Джо Спейн – Шесть убийственных причин (страница 16)

— А что здесь такого? — этот вопрос Адама слегка позабавил.

— Ну, ты же уже почти выучился на компьютерщика, перед тем как… ну, понимаешь. Все произошло.

— У меня не было особого выбора: я не говорил по-французски. Работал, постепенно сделал карьеру, выбился в начальники, а потом открыл свою фирму.

— Как получилось, что тебе все это удалось, но так и не нашлось времени позвонить домой? — произнесла Кэйт.

Клио поморщилась. Сестра умела говорить таким тоном, как будто все прекрасно, однако при этом «прекрасно» означает, что все ни черта не прекрасно, однако все продолжают улыбаться.

— Все не так, — ответил ей Адам. — Я собирался позвонить. Каждый божий день.

Ясно как день, что он что-то скрывает. По крайней мере, для Клио это очевидно. Неужели остальные не видят?

— Ну ладно, — снова заговорил Фрейзер. — Он же с нами по-честному. Не забывайте, это радостное событие. У нас мирный семейный ужин.

— И, черт возьми, объедение, — подал голос Райан. — Только сейчас понял, как мне осточертела паста. И почему Ирландия не славится своей кухней?

— Это французский рецепт, идиот, — сухо заметила Клио.

Райан небрежно пожал плечами. Белла, сидящая рядом с ним, засмеялась. Напряжение снова спало. Вверх-вниз, как старый чайник, который никак не может вскипеть.

— Ну вот, всё как в старые добрые времена, — улыбнулся Фрейзер. — Дети препираются. Что ж, у меня есть для всех новость, которая, надеюсь, сделает этот уик-энд по-настоящему праздничным.

Клио переглянулась с братьями и сестрами. Сидящий у нее в ногах Тедди застыл.

— Хэх, ну что тянуть, — сказал Фрейзер. — Я кое с кем познакомился.

Все молчали. Никто не понимал, о чем это и к чему.

— Я много лет оплакивал вашу мать. Но, знаете ли, ведь я еще относительно молод. И… я снова обрел счастье.

Клио нахмурилась. Что за черт? В наступившей тишине Фрейзер неловко заерзал.

— Да, ну так вот, я решил, что не стоит представлять ее сразу же, ведь столько лет не собирались вместе за столом, уже даже и не помню сколько. Однако думаю, мы еще не скоро снова так соберемся. Так что, надеюсь, вы не возражаете, если она попьет с нами кофе. А следующую новость мы объявим уже вдвоем. Ана!

Клио поняла, что происходит, только когда открылась дверь. Вошла женщина, миниатюрная, смуглая, миловидная. Ее темно-каштановые волосы, седеющие у корней, были заплетены в датские косички, которые, как до сих пор казалось Клио, носят только сказочные персонажи.

Сколько же она, интересно, прождала за дверью в ожидании своего выхода? И откуда, черт возьми, она взялась?

У женщины было приветливое лицо, но сейчас она не улыбалась. Она смотрела на них с плохо скрываемым ужасом.

— Входи же, входи, — сказал Фрейзер, вставая. — Ана, это мои дети. Дети, это Ана. Дэнни ты уже знаешь, а остальных нет.

— Привет, — проговорила женщина, краснея.

Акцент. Клио не смогла разобрать, какой именно. Восточная Европа?

Все замерли. Клио слышала, что Кэйт пробормотала себе под нос что-то похожее на старый мудак.

Фрейзер в своем радостном возбуждении не замечал ничего вокруг.

— Мы с Аной встречаемся уже несколько месяцев. Ее муж тоже умер несколько лет назад.

Ана, очевидно более остро ощущая тишину в столовой, явно нервничала. Она позволила Фрейзеру взять себя за руку, но так и не приблизилась к столу. Вместо этого одна ее нога продолжала смотреть в сторону двери, как если бы женщина собиралась броситься бежать.

И мы решили пожениться.

Клио почувствовала, что у нее натурально отпала челюсть.

Фрейзер оторвал взгляд от невесты и оглядел детей, потом снова посмотрел на Ану. При виде ее неуверенности радость на его лице сменилось озабоченностью.

— Ну поздравляю, старикан, — сказал Дэнни, поднимая бокал.

Клио машинально протянула руку за своим.

Но тут Элен резко отпихнула стул, так что вилка полетела на пол. У ног Клио Тедди резво, насколько позволяли старые кости, вскочил на ноги и ударился головой снизу о стол.

— Ты шутишь, — сказала Элен, глядя на отца так, словно собиралась убить его. — Да ты, черт тебя подери, шутишь.

После

Следователь Даунс подкрутил регулятор электрического нагревателя, а потом взял мобильник. Адам видел, что он открыл браузер, набрал какой-то запрос и прищурился, перелистывая результаты поиска.

Адам принялся разглядывать собственные руки. В драке с Джеймсом он разбил костяшки пальцев. Стоило того, подумал он.

— Итак, насколько я могу понять, сегодняшнему вечеру предшествовали бурные дни, — сказал следователь. — Вы знали, на что идете, когда возвращались домой?

Адам глубоко вздохнул.

Не буду врать вам, следователь: у нас в семье всегда были сложности.

Зачем же тогда возвращаться?

— Я не могу вам все объяснить прямо сейчас. До сегодняшнего вечера, пожалуй, мне казалось, что это мой долг. Если бы я знал, что произойдет…

— А почему вы вообще сбежали?

— У меня был… наверное, можно назвать это срывом.

— То есть вы ни с кем конкретно не ссорились? — уточнил следователь Даунс. — Например, с отцом?

— Я никогда не ссорился с Фрейзером, это правда. С остальными…

— А как с ними?

— Я… ничего. Не мне об этом говорить. Следователь вздохнул.

— Как жилось во Франции?

— Хорошо. То есть… не то чтобы хорошо. Пришлось жить с последствиями своих поступков. Но не считая этого… я вполне хорошо устроился, вот что я хочу сказать.

Понимаю. А теперь снова вернулись во всю эту кашу.

Адам пожал плечами.

Скажите, Адам, что вы почувствовали, когда отец объявил, что собирается жениться снова? Вы лишь недавно узнали о смерти матери. Должно быть, вы еще не успели пережить это событие. Что вы подумали, когда Фрейзер объявил об этом?

— Ничего, — сказал Адам. — Ничего не подумал. Я не участвовал в их жизни последние десять лет. Если бы он объявил, что колет себе гормоны, чтобы стать женщиной, я и то не имел бы права на свое мнение. Да, я поздно узнал о смерти мамы, но это же моя вина, а не его.

Следователь улыбнулся.

— Ваша сестра Элен удивилась, правда? Она не подозревала, что у него есть подруга, и уж тем более, что они собираются пожениться. Думаю, для нее это означает определенные изменения в планах. Например, она остается без дома, если, конечно, надеялась оставаться там и дальше. Такие вещи могут сильно разозлить.

Адам вытянул руку, и запястье пронзила боль. Видимо, растянул ее в драке.

— Элен постоянно была с нами, пока мы находились на яхте, — ответил он, уловив в своем голосе осторожные нотки. — Она все время была на корме вместе со всеми, а потом она, Райан и я спустились вниз вместе с Аной. Элен пошла в туалет. Она… немного расстроилась.

— Расстроилась? Ясно. А вы уверены, что не упускали ее из виду до этого? Или потом, когда она вышла?

— Абсолютно. Она расстроилась не потому, что только что убила отца, если вы к этому клоните.

— А почему же тогда?

— Не знаю.

— Ясно, — следователь вздохнул и что-то записал в блокнот. Он просмотрел свои записи, поджал губы, снова взглянул на Адама и предложил: — Давайте поговорим о Джеймсе.

— О чем именно?