Джоан Роулинг – Гарри Поттер и орден фениксаа (страница 98)
Прежде чем выполнить это указание, Гарри смерил его яростным взглядом. Стоять с закрытыми глазами перед Злеем, который вооружен волшебной палочкой? Перспективка…
– Ни о чем не думай, Поттер, – велел ему холодный голос. – Освободись от всех эмоций…
Но гнев, как яд, пульсируя, бежал по жилам. Как от него избавишься? Проще ногу оторвать…
– Ты не слушаешься, Поттер… Тебе не хватает дисциплины… Сосредоточься!
Гарри попытался расслабиться, не думать, не помнить, не чувствовать…
– Попробуем еще раз… на счет три… Раз… два… три! Легилименс!
Огромный черный дракон взметнулся на дыбы… Родители… машут руками из зачарованного зеркала… Седрик Диггори, на земле: смотрит на Гарри пустыми глазами…
– НЕ-Е-Е-ЕТ!
Гарри опять стоял на коленях, уткнувшись лицом в ладони. Самый мозг болел так, словно кто-то пытался выдернуть его из черепа.
– Вставай! – крикнул Злей. – Вставай! Ты не стараешься! Тебе лень сделать над собой усилие! Ты пустил меня в воспоминания, которые тебя пугают! Сам снабдил меня оружием!
Гарри встал. Сердце билось очень сильно, будто он и правда только что вернулся с кладбища, где лежал мертвый Седрик. Злей редко бывал так бледен и зол – но Гарри был еще злее.
– Я – очень – даже – стараюсь! – отчеканил он.
– Я велел освободиться от всех эмоций!
– Да? Сию секунду это не так-то просто, – огрызнулся Гарри.
– Значит, для Черного Лорда ты будешь легкой добычей! – в гневе выкрикнул Злей. – Чувствительные идиоты с душой нараспашку, те, кто не в силах управлять своими чувствами, кто купается в печальных воспоминаниях и так легко поддается на провокации, – иными словами, слабаки – не имеют против него ни малейшего шанса! Ты и не заметишь, как он проникнет в твое сознание, Поттер!
– Я не слабак, – еле слышно возразил Гарри. Им владело бешенство – он был готов в любую минуту броситься на Злея.
– Вот и докажи это! Возьми себя в руки! – выплюнул Злей. – Сдержи гнев, возьми разум под контроль! Попробуем еще раз! Готовься! Легилименс!
Дядя Вернон заколачивает прорезь для писем… сотня дементоров скользит к Гарри через озеро… Гарри и мистер Уизли бегут по коридору без окон… Черная дверь вдалеке… ближе, ближе… Гарри подумал, что им туда… но мистер Уизли потащил его влево, к лестнице, вниз…
– Я ПОНЯЛ! ПОНЯЛ!
И снова он стоял на четвереньках; шрам противно саднил, но голос прозвучал победно. Гарри вскочил. Злей, не отводя палочки, смотрел на него пристально. Похоже, учитель снял заклятие прежде, чем Гарри начал оказывать сопротивление.
– В чем дело, Поттер? – не спуская с него глаз, осведомился Злей.
– Я видел… я вспомнил, – задыхаясь, проговорил Гарри. – Я только что понял…
– Что понял? – резко спросил Злей.
Гарри ответил не сразу. Он стоял, потирая шрам и наслаждаясь своим ослепительным открытием…
Коридор без окон с запертой дверью в конце снился ему много месяцев подряд, но он не понимал, что это место взаправду существует. И вот теперь, вернувшись в собственные воспоминания, он вдруг осознал, что это тот самый коридор, по которому они с мистером Уизли бежали двенадцатого августа, опаздывая на дисциплинарное слушание; коридор, ведущий в департамент тайн, – дверь, у которой на мистера Уизли напала змея.
Он поднял глаза на Злея:
– Что спрятано в департаменте тайн?
– Что ты сказал? – тихо переспросил Злей, и Гарри, к огромному своему удовольствию, увидел, что тот растерялся.
– Я спросил, что спрятано в департаменте тайн,
– А почему, собственно, – медленно заговорил Злей, – тебя это интересует?
– Потому что, – Гарри внимательно следил за его лицом, – коридор, который я только что видел, – я давно вижу его во сне, а сейчас я его узнал – ведет в департамент тайн… и, по-моему, Вольдеморту там что-то нужно…
–
Они гневно воззрились друг на друга. Шрам Гарри пронзила дикая боль, но он даже не обратил внимания. Злей разволновался; после паузы он заговорил, и было ясно, что он изо всех сил изображает холодное равнодушие.
– В департаменте тайн есть много чего, Поттер; мало что тебе будет понятно и решительно ничто тебя не касается. Надеюсь, я ясно выразился?
– Да, – сказал Гарри, потирая шрам, который саднил все сильнее.
– Занятия продолжим в среду в то же время.
– Ладно, – бросил Гарри. Он сгорал от нетерпения поскорее разыскать Рона и Гермиону.
– Каждый вечер перед сном ты должен освобождать сознание от всех чувств и мыслей. Надо, чтобы ты был абсолютно спокоен, а в голове – совершенно пусто. Ты понял меня?
– Да. – Гарри едва его слушал.
– И имей в виду, Поттер… Если ты не будешь тренироваться, я обязательно узнаю…
– Ага, – буркнул Гарри. Он забросил рюкзак на плечо, кинулся к выходу и уже с порога обернулся на Злея. Тот стоял к Гарри спиной, волшебной палочкой вытаскивая из дубльдума свои мысли и аккуратно возвращая их в голову. Гарри молча вышел и плотно прикрыл за собой дверь. Шрам пульсировал от боли.
Рон и Гермиона сидели в библиотеке и корпели над домашней работой по защите от сил зла – Кхембридж задала кучу всего. Было людно; за соседними столами под лампами, уткнув носы в книги, усердно скрипели перьями школьники (почти все – пятиклассники). Небо за створчатыми окнами быстро темнело. В тишине поскрипывал башмак мадам Щипц – библиотекарша грозно расхаживала по рядам между полками и как коршун следила за всеми, кто осмеливался касаться ее драгоценных книг.
Шрам болел; Гарри знобило, лихорадило. Он сел напротив Рона с Гермионой и случайно увидел в зеркале свое отражение: мертвенно-бледное лицо, шрам проступает четче обычного.
– Ну, как все прошло? – шепотом спросила Гермиона и встревоженно добавила: – Ты здоров?
– Да… все нормально… не знаю, – отрывисто выговорил Гарри и поморщился от очередного приступа боли. – Слушайте… Я только что понял одну вещь…
И он рассказал о своем открытии.
– Значит, ты думаешь, – зашептал Рон, дождавшись, пока мадам Щипц проскрипит мимо, – что оружие… та штука, за которой охотится Сам-Знаешь-Кто… она в министерстве магии?
– В департаменте тайн. По всему выходит так, – тоже шепотом ответил Гарри. – Эту дверь я видел, когда мы с твоим папой шли на дисциплинарное слушание, и ее же он охранял, когда его укусила змея.
– Ну конечно, – выдохнула Гермиона.
– Конечно – что? – нетерпеливо спросил Рон.
– Рон, подумай сам… Помнишь, Стурджис Подмор пытался взломать какую-то дверь в министерстве? Конечно, это та самая дверь! Иначе слишком много совпадений!
– А зачем Стурджису ее взламывать, если он за нас? – не понял Рон.
– Этого я не знаю, – призналась Гермиона. – Как-то странно…
– Так что там, в департаменте тайн? – спросил Гарри Рона. – Твой папа что-нибудь рассказывал?
– Я знаю только, что всех, кто там работает, в министерстве называют «неописуемые», – нахмурился Рон. – Потому что никто толком не в курсе, чем они занимаются… Странный какой-то у них арсенал.
– Вовсе не странный, наоборот, – сказала Гермиона. – Наверно, это сверхсекретная разработка… Гарри, ты точно здоров?
Гарри в этот момент с силой прижал обе руки ко лбу, словно пытаясь как следует его разгладить.
– Да… нормально. – Он опустил руки – они дрожали. – Просто мне что-то… Не нравится мне эта окклуменция.
– Видимо, это естественно, когда тебе раз за разом проникают в сознание, – посочувствовала Гермиона. – Слушайте, пойдемте-ка в общую гостиную, там будет удобнее.
Но в гостиной было полным-полно народу, и все смеялись и вопили от восторга: Фред с Джорджем демонстрировали свои последние изобретения.
– Уборы головные! – орал Джордж. Фред в это время размахивал перед публикой остроконечной шляпой с пушистым розовым пером. – Два галлеона штука! Следите за Фредом!
Сияющий Фред с размаху нахлобучил шляпу на голову. Сначала он постоял как дурак, затем и шляпа и голова растворились в воздухе.
Кто-то из девочек завизжал, остальные зашлись от хохота.
– А теперь снимаем! – закричал Джордж. Фред пощупал воздух над плечом, сорвал шляпу, и голова появилась снова.
– Интересно, в чем принцип действия? – Гермиона, отвлекшись от домашней работы, наблюдала за близнецами. – Понятно, конечно, что это какая-то форма заклятия невидимости, но… расширение поля невидимости за пределы зачарованного объекта… очень умно… Впрочем, наверное, недолго действует…