Джо Шрайбер – Дарт Мол: Взаперти (страница 61)

Когда они добрались до коридора, ведущего в ангар, стены уже начали дробиться, скользить в разные стороны и сталкиваться друг с другом в неудачных попытках выстроиться в новые уровни и этажи. Лязг и скрежет стали почти оглушительными. Воса бросала по сторонам дикие взгляды, когда приходилось перешагивать через разверзающиеся в полу провалы. Гигантский металлический ландшафт била беспрестанная неровная дрожь.

— Это нормально?! — крикнула она.

Эоган пригнулся — толстый стальной лист развернулся в воздухе и просвистел над его головой, воткнувшись в противоположную стену.

— Здесь нет ничего нормального, — пробормотал парень. — И чем скорее мы отсюда уберемся, тем лучше.

Мол взглянул вдоль уходящего вперед коридора. Его мысли занимала доставка ящика на корабль «Бандо Гора», но он не мог ошибаться — нынешняя реконфигурация непохожа на предыдущие. Ныне все усилия шестеренок и механизмов «Улья-7» направлялись на то, чтобы разорвать космическую станцию в клочья. Был ли это своего рода автоматический режим самоуничтожения или просто результат того, что рассчитывающий поединки алгоритм пошел вразнос, он не знал, да его это и не интересовало. Времени у беглецов оставалось в обрез.

И тут он понял, что произошло кое-что еще.

Стены начали смыкаться.

Он увидел причальный порт и пошел быстрее, вынудив Комари Восу и Эогана почти бежать, чтобы успеть за ним.

— Куда-то спешите? — раздался голос за их спинами.

Мол резко вскинул голову и увидел четкую полноразмерную голограмму: Джабба парил над своей репульсорной платформой и злобно глядел на них, словно владыка творения. Остановившись напротив голограммы, Мол заметил наемника-трандошанина, сжимавшего в руках бластерную винтовку. Наемник прицелился в него — вся винтовка скрылась за дулом, превратившимся в идеальную окружность.

— Я вижу, ты завела себе дружка. — Джабба кивнул Восе. — Нечистоты всегда сливаются. Почему я не удивлен? — Он не стал дожидаться ответа. — Что в ящике?

— Не твое дело, — отрезал Мол. — Мы улетаем и берем его с собой.

— Улетаете? — Хатт сдавленно фыркнул и бросил взгляд на стены ангара. — Нет, я думаю, что вы остаетесь. Не хочешь понаблюдать, как тебя и твоих новых компаньонов сотрет в порошок в этом железном гробу? Правда, хорошая идея? Мне нравится.

Воса протянула ладони к мечам:

— Твой последний шанс, Джабба.

— Не в этот раз, мразь. — Скорчив гримасу, хатт махнул рукой — репульсорная платформа отъехала, а трандошанин открыл огонь.

Мол уже пришел в движение. Бросив свой конец ящика, он прыгнул вперед, в воздухе активировав меч, и выполнил невесомый кувырок стиля «атару», нырнув под залп бластерного огня и описав лезвием дугу, чья вершина пришлась прямо по шее трандошанина. Удар обезглавил наемника столь внезапно, что мгновение лишившееся головы тело стояло вертикально на краю парящей платформы, а потом рухнуло вниз и исчезло в только что образовавшемся провале.

Джабба пересекся взглядом с Молом. Криминальный авторитет что-то сказал, но слова его заглушила какофония механических шумов, и в любом случае они едва ли имели значение. Небрежно махнув рукой, хатт указал на трап.

Мол отпрыгнул к поджидавшим его Эогану и Восе, и вместе они потащили ящик по причальной «кишке» к кораблю Джаббы — «Звездной Драгоценности», уже готовившемуся к вылету.

75

«РЕСПУБЛИКА-500»

Вечерело. Освещение было притушено. Палпатин вышел из душевой, закутанный в халат драмазийского шелка, и обнаружил, что в раздевалке сидит, поджидая его, Хего Дамаск.

— Учитель? — Сенатор остолбенел: его тапочки будто примерзли к дорогому ковру. — Добро пожаловать.

Неожиданное появление мууна здесь, в его апартаментах, в такой час, застало Палпатина врасплох, хотя он вынужден был признать, что Дамаск — в ипостаси владыки Плэгаса — уже некоторое время невольно занимал его мысли.

— Какая приятная неожиданность!

Плэгас кивнул.

— Похоже, в нынешние времена это единственное, что осталось приятного, — загадочно промолвил муун и махнул рукой, приглашая соратника подойти ближе. — Но это неважно. Прости меня за тоскливые мысли вслух, владыка Сидиус, так же как за мой непрошеный визит.

— Я всегда рад твоему визиту.

— Даже теперь? — осведомился старший ситх. — В нынешних обстоятельствах?

Сидиус мгновение смотрел на него, прежде чем кивнуть.

— Вы имеете в виду последние события в «Улье-7»? Да. Мне уже сообщили.

— Похоже, никакого «Улья-7» больше нет, — задумчиво произнес Плэгас. — На данный момент все датчики регистрируют только поток металлических фрагментов где-то во Внешнем Кольце.

— Как и планировалось.

— Действительно, — согласился муун. — По-видимому, космическая станция разорвала себя на части... — Он сделал паузу, встретившись взглядом с Сидиусом. — Сразу же после отбытия твоего ученика. Он полностью выполнил свое задание, не так ли?

— Да, — кивнул Сидиус.

— Судя по информации наших биодатчиков, выживших не было, — почти осторожно произнес Плэгас. — Включая и твою основную цель, Айрема Радика.

Сидиус долго изучающе смотрел на учителя, гадая, имелся ли в словах Плэгаса некий скрытый смысл, подтекст, которого он не замечал до настоящего момента? Начал ли Плэгас догадываться об истинной цели отправки Мола в «Улей-7»? Как бы он отреагировал, узнав подробности о последних мгновениях станции? Выяснив, что «Бандо Гора» наложили лапу на ядерное устройство, приобретение которого и было конечной целью всей этой операции?

Но Плэгас, по-видимому, уже решил перейти к другим вещам.

— Как ты уже знаешь, — заметил он, — Сила имеет цель и волю относительно всех вещей, которые даже мы с тобой только начинаем открывать. Эксплуатируя ее во всей полноте, мы станем наследниками невиданной мощи и славы. — Плэгас сделал паузу. — Вместе.

Довольно долго Сидиус молчал. Затем кивнул.

— Очень хорошо, — сказал он, а затем не без труда выжал из себя скромную улыбку. — Хотя я не могу избавиться от ощущения, что подвел вас, затеяв это дело с риском быть разоблаченным.

— Разве? — Взгляд Плэгаса был непроницаем. — Кажется, еще рано делать столь радикальные отрицательные выводы. — Затем, едва слышно выдохнув, что означало конец разговора, он поднялся на ноги. — Уже поздно, сенатор Палпатин, а я знаю, что часов уединения и отдыха у тебя становится все меньше, засим откланиваюсь. — Его желтые глаза вспыхнули. — Вскоре мы с тобой увидимся вновь.

Он оставил Сидиуса в раздевалке. Прошло много времени, прежде чем младший владыка ситхов наконец пошевелился: он сошел с места, где стоял как вкопанный, и подошел к двери, чтобы запереть ее изнутри.

76

ПОСЛЕСВЕЧЕНИЕ

Мол сидел в углу грузового отсека, покровительственно глядя на стоящий перед ним ящик. Он ощущал смертоносное тепло и энергию, излучаемые оружейным ураном, и понимал, что передача его в руки Комари Восы означает успешное выполнение порученного ему задания. Но для него самого это имело крайне мало значения.

Он выбрался из «Улья-7», электростатические заряды были деактивированы и извлечены из его сердец, но где-то в глубине души все еще оставалось ощущение, будто он в клетке.

И он до сих пор не связывался с учителем.

Поднявшись на ноги, ситх дошел до конца трюма, развернулся и пошел обратно, не сводя глаз с ящика. Пока Дарт Сидиус не обратится непосредственно к нему, чтобы выразить одобрение успешным окончанием его задания, не видать ему ни радости, ни спокойствия.

Корпус «Звездной Драгоценности» слегка подрагивал, огромные двигатели с ревом гнали яхту из сектора Тарин по Сайсарской дуге обратно в Пространство хаттов, где путь Мола разойдется с путями Эогана, Комари Восы и самого оружия.

Будущее, лежащее после этих событий, неопределенно. Он остро ощущал инструкции Сидиуса не раскрывать себя как владыку ситхов и не полагаться на Силу.

Если только не...

Нет. В словах учителя не могло быть ошибки. Сидиус предназначил ему полностью раскрыть силу темной стороны, и последние минуты в тюрьме — с червем, с самой Комари Восой — являлись очередным испытанием, в ходе которого, как надеялся Мол, он вел себя достойно.

Так почему же Сидиус до сих пор не связался с ним? И когда он снова услышит голос своего учителя?

Ситх снова принялся мерить шагами трюм, затем остановился. Сзади раздалось шипение открываемого люка.

— Мол!

Разворачиваясь, он опустил ладонь на рукоять светового меча — и оставил ее лежать там, даже узнав лицо женщины, возникшей среди теней.

— Чего тебе надо?

Комари Воса ответила не сразу. Невозможно было сказать, на что она устремила взор. Судя по повороту головы, ее внимание сосредоточилось на ящике, который он охранял... Хотя она могла смотреть и на него самого.

— Просто проверяю наш груз.

Мол не шевелился. Очевидно, соответствующего ответа на этот комментарий не существовало, он и не стал отвечать.

— Повар Джаббы готовит ужин, — сообщила женщина. — Я абсолютно уверена, что жирный слизень не станет нас травить... но, может, следует сначала дать попробовать мальчишке? — Затем она решилась подвести разговор к интересующей ее теме: — Ведь чем-то ты все-таки питаешься?

Мол сверкнул на нее глазами, поднял ладонь:

— Что-то вроде того.

— Юнец буквально молится на тебя. Там, в тюрьме, он разглядел в тебе нечто такое...