Джо Шрайбер – Дарт Мол: Взаперти (страница 7)

— Что это за дерьмо?

— То, о чем мы говорили.

— Ты обещал мне тридцать тысяч кредитов, — усмехнулся Войсток. — Говорил, что у тебя на какой-то другой планете счет в частном банке…

— Офицер, взгляните на то, что я вам дал. Что вы видите?

— Моток ниток. Паршивый моток ниток, которые ты надергал из своей рубашки. Еще один слизняк пытается отвертеться от поединков! — Он бросил моток себе под ноги и уже развернулся, намереваясь исчезнуть там, откуда пришел. — Еще раз попытаешься зря потратить мое время, и тебе даже не придется ждать следующего боя. Понял, что я говорю, ты, ни на что не годный выродок?

— Подождите, — попросил Артаган. Боль зародилась внутри головы — в том же месте за левым глазом. — Просто взгляните. Пожалуйста.

Какое-то отчаяние в его голосе, должно быть, заставило надзирателя остановиться, потому что Войсток повернулся, подобрал моток и снова поднес к лицу, чтобы рассмотреть внимательнее. Неровный свет тюремных ламп осветил завязанные на нити крошечные узелки, собранные в группы, хотя ни одна из них не превышала по размерам блики света, отражавшегося в подозрительных глазах охранника.

Артаган заговорил вновь, тихо и терпеливо:

— В Галактике существует более шести миллиардов вариантов завязывания узелков, офицер Войсток. Любой узел представляет собой шар, особым образом деформированный в трехмерном пространстве, уникальный, как буква алфавита.

Войсток хмыкнул:

— И это должно для меня что-то значить?

— Предмет, который вы держите в руках, называется кипу, или узелковое письмо, — объяснил Артаган. — Любой дроид с самым простым аналитическим модулем способен расшифровать составленное из узелков сообщение. Это не занимает более тридцати секунд. В итоге у вас окажется последовательность из двадцати одной цифры.

— Что, вроде кода?

Артаган кивнул.

— Первые двенадцать цифр — номер банковского счета на Муунилинсте, на котором хранятся тридцать тысяч кредитов. Следующие девять цифр — пароль для доступа к счету. — Он вскинул взгляд на Войстока. — Смотрите сами.

— Узелки. — Охранник фыркнул, но все-таки сунул моток себе в карман. — Старик, ты чокнутый, как мутировавшая вомп-крыса, ты это знаешь?

Артаган слегка улыбнулся:

— Вы не первый, кто делает подобное замечание.

— Допустим, ты говоришь правду. А ты расскажешь мне, как отребье вроде тебя сумело наложить лапу на такие деньжищи?

— Это призовые, — объяснил Артаган. — Я копил их пятнадцать лет.

— В здешних поединках тебе такого не заработать.

— Я собирался жить на них, когда отойду от дел. — Артаган приподнял кустистую бровь, оглядывая холл и слоняющихся по нему заключенных. — Никогда не думал, что придется провести это время здесь.

— Отойти от дел, да? — На этот раз Войсток уже откровенно хихикнул. — Забавный у тебя взгляд на мир, старик, ты это знаешь?

— Возможно, он забавный у нас обоих.

— И как ты себе это представляешь?

— Мы оба обретаемся на плывущем в пространстве кусочке ада, — объяснил Артаган. — Просто по разные стороны от решетки, вот и все.

Войсток глядел на него, прищурясь.

— Да-а, ну, одна большая разница между нами есть, — сказал он, положив руку на плоскую коробочку «дропбокса» на поясе. — Ты обретаешься здесь с бомбой в сердце. Стоит набрать шесть цифр, и ты ляжешь и больше не встанешь. Показать, как это делается?

— Подождите! — Артаган глядел на него, подняв брови. — Если я чем-то обидел вас…

— А ты знаешь, что мне даже не нужно просить подтверждения у коменданта? — По лицу Войстока промелькнуло нечто похожее на коварную улыбку — только он не улыбался. — Все, что мне нужно, — заявить, что заключенный представлял угрозу. Не нужно заполнять никаких бумаг, и не будет никаких комиссий по расследованию. Блин, да я даже сообщать об этом не обязан! Вы все здесь просто расходный материал. — Он наклонился ближе к Артагану. — А где твой парень?

— Нет, подождите… — Артагана мгновенно охватила паника. — Что вы делаете?

— Просто небольшая демонстрация. — Войсток отстучал несколько цифр на консоли своего «дропбокса». — Твой парень — заключенный 11033, верно?

— Пожалуйста, не…

Войсток пожал плечами:

— Слишком поздно.

И нажал на «ввод».

Артаган застыл. Метрах в двух справа от него заключенный-валптиринец, стоявший, привалившись спиной к переборке, вдруг окаменел, а затем его украшенное бивнями лицо внезапно оплыло. Колени подломились, он сполз по стене и бесформенной кучей рухнул на пол.

Несколько секунд другие заключенные, оказавшиеся неподалеку от валптиринца, косились на тело, а затем разошлись по своим делам, а нескладный лязгающий дроид «Тредвелл» пятой модели подкатился, зацепил манипуляторами труп за лодыжки и потащил его прочь.

— Ой! — Войсток пожал плечами. — Должно быть, неправильно набрал номер. — Он пристально посмотрел на Артагана: — Будь спок, в следующий раз я наберу его верно. — Офицер вновь обратил свое внимание на кипу и провел пальцем по узелкам. — Лучше бы ему быть настоящим.

— Он настоящий.

В черепе Артагана стучало так сильно, что глаза, казалось, готовы были вывалиться из орбит, и больше всего в Галактике он мечтал оказаться в тишине и темноте своего уголка в тюремной камере. Но что-то ему подсказывало: любой намек на слабость способен разрушить слабый проблеск доверия, возникший между ним и надзирателем.

— Если вздумаешь меня обмануть, добром это не кончится ни для тебя, ни для твоего парня, — заявил Войсток. — Теперь ты это понимаешь, не так ли?

Артаган лишь кивнул:

— Просто возьмите кипу.

Охранник прищурился:

— А что ты хочешь взамен? Чтобы я дал гарантию, что ты не будешь больше участвовать в поединках? Чтобы защитил твоего сына? — Он покачал головой. — Говорят, ты сам его серьезно тренируешь, пытаешься научить технике «пятьдесят два кулака», чтобы подготовить к первому поединку. Думаешь, у него действительно есть шансы?

Артаган медленно выдохнул сквозь стиснутые зубы. Высказать это вслух, казалось, стоило ему чего-то глубокого и личного, что он предпочел бы держать при себе.

— Нет, — признался он почти шепотом. — Мальчик не боец — это заметит и слепой. Он достаточно быстр, я полагаю, и с каждым днем становится сильнее… но он не убийца. Этому нельзя научить.

Мучительно было произнести это вслух — над всеми этими страшными фактами он размышлял бессонными ночами и ни с кем ими не делился, но одновременно наступило облегчение: у этих фактов появился голос, и он услышал, как они звучат.

— И я знаю, что вы не можете оградить от поединков. Это намного превышает ваши полномочия.

— Так что же тогда? — Войсток сверлил его взглядом, явно раздраженный. — Ты же не станешь утверждать, что вот так просто взял и отдал мне все свои сбережения.

Артаган покачал головой:

— Не стану.

— Тогда чего же ты хочешь?

— Я хочу кое-чего гораздо большего, — ответил Артаган. — Я хочу, чтобы вы помогли нам бежать.

6

ВСЕ ЗАМЕШЕНО НА КРОВИ

Двадцать минут спустя Садики и Весто Слифер спускались в турболифте сквозь этажи «Улья-7». Муун стоял неподвижно, сложив руки и все с той же легкой непроницаемой ухмылкой на устах. Взглянув на него, Садики обнаружила, что эта улыбка нравится ей уже не так, как нравилась двадцать минут назад.

— Операции, которые мы осуществляем с заемными средствами, соответствуют самым высоким стандартам, — заявила она мууну. — Я действительно не вижу причин, по которым МБК решил проводить расследование нашей предпринимательской деятельности.

— Возможно, «расследование» — слишком резкое слово, — отозвался Слифер, безмятежно рассматривая лифтовые датчики. — Можете воспринимать это как плановый аудит, если вам так больше нравится.

— И этот плановый аудит обычно проводит высокопоставленное должностное лицо?

— Мм. — Муун широко улыбнулся собеседнице, будто признавая какую-то незначительную поправку. — Я понял. Фактически, если уж быть совершенно откровенным, комендант, «Улей-7» — абсолютно выдающийся случай среди объектов, которыми владеет МБК во Внешнем Кольце. Конечно, вопросов о вашей рентабельности или безопасности наших текущих капиталовложений в него не возникает.

— А если мы так безразличны друг другу, откуда такой внезапный интерес к нашей деятельности? — поинтересовалась Садики.

— О, уверяю вас, комендант, в нашем интересе к «Улью-7» нет ничего необычного.

Лифт начал сбавлять ход.

— В любом случае МБК всегда проявлял повышенный интерес к уникальным особенностям вашего в значительной степени фантастического успеха здесь, в самом захолустье. — На его лицо вернулась все та же приятная улыбка. — В конце концов, вы занимаетесь одной из разновидностей азартных игр. Хотя вы не похожи на казино, гоночные треки и залы для сабакка, которые финансирует МБК, вложение денежных средств в вашу деятельность никогда не рассматривалось нами как убыточное. Ни разу.