Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 168)

Глава 105

Ночью, когда мой отец забрал меня

Его мысли были не обо мне;

Он не терзал свое воображение

Размышляя, стоит ли мне быть

Сыном, которого вы видите.

А. Э. Хаусман

XIV: Виновник, Последние стихи

Таунхаус, к которому Страйк подъехал через полчаса, был высоким и белым, с колоннами по обе стороны глянцево-черной входной двери. Подойдя достаточно близко, чтобы рассмотреть его, он заметил, что вместо стандартной львиной головы латунный дверной молоток был в форме электрогитары. Страйк решил позвонить в звонок.

Он услышал шаги и уже положил руку в карман за визиткой, ожидая увидеть домработницу или, может быть, дворецкого, когда дверь открылась, и на пороге оказался высокий, с поседевшими волосами Джонни Рокби собственной персоной, одетый в черный костюм и синюю рубашку с открытым воротом.

– А, – сказал он, ухмыляясь и отступая, чтобы пропустить Страйка. – Входи.

Страйк знал, что в молодости Рокби был точно такого же роста, как его старший сын, хотя теперь стал немного ниже. Рокби позволил своим густым волосам до плеч поседеть, после того как много лет красил их в лилово-каштановый цвет. Его орехового цвета лицо было изрезано глубокими морщинами, несомненно, из-за долгого пребывания в доме отдыха на Карибских островах, а также многолетнего употребления наркотиков и алкоголя. В отличие от старшего сына, он был очень худым.

– Проходи, – сказал он и провел Страйка в огромную гостиную, обставленную в шоколадно-коричневых и золотых тонах. Она показалась ему смутно знакомой, но в своем рассеянном состоянии Страйк не мог понять, почему.

– Пру говорит, что тебе нужна помощь.

– Да, – сказал Страйк. Каждая клеточка его души возмущалась необходимостью говорить это, но выбора не было: либо это, либо неминуемая катастрофа для агентства. – Мне нужен адвокат, который может действовать быстро. Я плачу, но, думаю, ты сможешь найти хорошего быстрее, чем я.

– Без проблем, – сказал Рокби.

Он достал из кармана мобильный телефон и набрал номер.

– Денхолм, это Джонни. Срочно. Я дома, позвони мне… Он позвонит, как только прослушает, – сказал Рокби, кладя мобильный на журнальный столик. – Хочешь выпить?

– Я за рулем, – сказал Страйк.

– Хочешь безалкогольного пива? Я сам больше не пью. Врач запретил. Садись.

Страйк послушался и сел на большой коричневый диван, расположенный перпендикулярно креслу Рокби. Рокби нажал на маленький звонок на стеклянном столике рядом с ним, и появилась филиппинка средних лет в серебристо-серой униформе.

– Можно нам выпить пару кружек ненастоящего пива, Тала?

Она ушла, а Рокби повернулся к Страйку.

– Зачем тебе нужен адвокат?

– Доминик Калпеппер пытается навязать мне еще одну историю, – сказал Страйк.

– Какого черта он к тебе прицепился? Почему…?

У Рокби зазвонил мобильный. Он ответил.

– Я, Денхолм, извини, что звоню так поздно… нет, это мой сын… нет, Корморан… нет, это он нуждается в тебе… да… он сейчас со мной. Я дам ему трубку.

Страйк забрал телефон отца.

– Добрый вечер, – сказал Страйк.

– Добрый вечер, – раздался сухой, аристократический голос в трубке.

– Мне нужна помощь с материалом, который собирается опубликовать Доминик Калпеппер.

– На какую тему?

– Судебный запрет, поданный Эндрю Хонболдом, королевским адвокатом. Он хотел, чтобы газеты не публиковали информацию о том, что он не знал, кто является отцом ребенка от женщины по имени Бижу Уоткинс: он или я. У меня никогда не было с ней сексуальных отношений, она это подтвердит, и у меня есть анализ ДНК, который доказывает, что ребенок не мой, и который видел Хонболд. Я могу немедленно переслать вам информацию, если потребуется.

– Очень хорошо, – сказал Денхолм. – Калпеппер, вы сказали?

– Да.

– Хорошо, я перезвоню вам через…

– Дай мне телефон, – громко сказал Рокби, указывая на Страйка. – Дай мне.

Страйк передал его.

– Денхолм? Заставь этого ублюдка извиниться еще и за ту чушь про шлюху.

– Нет… – начал Страйк.

– Скажи этому гребаному Калпепперу, – сказал Рокби, махнув рукой Страйку, – пусть забирает все свои слова обратно, иначе Корморан увидит его в суде. Все. Я хочу, чтобы этот мудак обделался… да… именно… да. Хорошо.

Рокби повесил трубку и сказал:

– Он перезвонит, как только свяжется с ним.

– Я не хотел, чтобы в это впутывали что-то другое, – сказал Страйк, с трудом сдерживая свой гнев.

– Почему? – спросил Рокби. – Это правда?

– Нет, но…

Улыбающаяся экономка вернулась с подносом, который она поставила на полированный стол красного дерева. Когда она налила два пива и ушла, Страйк сказал:

– Я не могу позволить себе годы судебных разбирательств.

– Не придется, – сказал Рокеби. – Денхолм с этим справится. Он наводит ужас на ублюдков, потому что они знают, что его клиенты могут их прикрыть.

– Но я не в том финансовом положении, чтобы…

– Я п…

– Я не хочу, чтобы ты за что-то платил, я тебе уже говорил. Я пришел сюда за твоими связями, а не за деньгами.

– Черт побери, дай мне этим заняться.

– Нет, – сказал Страйк.

– Гордыня, да? – спросил Рокби таким тоном, словно у Страйка было заболевание, передающееся половым путем.

– Что-то в этом роде, – сказал Страйк.

– Тогда оплати это из своих денег. Они все равно лежат без дела.

– Я не хочу.

– Почему? – спросил Рокби, но прежде чем Страйк успел что-либо сказать, он добавил: – Месть за твою мать? За то, что ты думаешь, будто я лишил ее денег, заставил жить в нищете? Я скажу тебе, почему я не давал ей напрямую: твоя тетя Джоан позвонила в мой офис и сказала, что Леда проматывает деньги на парней и наркотики, а у тебя не было нормальной обуви. Леда могла получить все, что хотела, если бы доказала, что это для тебя, но она даже не попыталась спросить после того, как я установил пару ограничений. Слишком хлопотно. В любом случае, ты же брал деньги раньше.

– Если я хотел работать, выбора не было. Никто не считал, что одноногий человек, у которого никогда не было ипотеки, – это хороший бизнес-риск, – сказал Страйк. – И я вернул всю сумму, на случай, если твой бухгалтер никогда…

– Я знаю, что ты, блядь, вернул их, но какой, блядь, смысл? Это твои деньги. Они по закону твои. Что ты сделаешь, когда я умру, сожжешь их? Отдашь в чертов приют для ослов?

– Возможно, RNLI*, – сказал Страйк. Он отпил пива.

– Для твоего дяди, да? Как его звали?

– Тед, – сказал Страйк.