Джоан Роулинг – Чернильно-Черное Сердце (ЛП) (страница 21)

— В итоге, — сказал Страйк, — дело Грумера продолжается, хотя моя интуиция подсказывает, что мы не сможем дать клиентке то, что она хочет. Ее дочь достигла совершеннолетия. То, что делает Грумер, может быть, морально не совсем правильно, но это не противозаконно. Если он будет продолжать ошиваться у школьных ворот, у нас может появиться что-то для работы.

— Он слишком умен, чтобы делать это регулярно, — сказал Дэв.

— Бейсбольная бита по яйцам может с ним разобраться, — предложил Барклай.

— Нам нужно доказать девушке, что он гад, — сказала Робин. — Это положит этому конец. Проблема в том, что сейчас она считает его замечательным.

— Правда? — размышляла Мидж, — или она получает удовольствие от того, что увела парня своей матери?

— Возможно, и то, и другое, — сказала Робин.

— Я согласен, — сказал Страйк. — С психологической точки зрения, отвадить девушку от него — единственный верный способ покончить с этим, но установить постоянное наблюдение за самим Грумером — значит удвоить счета, и я не думаю, что клиентка пойдет на это. Она считает, что может положить всему этому конец, угрожая им обоим и крича.

— По телевизору она выглядит гораздо умнее, — сказал Дэв, проглотив печенье.

— Никто особо не умен в своей семье, — сказал Барклай. — Я бы не был женат, если бы моя теща не говорила моей жене, что я какой-то никчемный приживальщик.

— Разве ты не перекрашивал кухню своей тещи? — спросила Робин.

— Да, перекрасил. И она меня почти поблагодарила, — сказал Барклай. — Волшебный момент.

Робин и Дев рассмеялись над его мрачным выражением лица.

— Знаете, у нас впереди прекрасные выходные, — задумчиво сказал Страйк, потирая подбородок, который уже выглядел чумазым от щетины, хотя он побрился утром. — Неплохо было бы посмотреть, чем занимается Грумер, когда девушки нет рядом. Кто хочет поработать сверхурочно?

— Я согласен, — сказал Дэв, прежде чем кто-либо успел заговорить. — Мне бы пригодились деньги. Только что узнал, что жена снова ждет ребенка, — уточнил он, и раздались поздравления.

— Хорошо, отлично, — сказал Страйк. — У тебя есть его адрес. Достань всё, что сможешь, чтобы он не выглядел рыцарем для школьницы…

— Итак, перейдем к Фингерсу. Мы ожидаем его возвращения с Мальдив завтра в обед, так что с момента его прибытия в Хитроу в двенадцать сорок все будет как обычно. А в понедельник у меня встреча с тем парнем с безумной прической и проблемой с патентом. Я дам вам знать, как все пройдет.

— У кого-нибудь есть проблемы с остальным расписанием на этот месяц? Пэт сейчас составляет март, так что обсудите с ней даты, если вы…

— Мне интересно, сможет ли кто-нибудь подменить меня в это воскресенье, — сказала Робин. Я должна быть на хвосте у Фингерса. Я бы не просила, но у меня там просмотр квартиры, которую я очень хочу посмотреть. Они показывают ее только по воскресеньям.

— Нет проблем, — сказал Страйк, — я буду работать в твою смену, если ты не против поработать в понедельник.

Обмен был согласован, и обсуждение перешло в дружеский треп, так что Робин набрала на своем телефоне быстрое электронное письмо агенту по недвижимости.

Пока она печатала, на экране ее телефона промелькнуло уведомление от BBC News. Что-то о том, что жертвы поножовщины названы по именам; она смахнула его. В Лондоне так много преступлений совершается с применением ножей, что трудно было уследить за ними: шрам длиной восемь дюймов на предплечье Робин, все еще выступающий, тускло-розовый и блестящий, был реликтом такого нападения.

Остальные члены команды убирали стулья или возвращали их в привычное положение. Дождь продолжал стучать в окна офиса. Когда Робин нажала кнопку “Отправить” на своей электронной почте, по экрану проскользнуло второе уведомление от Би-би-си. Ледвэлл и Блэй обнаружены на Хайгейтском кладбище.

Робин несколько секунд смотрела на экран, затем коснулась пальцем уведомления. Кто-то попрощался с ней, но она не ответила, потому что ждала, пока загрузится полный сюжет о поножовщине на Хайгейтском кладбище. Стеклянная дверь офиса открылась и закрылась. Мидж и Барклай ушли, болтая друг с другом, их шаги затихали на металлической лестнице.

Жертвы поножовщины в Хайгейте были создателями культового мультфильма

Скотланд-Ярд назвал имена жертв двойного ножевого ранения, произошедшего вчера вечером на Хайгейтском кладбище: ими оказались 30-летняя Эди Ледвэлл и 25-летний Джош Блэй, соавторы хитового мультфильма Netflix “Чернильно-черное сердце”, действие которого происходит на том же лондонском кладбище.

Тело Ледвелл было обнаружено работником кладбища. Блэй выжил после нападения и был доставлен в больницу Уиттингтон, где он находится в критическом состоянии.

Полиция просит граждан, заметивших кого-либо необычного в окрестностях кладбища между 16 и 18 часами 12 февраля, позвонить на специальную горячую линию (номер указан ниже). Описание нападавшего пока не опубликовано.

Ледвелл и Блэй создали неожиданный хит после встречи в Норт-Гроув Art Collective…

Сквозь громкий стук крови в ушах Робин поняла, что с ней кто-то разговаривает. Она подняла голову.

— В чем дело? — резко спросил Страйк, потому что краска отхлынула от лица Робин.

— Та девушка — женщина — которая хотела, чтобы мы расследовали дело интернет-тролля? Ее убили.

Глава 11

Но должна ли пьеса

Окажется пронзительно серьезной,

Если ликование померкнет

В жестком взгляде смерти,

Не будет ли веселье

не покажется слишком дорогим?

Не слишком ли шутка

Не забралась ли слишком далеко?

Эмили Дикинсон

LV

Внутриигровые чаты между всеми восемью модераторами Drek— s Game

<Канал модераторов>

<13 февраля 2015 17.34>

Червь28: Хартелла?

Червь28: Я вижу, что ты здесь.

Червь28: привет?

Червь28: кто-нибудь?

Червь28: пожалуюста

<Морхауз присоединился к каналу>

Червь28: Морхуз, слава богу, ты видел?

Морхауз: да

Червь28: Я не могу

Червь28: Это не может быть правдой, не так ли?

Червь28: о боже я не могу перестать плакать

Червь28: это не может быть правдой

Морхауз: Я думаю, что это правда, Червь

Морхауз: Они бы не называли имен, если не были уверены.

Червь28: о боже

<Фиенди1 присоединился к каналу>

Фиенди1: вы слышали?

Червь28: да

Фиенди1: кто-нибудь знает что-нибудь?

Морхауз: нет