Джо Беверли – Искра соблазна (страница 12)

– Как обезьянка? – Если он и улыбнулся, это была очень холодная улыбка.

– В красной шапочке, – добавила она, – танцующая под шарманку. Я слышала, в театре «Адельфи» есть обезьянки.

– Это уж слишком, Чертенок.

Грум уже держал лошадей, так что Дэр слез с экипажа и обошел его, чтобы помочь ей.

Но Мара не собиралась так легко сдаваться:

– Если ты не хочешь идти в театр, тогда, может быть, подойдут пробки месье Дюбурга?

По крайней мере, ей удалось его заинтересовать.

– А это что такое?

– Художественные модели, выполненные из пробки. Говорят, выставка просто изумительная.

– Из пробки? – с сомнением произнес он.

– Пожалуйста!

Она испугалась, что он вот-вот откажется, но он сказал:

– Хорошо.

Мара еле сдержалась, чтобы не запрыгать от радости.

– Завтра? В десять? – И, не давая ему возможности передумать, добавила: – Спасибо! – Она поцеловала его в щеку, точь-в-точь как это делала маленькая Дельфи.

Но она была не маленькая Дельфи, да и он не смотрел на Дельфи с таким недоумением. Мара еще раз ослепительно улыбнулась ему и упорхнула в дом, чтобы не успеть сделать еще какую-нибудь глупость. Она взбежала по лестнице на второй этаж и прильнула к окну. Фаэтон уже исчезал за поворотом, так что она увидела Дэра лишь мельком.

Мара написала его имя на запотевшем от ее дыхания стекле.

Дэр.

Лорд Дариус Дебнем. Леди Дариус Дебнем. Таким будет ее титул после замужества. Леди Дэр.

Она уже написала Саймону, чтобы он быстрее приезжал в Лондон. Ей нужны были его объяснения и совет. Его приезд все изменит. Дэр не будет больше одинок, и у нее уже не будет поводов вытаскивать его куда бы то ни было.

Мара отошла от окна, вынимая булавки из шляпки. Ей хотелось каждый день быть с Дэром наедине и взмахнуть волшебной палочкой, чтобы в одночасье избавить его от всех проблем.

Глава 6

Дэр расслабился, доверив лошадей груму. Кажется, он вовремя проводил Мару. Его физическое состояние резко ухудшилось.

Он не закрывал глаза, поскольку в таком случае раскачивание экипажа становилось еще невыносимее. Ледяной пот тонкими струйками стекал по позвоночнику. Было ощущение, будто его желудок кто-то сжимал и выкручивал, а зубы в любой момент могли начать стучать.

Они проехали мимо аптеки, и он почувствовал почти физическое притяжение к этому заведению. Остановиться и купить опиум?

– Риггс!

– Да, милорд?

– Вы не должны ни при каких обстоятельствах останавливаться по дороге домой.

– Хорошо, милорд.

Слуги знали. Все знали, какими нечеловеческими усилиями он перебарывает пристрастие к наркотику. Иногда Дэру казалось, что у него не осталось никакой личной жизни, никакого достоинства.

Он делал все, чтобы обрести свободу. Но дорога к свободе была чертовски болезненной.

Оказавшись дома, он прямиком направился в свою комнату. Солтер встревоженно посмотрел на него.

– Ничего особенного не случилось. – Дэр попытался улыбнуться, но неожиданно скривившийся уголок рта превратил улыбку в гримасу. – Не знаю, что не так. Я еще не должен чувствовать таких болей. – Но затем он сказал: – Я принял вчера лишнюю дозу. Проблема в этом? Я все испортил?

Боже, Боже! Неужели придется начинать медленный процесс снижения дозы заново? Неужели одна доза могла все испортить? Но дьявол внутри него прошептал: «Какой смысл? Ты никогда не освободишься. Сдавайся сейчас. Принимай столько, сколько нужно, чтобы чувствовать себя комфортно». Холодный пот крупными каплями выступил у Дэра на лбу.

– Присядьте, сэр. – Солтер усадил Дэра в кресло, но тот снова вскочил.

– Палки!

Обычно они делали это только ночью. Дэр быстрым шагом прошел в бальный зал, скинув на ходу фрак и жилет. Там он снял ботинки и взял одну из длинных палок, которые принес Солтер, не обращая внимания на холод, озноб и приступы тошноты. Он будет сражаться с дьяволом до смерти.

Он тренировался самостоятельно, пока Солтер не разделся и не напал на него.

Это было его лучшее облегчение, его утешение, его спасение в трудные времена – сражаться, потеть, не думать ни о чем, кроме своих движений и реакций.

Не бокс. Бокс вызывал у него отвращение, особенно если дрались до крови. Фехтование было слишком утонченным и изысканным. Древнее же искусство квотерстаффа было достаточно приземленным и изматывающим, к тому же требовало огромной концентрации.

Дэр сосредоточился на палках, пока его не отвлекло какое-то движение.

Фенг Руюан.

Палка Солтера со всей силы ударила Дэра по бедру, и он моргнул, прежде чем повернуться и поклониться, сложив руки ладонями друг к другу. Что его наставник делал здесь, проскользнув в комнату так беззвучно? Его время приходило ночью.

Руюана нашел Николас Делейни, человек, который лучше остальных понимал Дэра. Иногда Дэру казалось, что во время путешествий Николасу тоже довелось попробовать опиум и потом спасаться бегством из его сладких объятий.

Высокий и тихий Руюан привез с собой много умений, например массаж, успокаивавший измученное тело, и травы, избавлявшие от самых худших симптомов. Кроме того, он привез искусство физических упражнений, которое спасало Дэра бессонными ночами, – целую философию по борьбе с недугом. Он не одобрял квотерстафф, но и не запрещал его.

– Ты пропустил время. – Руюан, как всегда, говорил тихо, речь его была ясной, хотя и с акцентом.

Эти слова прозвучали как музыка для ушей Дэра. Он пропустил время приема дневной дозы, а его распорядок дня настаивал на том, что он должен ее принимать, и не менее категорично запрещал принимать ее раньше времени.

– Возможно, я могу обойтись без нее, – сказал Дэр и сам испугался собственных слов.

– Так не пойдет.

– Почему? Может быть, это и есть тот самый момент? Время отказаться от чудовища и выжить? Почему не сейчас? Не сегодня?

– Импульсивный отказ не меньше говорит о слабости, чем импульсивное подчинение своим желаниям.

Он вновь поклонился и ушел, его мягкая бесшумная походка маскировала потрясающую физическую силу.

– Что это значит? – недоумевал Дэр, нервно крутя в руках палку. – Почему я должен следовать по этому пути? Моя цель – освободиться от опиума, но когда я говорю, что хочу это сделать, он заявляет, что рано. Какой смысл во всем этом? Почему нельзя? Если я хочу! Я лорд! Я могу делать все, что хочу…

Рука Солтера остановила его. Черт, он начал лепетать как ребенок! Еще немного, и он бы начал проговаривать каждую дурацкую мысль, приходившую в его измученную голову.

– Пойдемте, вы поедите, сэр. – Солтер забрал у него палку и отвел его обратно в спальню, где уже были приготовлены холодная ветчина, хлеб и фрукты.

Дэр не хотел есть.

Но это тоже было частью порядка, тех правил, которые установил Руюан и которые должны были привести его к цели. Он должен принимать дозу опиума ровно в назначенное время. Перед этим необходимо как следует поесть, чтобы притупить эффект и замедлить всасывание.

Он впихнул в себя содержимое тарелки, а затем всмотрелся в бокал темной жидкости, который Солтер поставил перед ним. Он попробовал убедить себя в том, что пьет это, потому что таково правило. Но если бы Солтер попробовал отнять у него бокал, то он мог бы и убить его.

Черт! У него тряслись руки.

Ядовитое наследие Терезы Беллер, царствие ей небесное… То, что он ненавидел больше всего на свете, но без чего не мог жить. Он осушил бокал. На какое-то время мир станет спокойным, без борьбы, без боли, без каких бы то ни было страданий. И с этой иллюзией будет трудно расстаться.

Глава 7

На следующий день Мара проснулась очень рано и думала только о том, что скоро увидит Дэра. Кто бы мог подумать, что посещения выставки моделей из пробки можно ожидать с таким волнением?

Чтобы не считать минуты до появления Дэра, она взялась писать письмо подруге, но послание выходило неискренним, потому что она не могла ничего написать о нем. По крайней мере пока. Она вышла из того возраста, когда признаются в импульсивных увлечениях.

Импульсивных?

Мара уставилась в пространство. Скорее, ей казалось, что ее чувство было предопределено, даже отсутствие интереса к прочим поклонникам, вероятно, объяснялось тем, что она уже принадлежала Дэру. Она могла без труда вообразить себе их свадьбу в церкви Монктон-Сент-Брайд.