодке, и, в общем…

Он протянул пухлую руку, и Гарри ее пожал.

Эрни и его подруга Ханна подошли и занялись тем же фигисмасломом, что и Гарри с Роном.

– Этот тип Драко, – сказал Эрни, обламывая сухие сучки, – по-моему, ужасно доволен тем, что происходит, вам не кажется? Знаете, что я думаю? Я думаю, он и есть Наследник Слизерина!

– Какой ты умный, – буркнул Рон. В отличие от Гарри он не был готов так легко простить Эрни.

– Ты тоже думаешь, что это Малфой, да, Гарри? – спросил Эрни.

– Нет, – ответил Гарри так твердо, что и Эрни, и Ханна удивленно уставились на него.

И тут Гарри кое-что заметил.

За окном несколько больших пауков ползли вниз по стеклу, вытянувшись неестественно ровной линией, будто направлялись в некое заранее известное место по кратчайшему пути. Гарри ударил Рона по руке секатором.

– Ой! Ты что?..

Гарри показал на пауков, щурясь против яркого солнца.

– Да, – сказал Рон, тщетно изображая радость. – Но мы же не пойдем выслеживать их сейчас…

Эрни и Ханна с любопытством прислушивались.

Гарри щурился все сильнее – пауки удалялись. Если они так и идут в этом направлении, нет никаких сомнений, куда они рано или поздно придут.

– Похоже, они направляются в Запретный лес…

Рон еще больше расстроился.

После урока профессор Спарж проводила класс на защиту от сил зла. Гарри с Роном чуть-чуть отстали, чтобы спокойно поговорить.

– Придется снова взять плащ-невидимку, – сказал Гарри. – А еще, наверно, Клыка. Он привык бывать в Запретном лесу с Огридом, может, он нам чем-то поможет…

– Точно, – согласился Рон. Он вертел в руках волшебную палочку. – А там… в Запретном лесу… вроде оборотни? – спросил Рон, когда они, как обычно на уроках Чаруальда, уселись за заднюю парту.

Предпочитая на этот вопрос не отвечать, Гарри сказал: