Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 176)

Робин ждала взрыва от Бранфута, но он просто смотрел на Страйка через стол, механически пережевывая последний блинчик. Наконец он медленно встал и, глядя с вышины на Страйка, сказал:

– Платите за свой гребаный ужин сами.

Он бросил салфетку и, даже не взглянув на Ким, вышел.

Ким побледнела и, казалось, приросла к стулу от шока. Страйк поднял руку, чтобы позвать наблюдавшего официанта.

– Не могли бы вы отменить основное блюдо лорда Бранфута, пожалуйста? – сказал он. – Его неожиданно вызвали. И ее тоже отмените, – добавил он, указывая на Ким.

– Вы..? – начал официант.

– Она уверена, – сказал Страйк.

Растерянный официант отступил.

– Итак, – сказал Страйк, обращаясь к Ким. – Твоя очередь. Ты говорила, что ушла из полиции из-за "политики".

– Да, – ответила Ким.

– Что политического в том, чтобы отсосать коллеге в машине, пока вы якобы на службе?

Лицо Кима побагровело.

– Этого не было. Люди так говорили, но это не так.

– Так вот почему жена Эда Биллингса выгнала его?

– Этого не было, это был просто слух, который распустила бывшая Рэя!

– Тебя не волновала правда, когда ты пошла к Доминику Кальпепперу и сказала, что я – отец ребенка Бижу Уоткинс. Не думай мне тут пиздеть, – добавил он, когда Ким открыла рот. – Я знаю, что это была ты. Но как только пресса получит запись, которую Бранфут снял в своей берлоге в Ламбете, и увидит на записи бывшую сотрудницу полиции, им понадобится две минуты, чтобы выяснить, что ты ушла, потому что тебя поймали за отсосом женатому коллеге…

– Я этого не делала, это ложь, я не…

– О, они, вероятно, напишут пару раз "предполагаемый", но с этого момента никому не будет дела до того, кто еще был в этой квартире. Ты окажешься в заголовках на недели, – сказал Страйк.

– Ты не можешь…

– Смотри на меня, – сказал Страйк. – Откуда Бранфут знал подробности о работе Мерфи? Ты ему сказала. Откуда он узнал о ребенке Десимы? Ты сказала ему. Но обещаю тебе вот что: если ты не заткнешь свою гребаную пасть по этим вопросам, у нас не останется ни одного табу. Я добьюсь, чтобы ни одно детективное агентство в Британии и пальцем не подвинулось в твою сторону. Отношения с женатыми, самоубийство Рэя, отсос Биллингсу, вылазки на Блэк-Принс-Роуд с любительским порно – думаешь, ты тефлоновая, но я позабочусь о том, чтобы к тебе прилипло столько грязи, что никакой шланг ее не отмоет, и мне совершенно насрать, насколько это правда.

Лицо Ким снова побледнело, глаза наполнились слезами.

Страйк вернулся к своей скумбрии, делая вид, что ее просто не существует. Через минуту Ким неуверенно поднялась и вышла из ресторана.

– Это неправильно, – тихо произнесла Робин, – что мне это очень, очень понравилось?

– Если это неправильно, – ответил Страйк, засовывая в рот очередной кусок скумбрии, – я не хочу быть правильным.

– Как ты…?

– Уордл. Он той ночью пытался подробно объяснить мне, почему она ушла, но я был занят другим.

Вспомнив, о чем шла речь, он сделал еще один глоток "Монраше" 92-го года, а затем сказал:

– Уордл узнал больше о Уэйде Кинге в зеленой куртке.

– Правда? – спросила Робин, пытаясь казаться просто заинтересованной. Упоминание имени мужчины вызвало в памяти яркое воспоминание о его лице, искаженном квадратными тенями.

– Он работал дальнобойщиком, пока его не уволили.

– Дальнобойщиком? – переспросила Робин. – Как…

– Наш покойный друг Тодд. Именно.

– Кинг ездил на континент?

– Возможно. Многие из них ездят.

Робин понизила голос.

– Ты считаешь, что преступная группировка, занимающаяся торговлей людьми, все еще действует?

– Я думаю, это возможно.

– Так что, похоже, Кинг может быть Озом?

– Думаю, это тоже возможно. Я пытаюсь выяснить, где он был в выходные с семнадцатого по девятнадцатое июня прошлого года. А пока наши меры безопасности остаются в силе, понятно? Днем работаешь спокойно и не ходишь вечерами одна, без сопровождения.

Робин предпочла не спорить. Страйк, обрадованный отсутствием сопротивления, сказал:

– Продолжай то, что рассказывала мне в баре об Остине Х.

– О, да, – сказала Робин. – На сайте "Правда о масонах" он спрашивает, защищают ли масоны друг друга.

– Кажется, я это видел, – сказал Страйк, слегка нахмурившись. – Разве никто не ответил, что думал о мафии?

– Верно, – сказала Робин.

– Fuzz, – в качестве эксперимента произнес Страйк.

– Что?

– Он ведь ничего не говорил про "fuzz"? У меня такое чувство, что я видел имя Остин в связи со словом "fuzz".

– В смысле, полиция?* – спросила Робин в недоумении.

(*Fuzz – жаргонное название сотрудников полиции - прим.пер)

– Понятия не имею… вылетело из головы. Сам потом проверю. Что там Остин писал на "Оскорбленных и обвиненных"?

– Отец его девушки распространял о нем грязные слухи, и он хотел узнать, как это остановить. Большинство опрошенных советовали просто врезать отцу.

– Да, я заметил, что там не очень-то ценят откровенные разговоры.

– Но это ведь могло бы подойти Руперту, – сказала Робин.

– Возможно, – сказал Страйк, хотя его слова прозвучали скептически. – Но если "слухи" означают, что Дино Лонгкастер рассказал людям, что Флитвуд стащил его неф, то это правда. Единственное, с чем, похоже, согласны буквально все, включая самого Флитвуда, – это то, что он действительно стащил неф.

Страйк задумался на минуту, а затем сказал:

– Возможно, в понедельник у меня будет больше информации по Флитвуду. Есть зацепка. Может, и ни к чему не приведет. Скажу, если что-то выйдет.

Быть честным и рассказать, какую именно зацепку он собирался проверить, значило бы упомянуть Шарлотту, а почти каждый раз, когда он делал это в последнее время, Робин сразу сворачивала разговор.

Появился официант и убрал тарелки. Когда он ушел, Страйк сказал:

– Бог весть, сколько они с нас содрут, но давай закажем десерт. Все равно – будь повешен за овцу, будь и за ягненка.

Они оба сразу же вспомнили о серебряной овечке на браслете, который Робин еще ни разу не надевала.

Глава 109

Ветер, волна и ладья – несите Эвти́кла и меня,

Балаустион, прочь – не от печали, но от отчаяния,

Не от воспоминаний, но от настоящего и его муки!

Роберт Браунинг