Джо Лансдэйл – Кино под небом (страница 28)
– А ты готов? – спросил Боб.
– Ради вас – на что угодно, – ответил Глашатай.
Он помог Бобу и Сэму забраться в кузов грузовика, а меня довел до кабины. Казалось, это заняло целую вечность, а вместо ног у меня были свежие обрубки. С одной стороны меня поддерживал Глашатай, с другой – не давал упасть грузовик. Я упирался в него локтем, поскольку руки у меня были в нерабочем состоянии. Не сжимались и не разжимались. И походили на когти.
Вернувшись в кабину, Глашатай завел грузовик, наклонился к рулю и огляделся.
– Странно, как-то непривычно уезжать отсюда.
– Не бери в голову, – сказал я.
– Как скажешь.
– Еще одно, Глашатай, – сказал я. – Ты видел, что та толпа собиралась сделать с нами. Знаю, ты был не в силах их остановить, но ты присоединился бы к ним, если б они стали нас есть? Смог бы пойти на такое?
– Первым бы встал в очередь, будь у меня шанс. Какой смысл отказываться от бесплатной хавки, даже если она приготовлена из парочки парней, которые мне, типа, нравятся.
– Что ж, – сказал я, – это аргумент.
Эпилог
Я прислонился к двери, держа израненные руки на коленях. Пока мы ехали, я смотрел на брошенные машины, многие из них были разбиты. А еще повсюду было много костей. Сейчас это бросалось в глаза. Мы проехали мимо одного автомобиля, чья крыша была украшена человеческими черепами в шапках из попкорновых пакетов, над которыми возвышалось детское сиденье с маленьким скелетиком, сжимающим в руках погремушку.
Я оглянулся и увидел через заднее окошко, что Боб и Сэм растянулись на полу кузова. Боб лежал, опершись на один локоть, и осторожно извлекал сардины из банки, которую открыл для него Глашатай. Сэм не шевелился. Позднее Боб сказал мне, что проповедник умер еще до того, как мы покинули парковку.
Мы выехали с территории автокинотеатра. И хотя шоссе по-прежнему было на месте, желтая разделительная полоса почти стерлась, дорожное покрытие потрескалось и местами поросло травой. Все остальное было совершенно незнакомым. Но я ничуть не удивился этому. Я помнил, что сказал Сэм: «Это еще не конец. Это никогда не закончится». Нет, это не закончилось. Пришло время для второго фильма. Фильма про затерянный мир. Когда мы ехали по шоссе, из зарослей джунглей, справа от нас, вышла гигантская фигура. Глашатай нажал на тормоза, и мы стали наблюдать за существом. Это был тираннозавр, покрытый паразитами, похожими на летучих мышей, которые медленно раскрывали и складывали крылья, словно довольные бабочки, потягивающие нектар из цветка.
Динозавр равнодушно посмотрел на нас, пересек шоссе и исчез в джунглях.
– Не думаю, что эта дорога ведет домой, – сказал Глашатай, медленно трогаясь с места и постепенно набирая скорость. Я посмотрел в боковое зеркало грузовика и увидел в нем автокинотеатр и один из экранов Парковки Б. Похоже, проектор по-прежнему работал, вот только я не мог различить картинку. Экран напоминал огромный ломоть хлеба.
Книга вторая
Кино под небом-2
Не просто обычный сиквел
Вступление
«Кино под небом-2: Не просто обычный сиквел» – это не та книга, которую я собирался написать. У меня не было таких планов. Имелось несколько идей, оставшихся от первой книги, и я время от времени думал, что с ними делать, но ничего не приходило в голову. И тут позвонил мой редактор Пэт ЛоБрутто.
Он хотел получить сиквел.
В своей карьере я всегда балансировал между искусством и прагматизмом. Если я хочу что-то написать, то обычно пишу, несмотря ни на что. Иногда меня просят сделать проект, который я не затевал, но это не значит, что я не хотел бы его делать. Часто я отказываюсь от того, что мне предлагают. Но когда Пэт ЛоБрутто предложил мне написать еще один роман о мире «Кино под небом» – а мне нужно было продолжать карьеру, нужны были деньги, чтобы оплачивать счета – мне понравился этот вызов. Я согласился. Первый раз это был тяжелый опыт, который оказался удачным, и я подумал, если я уже бывалый, в этот раз писать будет веселее.
Оказалось, это не так. Тоже было трудно. Было что-то такое в том, чтобы рассказывать подобные истории, делать их, казалось бы, простыми и в то же время добавлять идеи, которые я хотел изобразить. Но я чувствовал, что эта история будет хорошей, несмотря на то что она давалась мне тяжело. Выбранный мной финал кому-то может показаться разочаровывающим, но я считаю его идеальным. Как всегда, я иду своим путем.
Вторая книга была принята с меньшим энтузиазмом, но с годами поклонников у нее прибавилось, особенно среди тех, кто читал первую.
Мне очень нравится эта история. Думаю, отчасти она является одним из моих лучших сатирических произведений. А еще она странная, с изрядной долей того, что называется «weird» – «странное». В первом романе был персонаж по имени Попкорновый Король, который, на мой взгляд, является моим самым необычным изобретением – по крайней мере, я так считал, пока не написал «Кино под небом-2» с Попалонгом Кэссиди.
Несомненно, в основе всех этих книг лежит любовь и ненависть к средствам массовой информации, телевидению, кино и т. д., а также любовь к ложной прибыли и странное желание идентифицировать себя с весьма ужасными людьми.
Этот роман тоже был написан довольно быстро, хотя, возможно, чуть менее быстро, чем первый. Как и в первом случае, я не был уверен в том, что он у меня получится. Прочитав его в форме типографских гранок (по-моему, сейчас термин «типографские гранки» используется не так часто), я обнаружил, что доволен им. Первая книга в чем-то сильнее, уже хотя бы потому, что она первая, но вторая весьма богата на выдумки. И как писатель я получил возможность еще немного исследовать мир «Кино под небом» и узнать, что там происходит.
А происходят там довольно странные вещи.
Позвольте пригласить вас в путешествие. Не высовывайте из машины руки и ноги, и если вам покажется, что вы видите что-то странное, то так оно и есть.
Наслаждайтесь.
Джо Р. Лансдейл, 2009 г.
Выход из затемнения / пролог
Все человеческое грустно. Сокровенный источник юмора не радость, а горе. На небесах юмора нет.
Будьте внимательны. Когда я договорю, будет тест.
В один прекрасный день вы заканчиваете школу, счастливый, как личинка в куче дерьма, просыпаетесь со стояком и целыми днями сидите в дырявых трусах, задрав ноги, чтобы ветерок от кондиционера охлаждал вам яйца, а в следующий долбанный момент вас распинают.
И я не имею в виду символически. Я говорю о гвоздях в руках и ногах, щепках в заднице, боли, криках и пошатнувшейся вере в человечество. Когда с вами происходит такое, трудно поверить, что старина Иисус настолько снисходительно к этому отнесся.
Это же больно.
На его месте я бы вернулся из мертвых злее барсука, которому яйца натерли скипидаром. Не было б никакой хрени про мир и любовь, и я бы забыл, как делать такую ерунду, как превращение воды в вино и умножение хлебов и рыб. Вместо этого я увеличил бы себя до размеров Вселенной, сделал бы два кирпича подходящего размера, поместил бы между ними этот мир, и – бах! – получилось бы сраное желе.
Не стоит делать из меня мессию. У меня скверное мировосприятие.
Сейчас, во всяком случае.
Я вовсе не ожидал, что моя жизнь будет наполнена солнечным светом, что я вырасту с серебряной ложкой во рту, а мой пук будет пахнуть розами и фиалками. Что стану мультимиллионером и буду получать бесконечные письма от длинноногих, изголодавшихся по сексу голливудских звездочек, рассказывающих мне, как им не терпится насладиться моим телом и отполировать до блеска мой член. Но я ожидал немного большего, чем то, что произошло дальше.
Мы с друзьями ездили в автокинотеатр, чтобы смотреть фильмы, а не становиться их частью.
В тот вечер, когда мы приехали в «Орбиту», все пошло кувырком. Мы только успели устроиться, как с неба сорвалась огромная красная комета, словно брошенный Богом помидор. А затем она раскололась пополам и улыбнулась нам зубастой пастью.
И когда я уже думал, что эта комета врежется в нас и рассыплется на маленькие искорки, она взмыла вверх и скрылась из виду. Только оставила после себя кучу неприятностей.
Автокинотеатр был по-прежнему освещен, но свет исходил от прожекторов, а те, похоже, не имели источника питания. Нас окружала кромешная тьма, отчего казалось, будто мы находимся в мешке с кучкой карманных фонариков. Чернота за пределами автокинотеатра была какой-то кислотной. Никогда не забуду, что она сделала (по моему предположению) с автомобилем, битком набитым толстяками, который въехал в нее, или с ковбоем, который сунул в нее руку, и все его тело растворилось.
В общем, мы оказались в ловушке.
Все пошло наперекосяк.
Кроме фастфуда из палатки есть в автокинотеатре было нечего. Но когда и этой еды стало мало, люди стали жрать друг друга, как в жареном, так и в сыром виде.
Потом в двух моих друзей, обалдевших от недоедания, ударила странная голубая молния (Рэнди в это время сидел на плечах у Уилларда), и спаяла их вместе, сделала их уродливее, чем парковка торгового центра, наделила их странными способностями и именем Попкорновый Король. Они больше не были нашими с Бобом друзьями. Не были чьими-то ни было друзьями. Теперь они были одним существом. Злобным существом.
Здравствуй, бесконечный тяжелый понедельник.
Попкорновый Король использовал свои странные способности и неограниченный запас попкорна, чтобы управлять голодной толпой. И мы с Бобом, возможно, присоединились бы к ней, если б не вяленое мясо, которое Боб припрятал в своем фургоне. Благодаря этому мясу нам не пришлось есть «королевский» попкорн, который был каким-то странным, и не пришлось есть других людей, что Король всячески поощрял.