Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 135)
– Не перекусить ли, пока подумаем, что делать дальше?
Они вернулись в паб "Бель Эйр", который казался самым вероятным местом, где можно было поесть. Хромота Страйка становилась все заметнее. Когда из небольшой лавки с мороженым выбежал золотистый ретривер и радостно направился к ним, Робин остановилась, чтобы его погладить, и сказала:
– Знаешь, ты иди пока и закажи что-нибудь, а я тебя догоню. Есть одна мелочь, которую я забыла – хочу посмотреть, можно ли здесь купить.
Раздумывая, будет ли она звонить Мерфи, Страйк в одиночку прошел мимо туалетов паба, которые находились на противоположной стороне небольшого дворика и были обозначены как "Men
(*мужчины и женщины, по-английски и по-французски - прим.пер)
Несколько местных жителей смотрели скачки на большом плоском экране в передней комнате, устланной красным ковром. Этот паб напомнил Страйку его старый корнуоллский паб "Виктори" – здесь чувствовался тот же морской дух, который, во второй из двух комнат, проявлялся даже в барной стойке, сделанной из деревянной гребной лодки. Он купил себе пинту, спросил, подают ли еду, услышал, что из еды только пицца, заказал две – и, с облегчением, опустился за столик в углу, у стены, увешанной старинными музыкальными афишами, среди которых были не только Битлз и Боуи, но и группа его отца – The Deadbeats.
Тем временем Робин шла по главной улице, "Авеню". За исключением магазина серебряных украшений, почти все было закрыто, но наконец она заметила что-то вроде универсального магазина, который был открыт и, казалось, предлагал все: от предметов первой необходимости до поздравительных открыток и игрушек. Она уже собиралась войти, когда, взглянув налево, увидела крупную фигуру, направлявшуюся к ней, и узнала Ричарда де Леона. Заметив Робин, он поспешно повернулся и зашагал обратно к "Рю де Лаш".
Робин понесла свою покупку – трость с резиновой ручкой – обратно в паб. Поравнявшись с улицей "Рю де Лаш", она посмотрела на дорогу, но Ричард де Леон, похоже, уже скрылся в доме своей матери.
Она нашла Страйка в задней комнате "Бель Эйр", где передала ему трость.
– Да, она тебе действительно нужна, – раздраженно сказала она, когда Страйк открыл рот, чтобы возразить. – После этого нам придется идти пешком до отеля. Страйк, ну серьезно, я даже взяла цвета хаки – чтобы никто не подумал, будто ты неженка.
Страйк усмехнулся, хотя и неохотно, потому что он мог легко представить себе Мерфи, беспрепятственно шагающего по острову, возможно, со своей гребаной спортивной сумкой и бутылкой с водой.
– Надо было взять с собой, – признался он. – Спасибо. Я заказал тебе пиццу, это все, что у них было.
– Отлично, – сказала Робин. – Кстати, я только что снова столкнулась с Ричардом де Леоном. Он не угрожал, – добавила она, предупреждая вопрос Страйка. – Он вообще ничего не сказал, просто заметил меня и повернул обратно.
– Странно, – сказал Страйк, когда группа людей уселась за соседний столик. Он отпил безалкогольного пива, а затем, понизив голос, добавил: – Я собирался рассказать тебе, прежде чем уснул в самолете. Та шотландка Гейтсхед, которую я принял за сестру погибшего лучшего друга Ниала Сэмпла? Кажется, я нашел несколько ее следов в интернете за выходные. За последние семь лет она создала и удалила два разных аккаунта в Твиттере и страницу в Фейсбуке. Смотри сама.
Робин просматривала фотографии на телефоне Страйка. Посты Рены Лиддел были зачастую загадочные и временами бессвязные. Девушка явно любила выкладывать случайные снимки облаков, дверных проемов и размытые фото прохожих со спины, но не селфи. На всех трех аккаунтах в качестве аватарки стоял мультяшный рисунок фиолетово-синей летучей мыши.
– Зубат, – сказала Робин.
– Что? – переспросил Страйк.
– Ее аватар – это покемон, по имени Зубат. Мой брат Джон в детстве помешан был на покемонах. Но она подписана как @Mirbat, а не @Zubat.
– Это одна из причин, по которой я почти уверен, что это она.
– Тебе нравятся покемоны? – засмеялась Робин, подняв на него глаза.
– Нет, – сказал Страйк, – Мирбат – это прибрежный город в Омане. В семьдесят втором там было сражение: девять спецназовцев САС против двухсот пятидесяти коммунистов. САС победили.
– Девять против двухсот пятидесяти?
– Лучшие из лучших, – сказал Страйк, как и в Айронбридже. – Не удивлюсь, если Рена узнала о битве от своего брата, отсюда и ник.
Робин пролистала хаотичные и бессвязные посты Рены. Сквозь весь поток сообщений ясно прослеживалась ее навязчивая идея: мусульмане и опасность, которую, по ее мнению, они представляли для Великобритании. На несколько ее твитов уже поступили жалобы, и они были удалены. Судя по тому, что осталось, Робин подозревала – убрали самые откровенно исламофобские.
– Похоже, у нее серьезное психическое расстройство, зависимость – или и то и другое сразу, – продолжил Страйк. – Пишет урывками, потом исчезает на месяцы. В последнее время все реже и все бессвязнее. Но если пролистать назад до 2015-го, можно найти момент, когда, видимо, лекарства действовали…
Робин пролистала вниз и увидела запись:
говорят, что мой брат умер, я не верю. не думаю, что он и правда умер. не верю.
– Разумеется, – сказал Страйк, – если Ричард де Леон не врет и с Дэнни он не общался с восемнадцатого июня прошлого года, тогда Рена Лиддел тут вообще ни при чем…
В руке Робин зазвонил мобильный телефон Страйка.
– Уордл, – сказала она и протянула телефон обратно.
– Я выйду, – сказал Страйк, бросив взгляд на группу людей за соседним столиком.
Страйку пришлось неохотно признать, что трость оказалась полезной и позволила ему выбраться во двор быстрее, чем он бы сделал это без нее.
– Что случилось? – спросил он Уордла.
– Привет, – сказал полицейский. – Ничего срочного. Я просто хотел спросить… ты всерьез предлагал работу в агентстве?
– Да, конечно. Правда, вряд ли мы сможем предложить тебе такую же зарплату, как у вас.
– Да, я знаю, – сказал Уордл. – Но я думаю об этом. Как я говорил, после смерти мамы я могу позаботиться о Лиаме.
– Мы можем взять тебя хоть завтра, – сказал Страйк, хотя, говоря это, он вдруг подумал, что еще не обсудил это со своим партнером-детективом. Рассеянно повернувшись лицом к главной улице, он увидел, как Ричард де Леон вышел с "Рю де Лаш", огляделся, заметил наблюдающего за ним Страйка и поспешно ретировался тем же путем, которым пришел.
Тем временем в пабе к столику Робин подошел бармен с двумя пиццами.
– В отпуске? – спросил он, ставя их на стол.
– Не совсем, – сказала Робин. – Мы ищем человека по имени Дэнни де Леон.
– Дэнни? – весело спросил бармен. – Он у Хелен Платт, только что видел его. Кло-де-Камиль, на улице "Ла-Сеньери". Он у нее в саду работает.
Глава 84
Что же столь же ложно, как истина,
Ложь по отношению к тебе?
Где змея оставила след,
Избегай древа…
Роберт Браунинг
Последнее слово женщины
Доев пиццу, Страйк и Робин вышли через полчаса из "Бель Эйр" и направились по "Авеню" под небом, все еще грозящим дождем, следуя устным указаниям услужливого бармена. Когда они проходили мимо небольших низких магазинчиков, которые либо пустовали, либо были закрыты, Страйк спросил:
– Как ты думаешь, какова вероятность того, что наш друг Ричард пытался улизнуть, чтобы предупредить брата о наших поисках?
– От высокой до очень высокой, – ответила Робин.
– Почему он просто не позвонил ему?
– Может, и позвонил, – сказала Робин. – Или ждал, пока ты вернешься в паб, а потом рванул туда. Может, он уже ждет нас у Хелен Платт. Надеюсь, без своего полена.
Страйк рассмеялся, но не ответил шуткой: даже с тростью дорога по неровной, неасфальтированной "Авеню" давалась ему тяжело, и он не хотел ни выглядеть, ни звучать как человек, которому трудно идти – особенно при мысли, что Мерфи, будь он здесь, наверняка перескакивал бы через заборы, ловкий ублюдок.
– Не понимаю, почему это место вообще британское, – сказала Робин, когда они свернули направо, на "Рю-де-ля-Сеньори". – Все названия французские, и до Франции ближе, чем до Британии.
– По-моему, оно и не совсем британское, – ответил Страйк, стараясь изо всех сил не морщиться и не задыхаться. – Сеньор вроде как держал остров от имени британского монарха, или что-то в этом роде. Все тянется еще с Вильгельма Завоевателя.
Они прошли мимо церкви с кладбищем и местного полицейского участка – оба здания были старые, низкие, каменные. Еще через несколько минут они миновали ряд ухоженных домов. Вдали, слева, виднелась башня Сеньории – большого каменного особняка, где жил нынешний сеньор.
– Вот он, – вдруг сказала Робин, указывая на дом, выкрашенный в светло-розовый цвет. – Кло-де-Камиль.
Дом был заметно лучше ухожен, чем жилище семьи де Леонов; камелия, давшая ему название, гордо цвела у самого входа. Однако на звонок никто не ответил.
– Может быть, Ричард позвонил, чтобы предупредить его, – сказала она, вернувшись к Страйку на улицу.
Расписная боковая калитка была открыта, через нее можно было увидеть длинный и ухоженный сад.
– Там парень с лопатой, – сказал Страйк, прищурившись на фигуру в ярко-желтой куртке, которая, казалось, работала на дальнем конце лужайки. – Мы могли бы…
У Робин зазвонил мобильный телефон.
– Извини, – сказала она с тяжелым чувством, увидев, что звонит Мерфи. – Я должна…