Джоан Роулинг – Гарри Поттер и орден фениксаа (страница 140)

– Не надо, Гарри, – неожиданно сказал Невилл. Гарри обернулся. В блестящем от пота лице Невилла ясно читалось, что бедняга уже не в силах выносить всю эту гнетущую таинственность.

– Тут мое имя, – возразил Гарри.

И, вдруг преисполнившись бесшабашной решимости, сомкнул пальцы на пыльной поверхности шара. Он ждал холода, но ошибся: шар как будто часами лежал на солнце. Может быть, его подогревал внутренний свет? Гарри предчувствовал – точнее, надеялся, – что сейчас произойдет нечто необычайное, такое, что послужит оправданием длинному и опасному путешествию. Он снял шар с полки.

Однако ничего не случилось. Остальные столпились вокруг и тоже уставились на шар. Гарри смахнул с него пыль.

И тут сзади раздался протяжный голос:

– Молодец, Поттер. А теперь медленно и осторожно обернись и отдай его мне.

Глава тридцать пятая

За завесой

Отовсюду, и справа и слева, отрезая пути к отступлению, надвигались черные тени. Сквозь прорези в капюшонах страшно горели глаза. Светящиеся волшебные палочки целили остриями в сердца ребят. Джинни хрипло ахнула в ужасе.

– Мне, Поттер, – повторил тягучий голос. Люциус Малфой протянул ладонь.

У Гарри внутри все оборвалось: попались! Они в ловушке, и врагов вдвое больше, чем их самих.

– Мне, – еще раз сказал Малфой.

– Где Сириус?! – крикнул Гарри.

Кто-то из Упивающихся Смертью засмеялся; одна из черных фигур слева от Гарри жестоко, торжествующе воскликнула женским голосом:

– Черный Лорд всегда прав!

– Всегда, – тихим эхом отозвался Малфой. – Ну же, отдай пророчество, Поттер.

– Я хочу знать, где Сириус!

– Я хочу знать, где Сириус! – передразнила женщина.

Она и другие Упивающиеся Смертью шагнули ближе – до них оставались считаные футы. Свет их палочек слепил глаза.

– Он у вас, – заявил Гарри, подавляя панику, поднимающуюся в груди, ужас, накативший, едва они вошли в проход девяносто семь. – Он здесь. Я знаю, что здесь.

– Маенький майсик увидей космай и подумай, сто это павда, – чудовищно засюсюкала женщина. Гарри почувствовал, как дернулся Рон.

– Ничего пока не делай, – пробормотал Гарри, – пока не надо…

Женщина, которая передразнивала его, разразилась отвратительным хохотом.

– Вы слышали? Слышали? Раздает приказания детишкам! Они будут с нами воевать!

– О, ты плохо знаешь Поттера, Беллатрикс, – вкрадчиво проговорил Малфой. – Он у нас герой; Черный Лорд умело на этом сыграл. Отдай пророчество, Поттер.

– Я знаю, что Сириус где-то здесь, – с трудом выговорил Гарри – от ужаса перехватывало дыхание. – Я знаю, он у вас!

Упивающиеся Смертью захохотали, и женщина громче всех.

– Пора бы уже понять разницу между сном и явью, Поттер, – изрек Малфой. – Отдай наконец пророчество, или нам придется применить палочки.

– Пожалуйста. – Гарри выставил собственную палочку. В тот же миг по обе стороны от него взметнулись палочки Рона, Гермионы, Невилла, Джинни и Луны. Сердце Гарри сжалось еще мучительнее: если Сириуса здесь нет, его друзья погибнут ни за что, и их смерть будет на его совести…

Но Упивающиеся Смертью не стали посылать заклятий.

– Отдай пророчество, и никто не пострадает, – хладнокровно объявил Малфой.

Настала очередь Гарри смеяться:

– Ага, конечно! Я отдам вам это – пророчество, да? И что – вы отпустите нас домой?

Он еще не договорил, когда женщина пронзительно закричала:

– Акцио проро!..

Но Гарри был к этому готов – опередив ее, он выпалил:

– Протего! – и пусть кончиками пальцев, но все-таки удержал стеклянный шар.

– Оказывается, шалунишка Поттер умеет играть! – процедила женщина, сверкнув безумными глазами из прорезей капюшона. – Превосходно… Раз так…

– Я ЖЕ СКАЗАЛ, НЕТ! – взревел Малфой. – Вдруг разобьешь!..

Гарри лихорадочно соображал, как поступить. Упивающимся Смертью нужен пыльный шар. А ему, Гарри, нет до стекляшки никакого дела. Зато он хочет вытащить друзей из этой передряги живыми – они не должны так дорого платить за его глупость…

Женщина шагнула вперед и стянула с головы капюшон. В Азкабане лицо Беллатрикс Лестранж превратилось в обтянутый кожей череп, но сейчас оно горело фанатичным огнем.

– Тебя нужно уговорить? – пробормотала она. Ее грудь лихорадочно вздымалась. – Хорошо… Взять самую младшую, – приказала Беллатрикс. – Пусть полюбуется, как мы ее пытаем. Я сама займусь.

Гарри почувствовал, что его друзья придвинулись к Джинни, шагнул вбок и тоже загородил ее собой, прижимая к груди пророчество.

– Атакуете – разобьете вот это, – сказал он Беллатрикс. – Вряд ли ваш босс будет доволен, если останется без пророчества.

Она не шевелилась, лишь смотрела на него, кончиком языка облизывая тонкие губы.

– А вообще, что это за пророчество за такое, а? – непринужденно поинтересовался Гарри.

Он не знал, как быть, и болтал, что на ум взбредет. Невилл стоял совсем рядом; Гарри чувствовал, как тот дрожит; затылком ощущал чье-то учащенное дыхание. Он очень надеялся, что друзья тоже стараются придумать, как спастись, – у него в голове было пусто.

– Что за пророчество? – повторила Беллатрикс, и улыбка сошла с ее лица. – Шутишь, Поттер?

– Нет, не шучу. – Гарри шнырял глазами, выискивая слабое звено в кольце Упивающихся Смертью, способ выкрутиться. – Зачем оно понадобилось Вольдеморту?

Упивающиеся Смертью зашипели.

– Ты смеешь произносить его имя? – прошептала Беллатрикс.

– Да, – подтвердил Гарри. Он крепко держал шар, готовясь к следующему нападению. – Без проблем. Я совершенно спокойно могу сказать: Воль…

– Заткни свой грязный рот! – завопила Беллатрикс. – Не смей осквернять святое имя своими недостойными губами, своим поганым языком, ты, мерзкий полукровка…

– А вы в курсе, что и он тоже полукровка? – дерзко спросил Гарри. Гермиона тихо застонала. – Вольдеморт? Его мать была ведьмой, но отец-то – мугл… Или он вам наврал, что чистокровный?

– Обомр…

– НЕТ!

Из волшебной палочки Беллатрикс Лестранж полетел красный луч, но Малфой сбил его; отшатнувшись, Беллатрикс задела стеллаж рядом с Гарри. Два стеклянных шара упали и разбились.

Над осколками поднялись два перламутрово-белых, текучих как дым привидения и заговорили хором; голоса сплетались, и слова доносились урывками, тем более что Малфой и Беллатрикс Лестранж громко орали друг на друга.

– …в день солнцестояния придет новый… – вещал бородатый старик.

– АТАКОВАТЬ НЕЛЬЗЯ! НАМ НУЖНО ПРОРОЧЕСТВО!

– Он осмелился… он осмелился… – бессвязно верещала Беллатрикс, – мне в лицо… проклятый полукровка…

– ПОДОЖДИ, ПОКА МЫ ПОЛУЧИМ ПРОРОЧЕСТВО! – ревел Малфой.

– …и никто не придет после… – сообщила призрачная девушка.

Белесые фигуры растаяли в воздухе. От их былых обиталищ не осталось ничего, кроме осколков стекла. Зато они подали Гарри одну мысль. Но как поделиться ею с остальными?

– Вы так и не объяснили, что такого особенного в этом пророчестве, которое я вам якобы должен отдать, – сказал он, выигрывая время, и незаметно отвел ногу в сторону, пытаясь нащупать кого-нибудь.

– Оставь свои игры, Поттер, – велел Малфой.