Джо Лансдэйл – Бог Лезвий (страница 38)
– Монстров не существует!
Бекки улыбнулась:
– Снова смена ролей. Людей, чьи сны предсказывают будущее, тоже не существует!
Монти замолк. Потом заговорил снова:
– Может, это предупреждения. Если бы я понял, что твой сон – про торчащий из причала рыболовный крючок… и если бы я тебе поверил… возможно, я просто не пошел бы сегодня рыбачить.
– Может, будущее нельзя изменить. И ты ни за что не угадаешь, что опасаться нужно именно крючка, даже если веришь. Я вот не распознала во сне. Ухватила только кровь и образ руки.
– Послушай. Мы не станем так просто поддаваться, чем бы эти сны ни были.
– Я скоро умру, Монти, – мягко сказала она. Ее глаза блестели от слез. До истерики ей оставался один маленький шажок. А ему, честь по чести, и того меньше.
– Если хочешь потерять голову, я не смогу тебя остановить. – Он приобнял ее. – Но помни: чем дольше мы продержимся в спокойствии, тем больше у нас шансов все преодолеть. Может, над нами подшучивает наше воображение, и когда-нибудь мы посмеемся над этим.
– Эти сны не связаны с воображением.
– Мы будем спокойны. Итак, твой сон предупреждает нас о машине, деревьях, озере. Значит, если с нами должно случиться что-то плохое, оно случится здесь. И выход один – мы уезжаем. Прямо сейчас. Даже не собирай вещи – пойдем со мной.
– Но Монти…
– Нет времени, пошли. Попробуй вспомнить сон в мельчайших подробностях. Пока мы будем ехать, рассказывай мне. Чем больше информации у нас будет на руках, тем выше шансы уцелеть.
Он взял Бекки за руку, и, когда они вышли на улицу, мимолетное ощущение абсурда всего и вся накрыло его.
Он был почти готов дать отбой, но перед глазами встал отчетливый образ.
Экран телевизора. Помехи. Машина.
Чем больше Монти думал о черном автомобиле из видений Бекки, тем меньше ему хотелось возвращаться в дом. Поэтому они рванули с места в такой спешке, что даже не закрыли дверь и забыли потушить свет.
Окончательно стемнело. Луна вознеслась высоко в холодные чертоги ясного неба. Ветер шелестел в кронах сосен. «Шевроле» 1966 года гнал вперед, раздвигая яркими лучами фар завесы теней.
Монти, выкручивая руль то влево, то вправо, вывел свой «гольф» на главную дорогу и поехал в город.
Автомобиль дорожного патруля мчался на всех парах. Ларри ухмылялся. Тед елозил на своем сиденье, держась за обивку руками. Мозес, опустив голову между колен, сжался на заднем сиденье и все твердил:
– Господи. Боже. Боже.
Пока Монти вел на хорошей скорости, Бекки в деталях пересказала ему свой сон еще раз. Но рассказ внезапно оборвался на полуслове.
– Вот оно, – упавшим голосом сказала Бекки. – Вот оно, Монти.
– Что? – Он взглянул на нее. Беки указывала вперед, на приближающиеся огни.
И до него вдруг дошло, что Бекки имеет в виду. Картинка с экрана телевизора у него на глазах стала чем-то реальным, осязаемым.
Страшная черная машина стремительно надвигалась на них.
– Эй! – крикнул Брайан, когда они миновали «гольф». – Это машина нашей училки!
Он рванул руль на себя. Из-под колес «шеви» темным облаком взвился песок. Не успел он осесть, как черная акула упала «гольфу» на хвост и отправилась в погоню.
Монти, глядя в зеркало заднего вида, наблюдал, как фары «шеви» приближаются к ним. Он вдавил педаль газа с такой силой, что пятку прошили горячие иголки боли. «Гольф», не готовый к таким перегрузкам, подскакивал на ухабах и трясся, словно шлюпка в шторм.
«Шевроле» был совсем близко.
– Я вырежу ей сердце, – провозгласил Брайан.
Патрульная машина тоже приближалась, и вскоре они поравнялись бы с «гольфом».
Распахнув дверь, Ларри спрыгнул в грязь и взвыл:
– Твою ж мать!
«Шевроле» и «гольф» шли бок о бок, и разойтись им было, казалось, невозможно. Бросив взгляд налево, Монти уставился в дикие, как две пылающие луны, глаза Мультика.
– Почему? – вслух взмолился он. – Почему мы им нужны?
«Шевроле», отклонившись, легонько задел «гольф». Монти услышал, как Мультик смеется – визгливые смешки скакали по ветру, будто живые существа.
Монти взглянул на огни приборной доски. Что-то уже пострадало. Мигал индикатор перегрева[13] – совсем как лампа на взлетно-посадочной полосе.
Он снова перевел взгляд на «шевроле». У парня на переднем пассажирском месте был дробовик, и он уже пристраивал стволы на стойку спущенного окна.
Монти ударил по тормозам, и машину круто занесло. «Шевроле» пролетел мимо них со скоростью пули. Бекки, качнувшись в сторону, ударилась виском об оконное стекло, на котором остался кровавый развод, вскрикнула, но ничего плохого с ней не случилось. Значит, позаботиться можно потом – сейчас времени не было.
Монти повел «гольф» задним ходом – в направлении, откуда они приехали.
«Шевроле» уже развернулся к ним – лучи его фар мазнули по зеркалу заднего вида.
У патрульной машины лопнуло левое переднее колесо. Она съехала в канаву так, что передние шины болтались в воздухе, не касаясь земли.
Мозес, у которого носом шла кровь, обтирал лицо платком.
– Что теперь? – спросил он.
Тед стоял, положив руки на бедра, и думал.
– Вытянем ее? – предложил Ларри.
– Вряд ли получится. Нужно заменить шину, а затем столкнуть ее в канаву.
– В канаву?
– Ну да, пока колеса не коснутся земли. Потом врубить двигатель, повести вперед…
– Постой-постой,
– Да, черт побери, именно туда! Без тяги мы ее назад не выволочим. Справа по краю пробуксуем, но на дорогу, глядишь, выскочим.
– Мы бампером вон те деревья поцелуем, если вообще из канавы выедем.
– Есть идеи получше? Если да – готов выслушать.
– Нет, никаких.
– Тогда что?
– Тогда давай сменим шину и рискнем.
«Шевроле» стремительно надвигался. Монти не надеялся, что один трюк прокатит дважды, но, вероятно, то была не единственная карта, припрятанная в рукаве.
Он забрал влево, пользуясь преимуществом маленькой маневренной машины, и развернулся передом к «шевроле». Бампер «гольфа» принял удар, врезавшись в правое крыло «шеви», и инерцией черную машину отбросило влево, к придорожной канаве.
Монти осознавал, что при должной реакции водителя «шеви» вильнул бы в сторону и удержался – вес старой машины с лихвой превышал массу «гольфа». Но прыти кому-то за рулем «шеви» не хватило. Черный автомобиль полетел вперед под углом, пару-тройку раз вильнул задом, и Монти погнал на него слева, намереваясь спихнуть в канаву.