Джо Шрайбер – Красный урожай (страница 11)
Зо вышла в длинный узкий коридор, освещаемый редкими панелями внутреннего освещения и последовала вперед еще через один открытый шлюз. Здесь проход еще больше сузился, потолок стал ниже, и она стала думать, что пошла не в ту сторону.
Согнувшись, чтобы пройти, Зо поняла, как по-настоящему здесь было холодно. Резкий порыв арктического воздуха хлестнул ее по лицу и предплечьям, она повернулась, открыла рот и вздрогнула, впервые ощутив холод с привкусом железа на задней стенке горла. Белые хлопья кружились у посадочной рампы, и в слабом серо-зеленом свете посадочных огней она впервые увидела, куда они приземлились.
Они сели не на посадочную площадку: если бы она здесь и была, они бы ее не нашли. Пейзаж за пределами корабля был представлен немногим больше, чем широкая бурлящая снегом степь белого на белом. От ветра у нее заслезились глаза, и Зо их протерла. Вдали сквозь пустоту она могла различить лишь зубчатые вершины, заостренные вверх, похожие на черный позвоночный столб. Что-то беспорядочное и, в то же время, тщательно спланированное было в очертании этих гор.
Мгновение спустя она поняла, что это было.
Это вообще были не горы.
Она попыталась сделать глоток и почувтсвовала, что в горле переслохло. Сухой морозный воздух впитал всю влагу, до последней капли. В ее согнутых руках орхидея стала делать тот же повторяющийся щелкающий звук, снова и снова, как будто в голове застрял навязчивый заикающийся шум, который ей совсем не нравился.
Наконечник копья уперся в шею сзади, чуть выше жесткой ткани воротника.
— Иди вперед, — раздался голос Тулкха у нее за спиной.
Ноги Зо застыли на месте. Казалось, они приросли к полу.
— Подожди, — сказала она, не оборачиваясь. — Эти черные фигуры, там, в отдалении, они…
— Я знаю, что это.
— Как называется эта планета? — тихо спросила она, — Зиост?
Наконечник копья слегка надавил на кожу шеи, но боли она не почувствовала. Она была слишком увлечена тем, что находилось перед ними, и не почувствовала боли.
— Нам не следовало приходить сюда, — заметила она. — Здесь уровень токсичности, который я не могу объяснить. Это — …
— Двигайся.
— У тебя есть дроид — отправь его взять пробы атмосферы, просто чтобы убедиться, что…
Наконечник копья надавил сильнее.
Он требовал подчинения.
Настойчиво.
На этот раз причиняя боль.
Зо шагнула на покатый посадочный пандус.
Независимо от того, раньше или позже носившие эти шкуры были убиты, Зо была благодарна за сапоги и одежду — густой мех закрывал ее плечи и шею. Снег был неглубоким, во многих местах его наносы уплотнились и по ним можно было пройти, но вот ветер был невыносим — он находил мельчайшие незащищенные места на ее коже и вонзался в них иголками. За несколько минут ее лицо превратилось в онемевшую маску, грубую и безжизненную.
Она посмотрела на длинную линию остроконечных пиков на горизонте. Сейчас они были ближе, и любое их первоначальное сходство с горами исчезло. Руины и обвалы, имели следы механической обработки, и в результате которой стали выглядеть как будто массивный скелет какого-то древнего сооружения размером с город или с планету, наполовину погребенное здесь, покинуто, хотя все еще было способно вырваться отсюда.
А в середине всего этого, как будто стержень, на котором все это держалось — огромная черная башня.
Она косо возвышалась, как покатый монолитный столб, построенный из гладкого черного камня, словно могила какого-то давно умершего божества. Даже отсюда, ее высота делала миниатюрным полуразрушенный комплекс под ней — хороший пилот мог бы посадить длинномерный грузовой корабль на его плоскую крышу. Красные огни группировались и мерцали с ее верхних уровней, их беспорядочное расположение подсвечивало снегопад красным заревом. Это было похоже на оцифровку умирающего мозга.
Хруст снега под ногами Тулкха потерял темп и замедлился, и Зо опустила глаза на то, что находилось прямо перед ними. Метрах в двадцати начинался уклон и стояли какие-то неуклюжие оледеневшие ворота. Она заметила, что вокруг царила тишина, порывы ветра внезапно исчезли, оставив их в абсолютной тишине. Зо сделала глубокий вдох и задержала его, а затем, наконец, выговорила вслух то, что преследовало ее с того момента, как они покинули корабль.
— Это академия ситхов.
Вифид шел дальше, его молчание в знак согласия задело ее даже сильнее, чем она ожидала.
— Что это за планета?
Он не обращал на нее внимания.
— Зачем мы здесь?
Он пробрался мимо нее к воротам. Несмотря на его размеры и внушительный рост, в его движениях была неуверенность, как-будто он не знал, чего ожидать дальше от этого места.
— Это из-за орхидеи, ведь так?
Тулкх повернулся к ней с копьем в руке. Она увидела сосульки, свисающие с его волос. Его глаза не были видны в полумраке.
— Ты прав, что боишься, — сказала она. — Что бы ни находилось внутри, оно еще хуже, чем ты даже можешь себе представить. Я только хочу тебя предупредить, — продолжала она. — Ты знаешь, что я джедай. Я чувствую…
Затем что-то произошло, какой-то обрывок движения, как-будто само время было обмануто, выманено из своего закономерного течения. Прежде, чем она это осознала, ледяной укол боли, острым шипом пронзил снизу ее подбородок, и когда Зо открыла глаза, она увидела Тулкха, стоящего прямо перед ней, острая часть копья которого упиралась в ее плоть, жаля и проливая кровь. Он двигался даже быстрее, чем она могла себе вообразить, быстрее, чем ее углубленные способности восприятия могли все зафиксировать.
Зо посторонилась, освобождая себя.
— Для чего ситхам понадобились орхидеи Mураками?
Тулкх, глядя на нее, медленно моргнул один раз. Это было моргание существа, предпочитавшего проводить свое время в одиночестве.
— Ты можешь сказать сейчас, — сказала она, — или убить меня. Но чтобы ты знал, я не сделаю ни шагу, не зная, что ждет меня там.
Зо задумалась о том, что она слышала о школах ситхов — сосредоточии зла, такого черного и отравляющего, что они сами по себе несли особое зло, немыслимые для тех, кто никогда не видел все это воочию. Даже самые темные места казались чище по сравнению с тошнотворным чувством разложения, исходящим от этих странных наполовину разрушенных строений, их плит и черной башни над головой.
— Но ты уже знаешь, что орхидея без меня жить не сможет.
Очень долго Тулкх не отвечал, настолько, что Зо уже подумала, не собирается ли он полностью игнорировать ее.
Секундой спустя, он заговорил:
— Ты слышала о Дарте Скабрусе?
Зо почувствовала, как что-то сжимается в ее груди. Это чувство было знакомым — эта напряженность — как эхо какого-то давно забытого в детстве страха. Она вспомнила ощущение того момента, когда корабль приземлился. И теперь это ощущение имело имя. Дарт Скабрус.
Она чувствовала, что ее взгляд неумолимо тянется обратно к башне.
— Он хочет цветок, — сказал Тулкх. — Я привез ему цветок. Это задание, для которого меня наняли.
— Понятно.
— Нет, — сказал Тулкх. — Ничего тебе не понятно. — Он потряс головой. -
Но скоро станет.
Зо попыталась заговорить, но все, что вышло было хрипом.
Тулкх смотрел на нее с другого конца копья — безмолвный ультиматум, говорящий больше, чем слова.
Через секунду она вошла в ворота.
11. Потеря разума
— Ройо Трэйс, добро пожаловать на Марфу. Я Майлз Эммерт. Нас уведомили, что вы прибудете.
Седовласый куратор сельскохозяйственной лаборатории смотрел на него, протянув руку. Трэйс помедлил достаточно долго, чтобы формально ответить рукопожатием; его глаза уже обследовали территорию, оценивая всё, как только они попали в посадочный отсек. Корабль, который ему предоставили, был среднего размера с модернизированными ионными двигателями и первоклассным гипердрайвом для длительных перелетов; он был достаточно большим для экипажа из восьми человек, но достаточно малым, чтобы не вызвать вопросов. Он путешествовал в одиночку.
— Я хочу осмотреть исследовательский уровень.
— Конечно же, — закивал Эммерт. — Инкубационная камера на уровне Б-7. Именно там ваша сестра заботилась об орхидее.
Подъемник уже ждал. Десять минут спустя Эммерт направил его между рядами побегов и растительности в воздушный шлюз. Перемычка открылась, и Трэйс заглянул вовнутрь на разбитое электронное оборудование, присел на месте и положил обе руки прямо на грязный ребристый пол отсека.
— Насколько мы можем судить, — начал Эммерт, — Хестизо была…
Трэйс прервал его жестом, даже не глядя на него. Волна энергии нахлынула на него: он услышал голос Зо и увидел лицо напавшего — это был вифид, понял он, самый большой из тех, какого он когда-либо видел — именно он забрал Зо и орхидею. Трэйс почувствовал удивление сестры, переросшее в боль когда тупой конец копья вифида ударил ей в голову. Он почувствовал оглушительный удар, когда она упала без сознания, и цветок вывалился из ее рук, как вифид наклонился, поднял ее через плечо и схватил орхидею прежде, чем уйти прочь.
— Он приходил за цветком, — произнес Трэйс.
Эммерт согласился:
— Орхидея Мураками известна своей уникальностью дарить Силу. Она накапливает силу, но ей нужен хранитель, кто-то с таким же высоким уровнем мидихлориан, чтобы поддерживать в ней жизнь.