Джо Спейн – Идеальная ложь (страница 26)

— Наверно.

Даже думать сейчас об этом не хочу. Я представить не могу, как буду жить в квартире одна. При этом Карла говорит, что пройдут недели, пока не решится вопрос с рассрочкой, если я, конечно, не хочу платить штрафные санкции.

— Тебе будет ее не хватать, — кивает Майк. — Между прочим, после перебазирования мне останется досидеть в Сирии всего ничего. Сама знаешь — у меня шило в заднице, но я, если что, могу приехать сюда. Вдруг тебе понадобится помощь? Нет, я не навязываюсь. Просто хочу, чтобы ты была в курсе — на меня можно рассчитывать.

Я стараюсь следить за выражением своего лица. Предложение Майка звучит неожиданно. Чего он хочет? По старинному обычаю взять в жены супругу покойного старшего брата?

И все же я выдаю себя. Лицо Майка расплывается в улыбке.

— Ты меня не так поняла, — говорит он. — Просто… знаешь, Эрин, таким, как я, в армии туго.

— Ты имеешь в виду черным? — хмурю брови я.

— При чем тут цвет кожи?

Майк берет бокал, смотрит на меня поверх него, делает глоток.

Ах вот что.

Я раскидываю мозгами, и до меня, наконец, доходит. Мне никогда не доводилось слышать о девушках Майка.

Подобным образом он вежливо намекает, что не собирается занимать в моей жизни место Дэнни. Я чувствую себя идиоткой.

— Мадам, — он встает и подает мне руку, чтобы помочь слезть с барного стула.

Мы открываем дверь и, обнаружив, что начался проливной дождь, стоим под навесом бара — ждем, когда он закончится. Я понимаю, что Майк над чем-то напряженно думает. Это видно по его липу, по позе: ссутулился, поник.

— В чем дело? — спрашиваю я.

— Ни в чем.

— Не ври.

Майк мнется. Я смотрю на него и терпеливо жду.

— Ты сказала, что до тебя у Дэнни ни с кем не было длительных отношений.

— Ну и?.. — пожимаю плечами я.

— Ну… вообще-то до тебя он достаточно долго встречался с девушкой.

Я сглатываю, сердце начинает биться чуть быстрее.

Мы с Дэнни не были ревнивцами. Мы спокойно рассказывали о бывших, даже о тех, с кем проводили лишь одну ночь.

У меня за плечами имелся опыт отношений с несколькими парнями. Дэнни уверял, что никого не подпускал к себе слишком близко — настолько, чтобы разрыв причинял боль.

— Он никогда о ней не рассказывал.

Майк пожимает плечами.

— Как ее звали?

— Слушай, я не помню. Да и вообще, ты, наверное, права. Наверное, у них все было несерьезно.

Майк врет.

Мы несколько секунд смотрим друг на друга. Он отводит взгляд первым.

Теперь и Майк понимает, что Дэнни не всегда был честен со мной.

И Майку, наверное, тоже хочется узнать, что стало тому причиной.

Когда Майкл с Глорией уходят, я сажусь, скрестив ноги, на кровати, укрытой покрывалом. Перед собой ставлю ноутбук, под спину подкладываю подушки.

Начинаю со странички Дэнни на «Фейсбуке». Слава богам, мне удается угадать пароль.

Мое имя и дата рождения.

У меня тоже есть страничка на «Фейсбуке», только я им редко пользуюсь. А Дэнни пользовался им постоянно и потому восхищался моим равнодушием к нему. Чем бы мы ни занимались, он время от времени фотографировал нас вместе и тут же размещал снимки в сети. «То есть, если никто об этом не узнает, считай, этого и не было?» — ехидничала я. Дэнни не обращал на это внимания. Как правило, я открывала «Фейсбук», потому что мне приходило уведомление, что Дэнни Райан разместил очередную фотографию с моим изображением. А потом соцсеть приходилось побыстрее закрывать — я принималась читать пояснения Дэнни и тонула в ошибках: как грамматических, так и синтаксических.

Представления не имею, чем там Дэнни занимался в «Фейсбуке», и потому вместо того, чтобы проверить список его друзей, первые полчаса просто плачу навзрыд, просматривая его посты. Фотографию за фотографией. На них мы вдвоем. Смотришь на них и думаешь, что нет на свете людей, которые бы любили друг друга сильнее, чем мы.

Приходит Таня, садится рядом со мной, кладет голову на плечо.

Сморкаюсь в салфетку из коробки, которая чудесным образом поселилась у меня на прикроватной тумбочке.

— Не верь фоткам с «Фейсбука»? Так вроде говорят? — шмыгаю носом я.

— Я верю, — пожимает плечами она, показывая на снимок. Мы с Дэнни запечатлены во время прогулки по заливу Ойстер-Бэй. Стоим оба в лодке, обнимаемся, в темных очках отражается солнце, в волосах поблескивают капли морской воды.

Я цокаю языком — злюсь на себя, что отвлеклась.

Затем открываю список его друзей.

«Жг Кого ищешь? — спрашивает Таня.

— Бывшую Дэнни, — отвечаю я.

Я не смотрю на сестру, но шестым чувством понимаю, что она сейчас хмурится, теребя пояс шелкового халата. Потом Таня пускается в наступление.

— Ты своих бывших держишь в друзьях на «Фейсбуке»? — спрашивает она.

— Я — нет.

— И чем эта бывшая такая особенная?

— Я не знала о ней. Дэнни говорил, что до меня у него серьезных отношений не было.

Таня заглядывает мне в лицо:

— Ну, соврал, и что с того?

Я не обращаю на нее внимания.

— Как ее зовут? — спрашивает сестра.

— Не знаю.

Таня тяжело вздыхает:

— Мне кажется, ты напрасно тратишь время.

Я лишь пожимаю плечами в ответ.

— Может, эта девушка бросила его, и он не хотел больше о ней вспоминать. Ну, уязвленное самолюбие и все такое, — предполагает Таня. — Эрин, по-моему, ты сейчас перегибаешь палку.

Пропустив ее слова мимо ушей, я вбиваю в поисковую строчку «Гугла» «Дуэйн Миллер». Поисковик выдает пару статей. Я просматриваю их на предмет упоминания группы «Справедливость». Действительно, есть, но не акцентированные. А причина, в силу которой группа заинтересовалась этим делом, остается неясной — одной строкой проскальзывает информация о нарушениях при задержании со стороны местных детективов.

— Кто такой этот Дуэйн Миллер? — спрашивает Таня.

Не прошло и пяти минут, как я забыла, что сестра сидит рядом.

— Таня, можешь сделать мне чай? — говорю я.

Она смотрит на меня, сощурив глаза.

— Только настоящий, не из пакетика.