Джо Горес – Замурованный труп (страница 31)

— Ты получил мое радиосообщение? — По-видимому, Гизелла была в восторге от появления Балларда.

— От Данлопа Йенсена? Да. Я обещал поставить ему бутылочку.

Она поднялась быстрым гибким движением, оправила свою короткую клетчатую шерстяную юбочку:

— Ты хочешь, чтобы я при этом присутствовала?

— Я уже пообещал это от твоего имени.

Баллард, не без некоторых опасений, повернулся к Коринне. Поднявшись на цыпочках, она приложила кончики пальцев к его шее:

— Извини меня, Ларри. Гизелла рассказала мне...

Баллард обнял ее. Она крепко прижалась к нему. Уитейкер кашлянул, и в это время с кровати послышался слабый голос:

— Убери свои руки, нахал!

Не отпуская Коринну, Баллард устремил взгляд на Хеслипа. Он внимательно осмотрел прикрытое одеялом неподвижное тело от забинтованной головы до ступней. И, как бы не веря себе, покачал головой:

— От тебя одна тень осталась.

— Я слышал, ты работаешь над моими заданиями, пытаешься разобраться в моих делах.

— Ну, ты их оставил в таком беспорядке, что сам черт ногу сломит.

Освободив Коринну, Баллард подошел к изголовью кровати. Притронулся кулаком к скуле Хеслипа, подтянул к себе ближайший стул и сел.

— Дэн хотел привезти тебе дыню, как только ты очухаешься, — сказал он. — Но я отвез его в Ист-Бей и там потерял. В последний раз, когда я его видел, он сидел за рулем красного с белым верхом «тандерберда»...

— Ты хочешь сказать, в машине Гриффина?! — воскликнул Хеслип.

— Гриффина? — поразилась Гизелла. — Вы нашли Гриффина?

— Мы нашли его машину, — сказал Баллард. — Он повернулся к Хеслипу. — Помнишь ли ты о том, что случилось ночью во вторник? — Он покосился на Уитейкера: — Или я не должен ни о чем спрашивать?

— Спрашивайте, — разрешил Уитейкер и помахал хромированными часами. Баллард вдруг подумал: «Любопытно, затаскивала ли его жена в ванну?» — Подобного рода травмы и кома сопровождаются шоковым состоянием, потерей ориентации, которые могут оказаться пагубными для пациента, — тем временем продолжал доктор. — Чем скорее он сможет без всякого возбуждения ориентироваться во времени и событиях, тем лучше для спокойствия его души.

— О нет, — тихо простонала Коринна. — И вы тоже, доктор?! Только не сегодня.

Уитейкер с извиняющимся видом вздернул плечами. Хеслип нахмурил брови:

— После того как мне сказали, что случилось, я пытался вспомнить все по порядку. Конечно же, я не мог сидеть за рулем проклятого «ягуара»...

— А помнишь, как ты разговаривал со мной по радиотелефону?

— Я помню, как изъял машину Уиллетса, я помню... да, я помню, как рассказал тебе об этом. Я должен был встретиться с тобой в конторе, верно?

— Верно.

— Останови их, пожалуйста, Гизелла, — попросила Коринна, казалось, все в ней восставало против того, чтобы Хеслип разговаривал на эту тему.

Гизелла вопросительно поглядела на Уитейкера. Не дождавшись с его стороны никакой реакции, она с кислым видом пожала плечами:

— Я в таком же напряжении, как и они, Коринна. Я хочу знать все.

— Ты помнишь, что тебе удалось сделать во вторник по делу Гриффина? — спросил Баллард.

Хеслип помнил. Утром он видел Лео в гараже «Джей. Ар. Эс», получил в Конкорде адрес дома на Калифорния-стрит, однако для поездки туда, казалось, не было особых оснований. Обычно в таких случаях Хеслип передавал дело оклендскому офису, но в этом конкретном случае он опасался, что другой детектив может не проявить надлежащего рвения в расследовании столь безнадежного, казалось бы, дела, как дело Гриффина.

— Ты говорил с девушкой по имени Шери? — спросил Баллард.

Хеслип не говорил. Он расспросил домохозяйку, узнал от нее о случившейся с «тандербердом» аварии, отправился к конкордским полицейским и выяснил у них, в какой гараж отбуксировали машину после аварии в канун Рождества. Баллард только покачал головой. Господи! Такого детектива, как Барт, поискать. Он сделал именно то, что от него требовалось.

— Остановите же их, доктор, — продолжала настаивать Коринна.

Взглянув на часы, Уитейкер задумчиво кивнул:

— Да, время позднее, и он нуждается в отдыхе.

— У этого типа в гараже был почтовый адрес Гриффина.

Этот адрес Балларду удалось выяснить лишь окольным путем, через страхового агента Харви И. Уаймана. У дома Биглера Хеслип увидел играющих ребят и поговорил с ними. Они хорошо знали о «тандерберде», знали, что водит его человек по имени Хоуи, бывший заключенный. Он дождался, когда Шарон вернулась из прачечной самообслуживания, и сказал ей, будто он — только что выпущенный из тюрьмы заключенный, и она дала ему адрес пансионата в Конкорде. Вот так просто. Как другу Хоуи...

— И ты даже поговорил с Одумом, — с чувством полного самоуничижения сказал Баллард. Это был даже не вопрос, а утверждение.

— Я думаю, достаточно, — сказал Уитейкер.

Хеслип и Баллард беспокойно пошевелились: оба они пребывали в том особом мире, куда закрыт доступ Коринне, потому что она не обладала тем охотничьим инстинктом, присущим обоим мужчинам, Гизелла и, конечно, в наиболее сконцентрированном виде, Кёрни.

— Я поговорил с ним, — быстро сказал Хеслип. — Мне не удалось выжать из него ничего; он сказал, что купил машину в апреле у какого-то парня, с которым познакомился в баре. По всей видимости, это был Гриффин. Вот только описание было какое-то странное... — Он запнулся, что-то напряженно припоминая.

Баллард с виноватым видом поднялся, не хватало, чтобы кома повторилась, да еще из-за него.

Хеслип снова нахмурился:

— Мне все-таки кажется, что на обратном пути я где-то останавливался.

— А теперь все проваливайте, — неожиданно серьезным тоном сказал Уитейкер. Он повернулся к Коринне, которая торжествующе просияла. — Даже ты, моя любовь, моя сладость. Кризис миновал. Кыш!

— Но он же нуждается во мне... он...

— Уходите все, все, все, пока сестра не обратилась с жалобой на меня в Американскую медицинскую ассоциацию.

— ... Еще помню, как я разговаривал с полицейским по поводу изъятия машины Уиллетса, — сонно продолжал Хеслип. — Я... я оставил эти проклятые бланки за козырьком «плимута».

— И ты пошел за ними, — подсказал Баллард. — Что дальше?

— А ничего, — огорченно произнес Хеслип. Его веки уже смыкались. — Я пошел за ними... повернулся... И очнулся уже в пятницу.

Баллард с покорным видом направился к двери, но Гизелла вдруг заупрямилась. Она принялась объяснять, что это их долг — выяснить все, что помнит Барт о случившемся во вторник, но Уитейкер лишь помотал головой:

— Он никогда этого не вспомнит, дорогая. Никогда. Я удивлен, что он вспомнил все, происшедшее с ним вплоть до последнего момента. Это бывает очень редко. Только поразительно ясный ум может столь успешно преодолеть защитную стену забвения, которую воздвигает сама природа.

Он замолчал, и на его лице появилось блаженно-лукавое выражение. Затем он в величественном классическом жесте простер вперед руку. Казалось, он показывает на обычный в таких сценах ослепляющий буран.

— Пусть никогда отныне не ляжет твоя тень на мой порог, — обратился он к Гизелле громовым викториански-торжественным голосом. — Я не отец твоих детей!

— Доктор! — выдохнула остроглазая сестра, куда-то направлявшаяся по своим делам.

Но Уитейкер плотно закрыл дверь за ними всеми.

— Он не понимает! — горестно воскликнула Коринна. — Барт нуждается во мне, он будет плохо спать, он...

— Он нуждается прежде всего в крепком сне, — сказала остроглазая сестра. — И с этого момента будьте любезны соблюдать, как и все другие, часы посещения.

Медсестра вдруг остановилась: она потеряла из виду Балларда. Перегнувшись через стойку, он что-то искал под ней, шаря своими длинными руками.

Она бросилась к нему, колыхаясь всем своим полным телом. Глядя на нее, Коринна не могла удержаться от смеха.

— Что вы там делаете? — возопила сестра. — Отойдите от стойки.

— Телефонный справочник, — коротко произнес Баллард. Видя, что она не отвечает, он нетерпеливо прищелкнул пальцами прямо у нее под носом. — Где телефонный справочник? Дайте, дайте же мне телефонный справочник!

Она покорно протянула ему телефонный справочник. Кто знает, что он может учинить, если ему отказать. А жаловаться Уитейкеру совершенно бесполезно: он такой же чокнутый, как и они все.

Если адреса убийцы не окажется в телефонном справочнике, придется поехать в ДКК, вооружиться городским адресным справочником, надеясь, что...

Да нет, вот он, адрес: 27, Ява-стрит.